Когда расцветает жемчуг (СИ) - Янушкина Вероника - Страница 28

Саша повела плечами. Боль в словах красавицы кольнула сердце ледяной иглой.

- Из-за чего? - последняя Васперити приближалась к собеседнице, - после смерти каорри переносятся во дворец!

- На дне погребён перстень с частичкой моей души. Грамма сияет, и я заточена, - она грустно улыбнулась, - её должны были разбить, но Лиран приказал верховному кайхалу зачаровать и сам бросил в озеро. Отомстил.

- Если я вытащу? Там глубоко?

- Вода отравлена. Ты ощутить лихорадку, тело покроют гнойные язвы, наступит мучительная смерть, - призрак коснулся застёжки на плаще, - однажды слуги укрепляли берег и оступились. Агония растянулась на неделю.

- Что я могу сделать?

- Ничего. Единственному каорри, чьё слово оборвёт кару, я безразлична, - она сняла накидку, показав расшитые камнями блузу и пышную юбку. В свете луны одеяние мерцало серебром, - добрая ты. Если хочешь, то приходи побеседовать, - дух опустил голову, будто скрывал печаль, - но лучше беги отсюда. Беги в земли Ордена Семи Стихий, куда не дотянулась рука короля. Он многого не ведает о заповедных краях. Считает, что там снежные пустоши, но заблуждается...

Облако закрыло сиреневую луну, и женщина исчезла.

Садовница остановилась в шаге от пруда и присмотрелась к искрам. Дьявольское сияние - не дар ночного светила, а яд? И что столь ужасное совершила незнакомка, если после смерти её приковали к озеру? Судя по ожерелью, красавица входила в ближний круг Его величества и, вдобавок, дружила с мамой, что говорило о многом. Король придумал для неё худшее наказание из возможных. Жизнь в пределах дворца - ерунда по сравнению с бесконечными прогулками по отравленной земле.

Тёмная и вязкая, словно жидкие чернила, вода плескалась о берег и скрывала дно. Найти бы палку и измерить глубину...

- Не спится? - младший Стасгард стоял под соседней ивой.

Глебова попятилась:

- Искала вас, но снова встретила призрака. Кто она? Родовитая каорри и такая несчастная! Смерть не оборвала её мучения.

Стеллан молчал.

Ветер всколыхнул озеро, и садовница отпрыгнула на траву. Где-то закричали попугаи, будто увидели чужака.

- Ваша любимая?

- Моя мать, - он отломил прут и согнул в кольцо, - при жизни королева Карвахена Алкеста тен Стасгард.

- Что? - вскрикнула дерья, - но почему?

Саша стиснула пальцы. Ответ опекуна поразил до глубины души. Так жестоко поступить с Её величеством! Монарх ненавидел супругу? И это после рассказа Айлин о том, как трудно каорри подобрать пару! Хороша благодарность за наследников! Получил детей и убил! Не верилось, что любящий мужчина способен на такое зло.

- Отец толкнул, и она ударилась головой о камень. Лекари не успели.

Понятно, откуда на затылке женщины появилось пятно.

- Королева сказала про месть...

- Мать утаила, что в семье были хранимые смертью, - Стеллан бросил ветку в озеро. Та задымилась, словно попала на угли, и сгорела, - король этого не простил. Приказал зачаровать грамму и растворить в воде сильнейший яд.

- Вы пытались достать...

- Пытался. Но, прошу, не ворошите прошлое.

Он шагал по дорожке. Торопливо срезал углы, будто хотел отвести подопечную от озера. Похоже, что по Алкесте орд Стасгард печалился только младший сын. Старший перенял чувства отца и нарочно не пожелал осушить пруд и освободить мать.

- Постойте!

- Не здесь.

Саша не отставала. Обходила похожие на осьминогов олеандры, нагибалась под косами глицинии. Встреча с призраком спутала карты, и садовница едва вспомнила причину ночной прогулки.

- Зачем вы искали меня? - спросил мужчина, когда они дошли до башни.

- Полагаю, завтра будет Прочтение.

- Верно. В полдень сиятельный Растан ожидает вас в приёмной, - он касался арки, словно убирал защитные заклятия, - я хотел сообщить утром. Обязательно приведите себя в порядок и наденьте парадную форму.

