Огонь из пепла (ЛП) - Мартин Эмили Б. - Страница 2

- Ты хорошо танцуешь, - сказала я. – Лучше, чем рассказывала.

- О, - она закатила глаза. – Некоторые называют это скромностью, Мона, а не ложью. И разве я могла в пути говорить, что я в чем-то лучше тебя? – она посмотрела на своего мужа, он шел среди людей к нам, сидящим за высоким столом. – И… у меня не было правильного партнера.

Валиен поднялся по ступенькам к столу, поправил серебряную корону на копне черных волос. Он тоже тяжело дышал, что было не удивительно в возбуждении танцев во дворе Лампириней. Больше двух часов лесной народ топал и кружился, серебряные украшения на их платьях, туниках и сапогах сияли в свете ламп. Они кланялись партнерам и тут же перестраивали ряды. Они не собирались вскоре прекращать.

- Твои братья угрожают устроить беспорядок, если ты не станцуешь дальше с ними, - сказал Валиен Мэй, садясь рядом с ней. Как и он, он шумел, когда двигался. На манжетах на их запястьях были вшиты колокольчики, ряды колокольчиков были и на их кожаных сапогах. Они позвякивали от каждого движения, их было легко найти в толпе.

- О, они шутят, - сказала она. – И ты привык угрожать так вместе с ними с детства.

- Но теперь я – король, - сказал он.

- Стоило подумать об этом раньше. Фу, Арлен! – Мэй отодвинула серебряные юбки от лужи ежевичного вина, растекающейся по скатерти.

Арлен тихо ругался, его лицо краснело под повязкой на глазу, украшенной жемчугом. Он схватил салфетку и прижал к пятну.

Я добавила свою салфетку.

- Все хорошо, - тихо сказала я.

Он ненавидел так ошибаться. В первые недели после того, как меч капитана Алькоро сделал его левый глаз слепым, он был ходячей катастрофой: сбивал вазы, не замечал ступеньки и врезался во все, что было слева от него. Он уже лучше ориентировался в пространстве, но все еще работал над собой. Он не быстро забудет, как сбил бокал вина на королевской свадьбе в соседской стране, особенно, если Мэй будет ему напоминать об этом.

К сожалению, тут музыка, звенящая из большого дуба посреди двора, закончилась. Лесной народ во дворе кланялся партнерам. Некоторые поспешили к кубкам, но многие повернулись к высокому столу, люди тащили деревянную телегу во двор. Я сжала грязную салфетку в руке и спрятала на колени под столом, когда телега остановилась перед новыми королем и королевой.

- Король Валиен и королева Элламэй Сердцевина Лампириней, - сказал крупный мужчина с поклоном. – Дар кузнецов в честь вашей свадьбы и начала вашего правления, - он и его помощник сорвали ткань и показали большие деревянные панели: новые врата, где были вырезаны деревья-близнецы. Центры стволов были серебряными. Слова благодарности Валиена и Мэй заглушили радостные вопли толпы во дворе.

- Я хотела спросить, - сказала я ей, когда панели унесли. – Фамилия, что вы оба взяли… Сердцевина. Не слишком вычурно?

Она знакомо посмотрела на меня, эта боль появлялась на ее лице, когда я показывала свое незнание гор.

- Сердцевина. В центре дерева, в центре дуба. Это основа всего. Она сильная. И полезная, она поддерживает огонь.

- Ах, - сказала я. – Так куда понятнее. Ты несносно умна.

- Ты скучная и простая.

- Фамилия мне нравится.

- Спасибо.

Скрипачи и барабанщики снова заиграли, сидя среди ветвей дерева. Все выстроились рядами. Я вернула салфетку на стол, лесной народ начал новый сложный танец.

- Цепочка леди, - сказала Мей, отставив кубок. – Идем, Мона. Я тебе покажу, как.

- Нет, нет. Мне хватает вида.

- Я не спрашивала, чего тебе хватает. Идем… это свадебный подарок.

- Я уже подарила тебе жемчуг и песню, - сказала я, стряхивая ее руку с запястья. – Не заставляй забирать их.

- Песню ты забрать не сможешь, а за жемчуг я поборюсь.

- Это благодарность?

Она теребила нить зеленого жемчуга, идущую от плеча до плеча, похожую на лозу с листьями.

- Наверное. Но я испытываю подозрения. Только это оплатило бы месяц еды в Пароа.

- Три месяца, если точнее. Но на тебе хорошо смотрится.

