Из двух зол - Уоллес Флойд - Страница 4

Она продолжала:

— Необходимо десять лет, чтобы пересечь Галактику без остановок. В настоящее время нет такого корабля, который мог бы это сделать. Составить реальное расписание невозможно. Люди хотят перемещаться, и их желания надо удовлетворять. Корабль улетает и никогда не возвращается. Где-то он еще более необходим. А человеку, который зависел от него, остается только ждать. Если бы у нас была мгновенная радиосвязь, она бы помогла. Путаница, конечно, не исчезла бы сразу, за одну ночь, но она бы уменьшилась. Нам не пришлось бы зависеть от кораблей, чтобы узнать все новости, и мы могли бы заранее бронировать места, устанавливать кредиты, производить замену утерянных удостоверений личности…

— Но я путешествовал и раньше, — грубо прервал ее Кассел. — И у меня не было никаких проблем.

Она, по-видимому, преувеличивала трудности. Конечно, центр был более чем переполнен. Принимая каждую звезду за отправной пункт для ограниченного количества кораблей, использовать статистическую вероятность как руководящий принцип — что ж, в таком случае ни один человек не может прибыть в пункт назначения.

Но этого не было. Ведь ясно, что нельзя сравнивать галактические переезды с беспорядочным движением молекул воздуха в огромной комнате. Или это так?

Подходило ли это сравнение для среднего человека, у которого нет своего межзвездного корабля? Возможно.

— Вы путешествовали на периферии, где все еще существуют незаселенные планеты, где всякого человека, способного работать, ждут с радостью. — Она помедлила. — В центре все по-другому. Здесь избыток населения. Внутри третьего кольца никому не разрешается садиться на корабль без удостоверения личности. Здесь не поощряется миграция.

В сущности, это означало, что ни один корабль, направляющийся в центр, не примет на борт пассажира без удостоверения. Ни один кораблевладелец не рискнет взять на борт гостя, от которого не сможет избавиться, когда у того закончатся деньги.

Кассея схватился за голову. Танни-21 была внутри третьего кольца.

— В следующий раз, — сказала она, — не позволяйте никому брать ваше удостоверение.

— Не позволю, — пообещал он мрачно.

Женщина посмотрела на него внимательнее. Ее глаза странно блеснули. Кассел решительно изменил оценку ее возраста в сторону уменьшения. Внешне ничего не произошло, но она больше не казалась ему дурнушкой. Не то чтобы он заинтересовался, но все-таки ему, возможно, стоит проявить дружелюбие в отношении главного советника.

— Мы являемся филантропическим агентством, — сказала Мюрра Форей. — Ваш случай особый, хотя…

— Понимаю, — проворчал он сердито. — Вы принимаете пожертвования.

— Если лицо способно его дать. Мы не просим слишком много. Чтобы не подвергать риску ваш уровень жизни.

Однако она назвала сумму, которой бы ему не хватило, чтобы проделать более длинное путешествие, чем путь на Танни-21.

Он грустно улыбнулся ей.

— Я полагаю, дело стоит того. Я всегда смогу работать, если придется.

— В качестве продавца? — прозвучал вопрос. — Боюсь, что заниматься бизнесом с годольфианами вам будет очень трудно.

«В подобной ситуации можно было бы обойтись и без иронии», — подумал он укоризненно.

— Не просто как продавец, — решительно ответил он. — Я обладаю специальными знаниями, связанными с реакциями клиентов. Я могу узнавать точно…

Он вдруг остановился. Может быть, она заманивала его в ловушку? По какой причине? Инструмент, который он называл Диманш, не был известен во всей Галактике. С точки зрения бизнеса, передавать о нем информацию было бы неблагоразумно. А кроме того, в его положении следовало бы воспользоваться всеми преимуществами, на которые он мог рассчитывать. Диманш был его особым преимуществом.

— В любом случае, — закончил он неуверенно, — я первоклассный инженер. Я всегда могу найти что-нибудь в этом роде.

— Ученый, возможно, — пробормотала Мюрра Форей, — но в этой части Млечного Пути инженер рассматривается как простой техник, который еще не приобрел достаточного опыта. — Она покачала головой. — Вы будете больше преуспевать в качестве продавца.