Дерья глубоко вдохнула и выпалила:

- Можно ли частично скрыть воспоминания? Так, чтобы я помнила, но Читающий не увидел?

- Зачем вам это?

- Мама отыскала опаловые семена.

Стеллан замер. Палец чиркнул, и на камне проступила чёрная сеть.

- Король отберёт, если узнает. И уничтожит! А я... хочу вырастить древо. Не знаю, где, но отыщу безопасное место и...

- Для чего? - рассердился опекун. Резкий хлопок, и паутина распалась на язычки дыма, - за это вас казнят без разбирательства! Наденут мешок на голову и сбросят с обрыва! Так поступают со всеми предателями родины!

Саша позабыла о робости.

- Для вас, - дерья смотрела в глаза опекуну, - чтобы полностью покорили стихию! Неужели вы не мечтаете...

Волосы младшего Стасгарда переливались ярче озарённого солнцем опала и выдавали злость.

- Поймите, наконец! Неважно о чём я мечтаю! Моя жизнь - служение короне! Остальное неважно! Только так я могу быть уверен в завтрашнем дне!

Глебова опустилась на колени.

- Прошу, закройте эти воспоминания! Пожалуйста!

Близнец Его величества молчал.

- Только потому, что вы спасли меня, - он сжал кулаки, - но, учтите, забыть придётся по-настоящему.

- Тогда возьмите, - садовница вытащила из кармана платок с опаловыми жемчужинами и клочком страницы из дневника, - оставьте у себя. Вернёте, когда посчитаете нужным.

Опекун забрал подарок. Лучше Саша забудет о камнях, чем король уничтожит наследие матери. В Стеллана она верила. Сохранит.

Каорри присел и коснулся лба дерьи. Сизый дым окутал голову, но тут же развеялся.

Последняя Васперити тёрла виски. Не каждый день она видела призрака умершей королевы! Зато стало понятно, почему к озеру нельзя было подходить. Окатит волна, и скончаешься в тяжких муках. С другой стороны, зачем садовница ночью вышла в парк. Помнится, отдыхала в купальне и тут... а, ладно.

- Вы себя хорошо чувствуете?

- Да. Только не помню, почему покинула флигель, - она пожала плечами, - видно, решила прогуляться перед сном.

- Бывает.

Мужчина поправлял карман пиджака, словно там что-то лежало.

- Завтра в полдень Прочтение?

- В приёмной будет асан и другие чиновники. Приготовьтесь: сиятельный Растан представит вас элите Карвахена.

Дерья прикусила губу.

- Идите отдыхать. День будет трудный.

***

Часы показывали четверть двенадцатого. Вспомнив отношение короля к опозданиям, Саша вытащила парадный комбинезон и принялась переодеваться. Пояс затянула до последней прорези, но всё равно почувствовала себя девочкой, стащившей мамин костюм. Тяготы судьбы отразились болезненной худобой и головокружением, когда садовница резко двигалась. Смешно: белые лекари, как выяснилось, были не в состоянии помочь сами себе. Её дар не исцелит, надежда на сон и травяные настои. Что казалось ещё смешнее, учитывая грядущее Прочтение. Второй раз монарх не отложит пытку.

Волосы дерья собрала в причёску Авиты (ещё украсила лилиями цвета слоновой кости), в кожу втёрла масло персика, нарисовала на веках тонкие стрелки и нанесла на лицо и шею чуть-чуть золотистой пудры, отдав дань традициям Карвахена. Сегодня Глебова обязалась впечатлить короля (даже речь сочинила), посему продумала все мелочи. Походка, жесты, взгляды, тон голоса. Осталась малость - претворить замысел. Проявить смелость и показать чванливым господам, что достойна великой фамилии. Помахав себе в зеркале, Саша поторопилась на главную аллею.

- «Приёмная Его величества».

«Ступенька» зафиксировала стопы и заскользила во дворец.

Как и в прошлый раз, стражи сопроводили гостью до дверей. Каждый проверил цель визита и право посещения королевской обители.

Сиятельного Растана не было, зато собрались видные каорри. В костюмах, по оттенку схожих со стихией, они тихо беседовали о грядущей соколиной охоте. Садовница предположила, что детей с младых лет приучают наряжаться в цвета покровителя, поэтому старший близнец предпочитал фиолетовую палитру, младший носил чёрное. Может, выбрал бы иное, но не стал нарушать обычаи.