Когда расцветает жемчуг (СИ) - Янушкина Вероника - Страница 60

- Остановись!

Она покосилась на валуны и едва не упала. Это не мираж! Не фантазия впавшей в безумие дерьи! По камням скользил младший Стасгард; на вершине утёса сальф разминал кожистые крылья, шипами высекая искры.

Спрыгнув на лестницу, отмеченный Морой оттащил Глебову от пропасти и прижал к себе. Волосы пахли гарью, на лице темнели пятна копоти, но это был он! Живой и невредимый! Вырвался из объятий смерти и прилетел на Одинокую скалу!

- Как? - рыдала белая лекарица, - асан показал... взрыв! Ты был в камере! И...

- Стихия сжалилась, - Стеллан мягко коснулся её губ, - смягчила агонию, сказала о твоей казни. Я разбил склянку.

- Я поверила...

- Жалко прерывать душещипательную встречу, - Селим не удивился появлению близнеца Его величества, - но, позвольте спросить, что дальше? Сальф остался на вершине, вы стоите в трёх ступенях от обрыва, а в ущелье собрались сотни бойцов.

Саша огляделась. Перевал наводнили солдаты: тен Илметтин узнал о бегстве младшего Стасгарда из Архары и подготовился.

- Ты выжил, но это ничего не меняет, - шипяще произнёс сановник. Исчезла тёплая улыбка, в глазах загорелось пламя мести. Он казался охотником, готовым отдать за дичь всё: расстрелять патроны, загнать собак, самому влезть в капкан, чтобы сымитировать беспомощную жертву. Невольно садовница подумала, что мужчин связывали личные счёты. Соколиная охота стала поводом, чтобы нажать на «законные» рычаги давления, - хватит смелости убить всех?

- И уподобиться вам? Взрыв устроили вы, вместе с Эрданом тен Маршеллом.

- Я действую с разрешения Его величества.

Взоры всех присутствующих обратились на короля. Когда младший брат спрыгнул на лестницу, сиятельный Растан сделал шаг и хотел что-то сказать, но передумал. Прижал Айлин, словно зачерпнул в цетре успокоение, и отдал Селиму бразды правления. Пусть тот довершит начатое дело, так будет лучше для всех.

- Прости, Стеллан. Ты - угроза спокойной жизни Карвахена, - отрешённо произнёс монарх и кивнул солдатам.

На лестницу обрушились молнии, но... ударились о невидимый барьер и срикошетили в пропасть. Гул сотряс гору, будто над ущельем разразилась гроза.

- В чём дело? - асан оглянулся на верховного кайхала, - Ильхан, разберитесь.

Щурясь, тен Хемсворт всматривался в ступени.

- Магическая защита, снять можно только с другой стороны.

- Действуйте!

- Серьёзно? Я должен встать под удар? - насмешливо произнёс колдун, - пусть бойцы отойдут подальше.

Одетые в кожаные доспехи каорри неровным строем двинулись на край площадки.

- Теперь вас всё устраивает? - сановник терял терпение, - поторопитесь!

Верховный кайхал ступил на лестницу. Стеллан заслонил Сашу и приготовился к атаке, но дерья толкнула любимого в бок. Слишком уверенным казался Ильхан тен Хемсворт. Обычно вспыльчивый и циничный, хозяин Зеркальной башни сохранял невиданное спокойствие и будто следовал по иному пути.

- Ваше величество, помните указ номер сто двенадцать?

- «Свод Наказаний Карвахена»? От первой и до последней строки.

Мужчина закатывал рукава мантии. Возможно, белой лекарице показалось, но отмеченный Левентом сжал что-то в ладони.

- Что гласит вторая поправка?

- Причём тут законы? - встрял асан, - убирайте барьер!

- Я напомню. «Родственники осуждённых имеют право не выполнять приказы короля, если это навредит осуждённым». На суде было бесполезно встревать, но сейчас... Алессе - моя дочь. Я был в отношениях с Ильсией тен Васперити.

- Вы бредите!

- У дерьи на теле метка кайхала.

- Достаточно!

Асан хлопнул в ладоши. Прежде чем лестница взорвалась, Ильхан разбил о ступень стеклянную сферу. Заключённые в ликарру лепестки закружились, серебристая дымка выдавила из лёгких воздух и погрузила мир в сумерки.

***

Сияние погасло.

- Вы солгали королю! - Саша бы бросилась на верховного кайхала с кулаками, но Стеллан удержал, - нагло солгали в лицо! Зачем?! Что ещё вы задумали?

- Я не обманул, - мужчина что-то искал в складках мантии.

