Что ты ищешь? (СИ) - Дрожжинова Полина Леонидовна - Страница 77

— Люди наместника следили за ним, но потеряли из виду. Рядом с местом, где они его потеряли начался сильный пожар. Все перепугались и согнали едва ли не всю стражу Энтеи на его поиски. На одном из трупов нашли его фамильные регалии. Я проверил — они подлинны.

— Гис?

— В тот вечер он был с ним. А в развалинах дома, где нашли кронпринца, было ещё несколько трупов не поддающихся идентификации.

— И он… — Мужчина провёл рукой по лицу и невидящим взглядом уставился куда‑то вдаль. — Эти мальчишки всегда вместе…

Глава двадцать девятая — тёплая

Эля посмотрела вниз и вздрогнула. Казалось, она стоит на хрустальной пластине, под которой томятся холодные волны, готовые вздыбить льдины и увлечь девушку на дно. Впрочем, она не отходила далеко от берега и глубина здесь была не столь пугающей, какой наверняка была в центре озера. Учительница подняла голову и посмотрела вперёд. Невдалеке ледовый панцирь обрывался, и дальше тянулась тёмная вода, над которой клубилась еле заметная дымка.

— Это просто великолепно. — Выдохнул принц. Он сидел на корточках и водил длинными пальцами правой руки по льду. — Завораживает…

— Да. — Согласилась Эля. — И немножко пугает.

Она с трудом могла разглядеть противоположный берег.

— Эй, она всё время спит. Это нормально?

Девушка обернулась. К ним подошёл Вальдр, удивлённо разглядывающий Милу, которая спала у него на руках.

— Она недавно потеряла мать — естественно, она не в порядке. — Шёпотом сообщила учительница.

Хм… Так это и есть Волнистое? — Оборотень с подозрением огляделся вокруг. — Какое‑то оно странное… А почему вода только по краям замёрзла?

— Рина писала про какие‑то тёплые источники. — Девушка пожала плечами. — Вот бы воду потрогать. Но подходить к кромке льда я бы не решилась.

— В детстве я читал сказки про озёрных русалок. — Не моргая и не отрывая взгляда от одной точки, произнёс Эйнар.

Вальдр посмотрел на него и приподнял бровь.

— Зачем вы гладите лёд?

— Я представляю, что глажу огромного монстра, состоящего из мириадов капелек, который дремлет до весны и видит сны об айсбергах северных морей.

— Ясно… — Зеленоглазый парень отвернулся с таким видом, будто уже поставил принцу диагноз. — Это всё прелестно, но может всё‑таки пойдём?

— Подождите! — Эля переминалась с ноги на ногу и нервно кусала губу.

— Что, ты тоже хочешь погладить какого‑нибудь монстра? — Ехидно осведомился Вальдр.

— Нет. — Девушка посерьёзнела. — Я хотела вас попросить. В том доме, куда мы идём, живут очень хорошие люди. Я не хочу говорить им, что еду в столицу. И они будут очень волноваться если узнают, кто вы.

— Да мы и так никому не говорим, кто мы. — Удивился Эйнар. — Я вообще официально мёртв.

— Нет. Я имею ввиду то, что вы оборотни…

— То есть… — Господин Ярдар скривился настолько презрительно, насколько позволяла мимика и уточнил. — Ты хочешь, чтобы я притворялся человеком? Может, мне себе хвост оторвать?

— Нет, хвост красивый. — Ляпнула учительница. — Ну пожалуйста…

— Я с удовольствием поиграю в человека. — Заявил принц.

— Играйте без меня! — Отрезал Вальдр, разворачиваясь и идя по льду к берегу, где их ждали лошади, привязанные к маленькой безлистной иве.

Откуда‑то с озера на холмы наплывали лёгкие барашки тумана. Как непослушное стадо, они бродили по округе, сливались с затянувшими всё небо облаками вверху и снегом внизу, делая мир абсолютно белым. Единственное тёмное пятно — большой деревянный дом с высоким крыльцом, казался нарядной игрушкой на столе, засыпанном мукой. От дома вниз к озеру спускалась дорожка следов. Вокруг хозяйственных построек также было натоптано — нужно было задавать корм животным.

Рина завороженно смотрела в окно, наклоняя голову то в одну сторону, то в другую.

— Что ты делаешь? — Осведомилась её мать, проходя мимо дочери к кладовой.

— Я проверяю, как меняется пейзаж в зависимости от наклона головы.

— И как же?

Бывшая учительница счёта уронила голову на сложенные на подоконнике руки.