Он поднялся, лицо его перекосилось от гнева.

— Если это все…

— Да. Мы будем вас информировать. Опустите ваше пожертвование, предназначенное для этой цели, у выхода.

Дверь, которую он даже не заметил, входя в комнату советника, распахнулась. Агентство процветало.

— Помните, — на прощание услышал он вслед, — с удостоверением личности трудно работать. Не принимайте грубую подделку.

Он не ответил, но идея была стоящая. Агентство было к тому же очень практичным. Дорожка выхода твердо направила его к незаметному и все-таки неотвратимому пункту сбора пожертвований. Он начал подвергать сомнению филантропический аспект бюро путешествий.

— Я не понял ее, — сказал Диманш, пока Кассел отсчитывал сумму, названную главным советником.

— Не понял что? — спросил Кассел. Он скрутил деньги в аккуратную связку, приписал свое имя и опустил в желобок.

— Женщину, Мюрру Форей, главного советника. Она — хантнер.

— Что такое «хантнер»?

— Одна из рас на противоположной стороне Галактики. Она вокализировала по поводу своей родной планеты, когда я пытался определить ее.

— Есть еще информация?

— Нет. Электронные охранники поставили блок, как только я достиг ее. Я поскорее оттуда выбрался.

— Понятно.

Значение всего этого, если оно и было, ускользнуло от Кассела. И, тем не менее, информация не казалась утешительной.

— И все же мне хочется знать, — снова заговорил Диманш, — к чему такие меры предосторожности, как электронные охранники? Какие такие секреты хранит Бюро космических сообщений?

Кассел невразумительно что-то проворчал, но не ответил. Временами Диманш проявлял назойливое любопытство.

Кассел входил в здание Бюро с одной стороны. Вышел на противоположную. Агентство было больше, чем он предполагал. На улице он вновь увидел старика. Тот, очевидно, менял каждую надпись на вывеске. Его работа, видимо, закончилась, и он снимал с головы свой видеопроектор. Кассел подошел ближе. Техник повернулся и заглянул в его лицо.

— Вы тоже здесь застряли? — спросил он хриплым голосом.

— Застрял, — согласился Кассел, — полагаю, что так. Я ожидаю свой корабль.

Он нахмурился. Это ему следовало задавать вопросы.

— К чему вся эта смена декораций? Я думал, что Бюро существует уже давно. Зачем вы сменили так много надписей? Было понятно, если бы агентство было новым.

Старик хихикнул.

— Реорганизация. Прежний главный советник неожиданно оставил свой пост. Говорят, среди ночи. Новому не понравилось название, и он приказал все изменить.

«Это на нее похоже», — подумал Кассел.

— Что представляет собой эта Мюрра Форей?

Старик загадочно подмигнул. Он открыл было рот, но затем его, казалось, одолел старческий испуг и он поспешно зашаркал восвояси.

Сбитый с толку, Кассел проводил его взглядом. Старик боялся за свою работу, боялся главного советника. Почему? Кассел пожал плечами и продолжал путь. Контакт с Бюро был теперь в его интересах, но он не намеревался находиться в зависимости от него.

— Девушка впереди вас при ходьбе совершает необязательные виляющие движения, — заметил Димаш. — Некоторые мужчины смотрят на это с одобрением. Я этого не понимаю.

Кассел глянул вперед. Так ходили в добром старом Лос-Анджелесе. Его охватил острый приступ ностальгии.

— Заткнись, — проворчал он тоскливо. — Занимайся своим делом.

— Делом? Отлично, — сказал Диманш. — Следите за транспортным потоком.

Кассел отошел от края воды. Мюрра Форей была права. Годольфиане не нуждались в его талантах, по крайней мере, на тех условиях, которые были приемлемы для него. Им не нужно напрягаться. Они жили доходами от путешественников, которые в значительном количестве прибывали на планету с каждым кораблем.

И все-таки деньги ему были нужны. Он шел наугад по улицам, в то время как Диманш производил зондирование.