- Вы не можете! Просто не можете! Мама...

- Сбежала из Карвахена уже понёсшей, - он казался спокойным, словно беседовал с первым помощником, - я знал.

- Я не верю! Кто угодно, но только не вы!

Ильхан вытащил перевязанные лентой страницы.

- Прочитай, если захочешь.

- Листы из дневника?

- Угадала.

Дрожавшей рукой Глебова забрала подарок.

- Почему вы молчали?

- Ты не поймёшь.

Сняв с головы обруч, тен Хемсворт дотронулся до сапфира. Символ высочайшего статуса, последней ступени на лестнице власти и могущества среди кайхалов, стал наградой за упорство и разбил жизнь на два отрезка. Первый, полный рывков, взлётов и падений, и второй - ровный, постепенно стремящийся вниз...

Ильхана забрали в Зеркальную башню в восемь лет. Хейдан тен Мелларк, верховный кайхал того времени, прибыл в школу за очередными учениками. Познакомившись с второкурсниками, он выбрал троих и хотел было покинуть заведение, как случайно увидел рисовавшего на песке мальчика. Веточкой сын поварихи выводил кренделя и что-то бормотал под нос. Рукав тёмно-синей водолазки скатался до локтя, выставив напоказ зубчатую отметину, присущую всем одарённым детям. Хейдан спросил, как зовут ребёнка, уточнил возраст и пригласил в гости. Шрам проявился на несколько лет раньше обычного, что выдавало недюжинные возможности и талант.

Тен Хемсворт воспринял обучение как вызов. Кайхалы в один голос твердили о потенциале, называли самым молодым обладателем мантии в истории Карвахена и пророчили сапфировый обруч. То, что прочие ученики осваивали с трудом, Ильхан постигал играючи. К пятнадцати годам он овладел стихией воды в высшей степени. Вызвать бурю в близлежащем заливе? Легко. Пробудить подземные ключи? Ещё проще. Покорение завершил поединок с верховным кайхалом, в котором победил юный подмастерье.

Два следующих десятилетия миновали в освоении огня, земли, воздуха и молний. Молодой колдун путешествовал по странам, месяцами живя в городах и деревнях, общаясь каорри - признанными искусниками - и вникая в тонкости элементов. Мужчину не пугали тяготы, не заботило ушедшее время - желание стать лучшим затмевало всё. Пусть другие кайхалы сидят в Зеркальной башне и «варятся в собственном соку», он превзойдёт всех. Даже верховного. Хейдану тен Мелларку пора уйти на покой. Выбрать преемника и добровольно шагнуть в надлунный мир, развеяв телесную оболочку. Так поступили все предыдущие хозяева Зеркальной башни: слились с цветком стихийного древа и в облике второй сущности покинули дом. Обычные каорри сгорали в кострах и обретали покой в родовых усыпальницах, кайхалы раскрывали крылья.

Особенно тен Хемсворта интересовали «невозможные» стихии. Авита и Мора, жизнь и смерть, жемчуг и опал - подвластные каорри только по праву рождения. Ильхан отдал бы многое, лишь бы освоить белое и чёрное пламя! Создать и примерить браслеты, которыми прежде не обладал никто! Тогда бы он стал поистине всесильным и показал братьям по крову высшее могущество! Король, тайная канцелярия - никто бы не посмел диктовать кайхалам свою волю. Что им законы венценосной династии? Пустой звук, набор бесполезных слов, ворох гниющей бумаги. Пыль, что Стасгарды пускают в глаза! Глупо следовать указам того, кому просто так передают власть! Надевают пластину на четырёх цепях из-за происхождения! Правитель обязан заслужить почёт, иначе разрушит страну.

Когда Ильхан вернулся домой, Хейдан тен Мелларк признал могущество ученика и надел ему на запястья браслеты-символы покорения элементов. На следующий день в жизни отмеченного Левентом началась серая полоса. Он-то думал, что вот-вот получит долгожданный обруч и войдёт в историю, но путь перегородил камень преткновения. Острые грани, словно лезвия, подрезали крылья наивной юности и опустили на землю. Упав, тен Хемсворт окунулся в болото сплетен и грязь лжи.

Титул верховного подразумевал не только физическую мощь, но и умение сочинять и замечать интриги, улыбаться тем, кого ненавидишь, и бесконечно врать. Для своих он должен был стать покровителем, для чужих - силой, с которой те должны были считаться. Старший помощник погрузился в мир политики. Изучал дома Карвахена, запоминал родственные связи, искал слабые места сановников и придумывал рычаги давления.