Она развернула ладонь в жесте благодарности.

- Спасибо. И спасибо за пение на церемонии. Это было красиво. Если я соврала тебе о танцах, то ты о пении. У тебя красивый голос.

- Благодарю, - я смотрела на хаос перед нами, уверенная, что на развороте кто-то врежется в другого. – Стоило спеть Кольму, не мне. Его голос богаче. Его было бы слышно на весь двор лучше.

Я пожалела, что заговорила об этом. Улыбка Мэй стала натянутой, она посмотрела на вихрь красок и звуков перед нами. Я мысленно стукнула себя, помня о ее реакции вчера, когда она поняла, что в Лампириней прибыли только мы с Арленом.

- Дело не в тебе, - сказала я ей прошлой ночью, когда она прижала голову к холодному окну. – Он больше не злится на тебя. Он злится на себя и немного растерян.

- Ты сказала, что он успокоится.

- Да. Но подумай, Мэй… все тут знают, что он чуть не убил тебя. И Валиен был… груб с ним первые пару дней, когда тебя лечили.

- Это уже прошло. Никому нет дела. И половина стражи видела, как он спас мне жизнь в Огнепаде.

Я пожала плечами.

- Ты знаешь Кольма. Он не любит быть в центре внимания. Он правда шлет тебе поздравления. Он выловил почти весь жемчуг, что я привезла тебе. Но он не смог прийти.

Она закрыла глаза, ее расстройство отражалось в темнеющем окне.

Музыка замедлилась, люди захлопали музыкантам на ветвях. Они бодро поклонились, а потом завели новую мелодию, медленную и с переливами. Вальс. Танцующие разделились в поисках партнеров, вскоре двор заполнили кружащиеся пары.

Валиен улыбнулся и взял Мэй за руку, но, стоило ей встать, засада в виде ее братьев оказалась у ее стула.

- К черту корону!

- Наша очередь!

Они схватили ее и подняли со стула. Мэй боролась, звеня.

- Идиоты!

Но они дотащили ее по ступенькам во двор, где начали кружить между собой. Они танцевали с ней, уходя прочь от стола, хотя она возмущалась и смеялась при этом.

Рука Валиена все еще была направлена, чтобы обхватить ее руку.

- Ах, - сказал он. – Меня свергли, - он потянулся через пустой стул Мэй ко мне. – Раз так сложились обстоятельства, королева, не откажете мне в вальсе?

Я чуть покраснела.

- О, придется отказать, Валиен.

- Элламэй сказала, что ты надеялась потанцевать сегодня.

Я мрачно посмотрела на Мэй, но она была занята с братьями.

- Давай уже, Мона, - сказал мстительно Арлен, подталкивая меня.

Я слышала голос матери в голове, как и всегда: «Не делай того, что не сделаешь хорошо». Я оглядела двор. Люди, что не смотрели, как новая королева вальсирует со старшим братом, глядели на высокий стол. Валиен все еще протягивал мне руку. Отказ будет выглядеть холодно.

Я опустила ладонь на его руку и встала раньше, чем Арлен попытался все испортить. Валиен повел меня в поток вальсирующих пар.

- Какая нога первая? – тихо спросила я.

- Правая, - сказал он, удерживая мою руку.

Я следовала за его шагами, пыталась не смотреть на ноги. За плечом короля брат Мэй легко кружил ее, бахрома на сапогах взлетала от каждого шага. Я сжала ведущую руку Валиена крепче. Я надеялась, что он меня кружить не станет. Я ощутила шрам на его ладони, рана в детстве, след пыла его отца. Валиен уклонился от удара, но упал, и рука попала на решетку камина. Следы ожогов остались.

- Расслабься немного, - тепло сказал он, качнув моей рукой.

- У меня нет опыта, - сказала я. – Я не танцевала последние четыре года.

- Я не буду делать ничего удивительного, - пообещал он.

Я хотела ответить, что после нашей истории он вряд ли мог меня удивить, но подавила слова и сосредоточилась на том, чтобы поспевать за ним. Раз, два, три.

- Как вам октябрь в горах, королева Мона?

- Мило, - сказала я, с трудом дыша.

- Как развивается озеро?

- Медленно, но верно, - я сделала слишком большой шаг и покачнулась. Его колокольчики звякнули лишний раз, он удержал меня и повел дальше. Я пришла в себя и сказала. – Мы разобрали почти все бараки алькоранцев.