— Никак!!! — Простонала она. — Всё просто белое! Белое с белым на белом и сверху белое!!! Почему здесь всё настолько белое?!

— Потому что мы не в городе, дорогая. — Раздалось из кладовки.

— Я заметила. — Буркнула девушка.

— Вот твои сёстры прекрасно себя чувствуют!

Рина подняла голову и хмуро посмотрела на двух совершенно одинаковых девочек, которые стояли в углу возле старой прялки и непрестанно хихикали.

— Даже будучи наказанными, они продолжают радоваться.

— Это потому, что они подсыпали соль в твоё повидло для пирожков. — Хмуро объяснила старшая сестра.

— Хм… А я уже часть в печь засунула. — Задумчиво протянула миссис Лирова, помешивая ложкой в большой миске с яблочным повидлом, занимавшей ту часть стола, которую не занимала не менее огромная миска с тестом. — Ну, значит, останутся без сладкого. Будут есть солёное.

Хихиканье в углу стихло. Близняшки озадаченно переглядывались — кажется, наконец, обнаружив слабое место в своём плане.

— Если скучно — подмети.

— Уже… Три раза подмела. Веник по ручку стёрся.

— Ну тогда скушай пирожок. — Меланхолично посоветовала заботливая мать семейства, доставая из печи металлический противень.

— Мамуля, если ты продолжишь печь пирожки, а я продолжу их есть, нам придётся расширять двери… — Заметила девушка. — Ну почему от Эли так давно писем нет?! Я умру без новостей из Энтеи!

— Обозы не могут ходить так часто, как ты хочешь.

Рина отлипла от окна и придвинула табурет ближе к матери, чтобы было удобнее разговаривать.

— Вообрази — в последнем письме она рассказала, что видела кронпринца. — С придыханием сообщила она. — И подробно его описала! И знаешь что — у него нет рогов и даже лишних клыков! Наоборот — судя по всему, он красивый! Хм… Но если у кого‑то отсутствуют клыки, ещё не значит, что он не хищник — может, он целиком глотает. Ближе я бы к нему не подходила. И всё‑таки так интересно… Вот бы одним глазком на него взглянуть. А ещё она писала, что новый учитель не очень… Пусть только попробует обидеть кого‑то!

— Я волнуюсь за Элю. Как жаль, что она не может попробовать пирожков. — Взглянув на противень, миссис Лирова поморщилась. — Ну не этих… Вот вредительницы мелкие. Не выбрасывать же сейчас…

В дверь постучали. Рина встрепенулась.

— Наверно соседи.

Она вскочила с места и открыла дверь, ведущую в сени. Между квашеной капустой в кадушке и полкой с грушевым вареньем топтался здоровенный бородатый мужик в медвежьей шубе. Из приоткрытой входной двери нещадно дуло. Гость всунул в руки девушки конверт и пробормотал что‑то невразумительное.

— Я про него вспомнил, только когда мы расстались. Они там у озера что‑то застряли. Этот всё про пейзажи какие‑то болтал. Говорил, что из меня получится прекрасный портрет… Или с меня… Мозг мне выел. Ну а деньги же мне заплатили, так что вот.

Почесав в затылке, он вышел на улицу, прикрыв за собой дверь.

— О чём это он? — Осведомилась мать Рины.

— Гм, понятия не имею. — Пожала плечами девушка. — В прошлый раз, кажется, письмо тоже он доставлял. Но тогда он изъяснялся нормально. Письмоооо!!! — Она радостно прижала к груди конверт. — Ну, наконец.

Она уселась на табурет и открыла конверт, сломав печать.

— Хм… А почему так мало? Обычно это что‑то размером с небольшую книгу. Странно.

Впрочем, её насторожил не только объём, но и содержание.

"Дорогая, у меня всё прекрасно, не сомневайся. Единственное, чего мне не хватает — разговоров с тобой. Дети так по тебе скучают. Они все передают привет."

Бывшая учительница расплылась в улыбке, читая длинный список приветов. Затем её улыбка завяла — подруга описывала пожар…

"Что же касается Энтеи — раны, нанесённые пожаром, быстро затянутся, вместо обрушившейся шахты выроют новые. Часовая башня по — прежнему подпирает небо. Улицы всё такие же запутанные. Жаль, не могу рассказать тебе всего — для этого понадобился бы не лист бумаги, а простыня. Боюсь, некоторое время я не смогу посылать тебе письма. Не волнуйся. Со мной всё хорошо. Просто ненадолго уезжаю кое — куда кое с кем."