Кузницы Марса. Трилогия (ЛП) - Макнилл Грэм - Страница 246

Наконец, устав и использовав самые выдающиеся проявления своего гения, Телок и Котов расцепились над глубоким инфоядром расплавленного золота. Оба истекали ярким, как ртуть светом, а пепельные воспоминания о некогда известных вещах осыпались с них, словно могильная пыль.

< Вам не победить, > произнёс Телок, чья чёрная мантия превратилась в лохмотья.

< Как и вам, > ответил Котов, чувствуя, что слабеет с каждым словом.

Линья и Авреем, наконец, догнали Котова и Телока, встав в мёртвом пространстве между двумя архимагосами.

< Никому из вас не победить, > сказала Линья.

< Вы уничтожите друг друга, > добавил Авреем.

< И мы не можем этого допустить, > произнесли они вместе.

Линья бросилась к Телоку, а Авреем к Котову.

Оба ударили одновременно, и Котов почувствовал, как сам дух благословенного Машиной Авреема Локка сливается с каждой его частичкой. Он почувствовал, как его тело преобразовывалось, а восприятие выворачивалось наизнанку. Жёсткая логика и разум настолько объединились с интуицией и нелинейным мышлением, как он никогда не мог и представить.

Котов огляделся и понял, что тот же самый процесс происходил и внутри Телока, пока Линья Тихон объединялась с самой его сущностью.

Но если союз духов сказался на Котове благоприятно, то для Телока всё обернулось прямо обратным. Его внутреннее устройство обнажилось, точно лежавший на верстаке часовой механизм автоматона, и Котов немедленно увидел почему. Линья Тихон была не просто Линьей Тихон, но воинством духов мстительных техножрецов.

Каждый из которых нёс в себе смертоносный гексаматический убийственный код.

Телок взвыл, когда код активировался, вирусный огонь, против которого у него не было защиты. Код разорял его системы, ежесекундно стирая десятилетия накопленных знаний. Постоянно развиваясь в самореплицирующихся решётках, убийственный код перемещался от системы к системе по внутренней архитектуре Телока.

Он уничтожал всё, чего касался, превращая огромные базы данных в воющую бинарную чепуху и перерабатывая накопленные за века знания в бесполезный шум.

Телок корчился, пока вирусный пожар сжигал его заживо изнутри. Его крики были криками человека, который чувствовал, как методично разрывали саму его сущность.

Но Телок был архимагосом Адептус Механикус, и прямо на глазах Котова он приспосабливался, удалял и переписывал свою внутреннюю структуру, останавливая злокачественное распространение убийственного кода.

Пора, архимагос Котов, произнёс внутри голос.

Локк.

У вас теперь есть сила благословлённого Машиной. Используйте её.

Котов протянул руки к расплавленному золоту инфоядра, и ощутил, как внутри него пришла в движение неизвестная энергия. Это была сила, но такой силы он не знал никогда. Сила как у первых бинарных святых, которые, как говорили, могли общаться с машинами на равных. Идти с ними, словно боги на уровнях Акаши на пути к Сингулярности.

Котов зачерпнул свет инфоядра.

И душа “Сперанцы” хлынула в него.

В глазах Котова вспыхнули пылающие диски золотого света, тайный огонь, о котором ведали только солнца, искра, которая зажгла вселенную. От начала до конца он знал всё.

Всё.

Сверкающая броня из золота и серебра сомкнулась вокруг Котова, доспехи столь же сложные и богато украшенные, какие носили легендарные примархи или даже сам Император.

Огненный меч появился в его руке, рукоять и крылатые крестовины образовывали двуглавого орла из ослепительного золота.

Чистое знание, вооружённая мудрость.

Телок корчился, почти очистившись от убийственного вируса.

От кода практически ничего не осталось, но он сделал то, что хотела Линья – лишил Телока широких полос бронированного знания.

< Горе тебе, человек, который не почитает Омниссию, ибо невежество станет твоей погибелью! > произнёс Котов.

И погрузил пылающий меч в сердце Телока.

Глоссарий:

Binary Saint – бинарный святой

Dataform – инфоформа

techno-theosopher – технотеософ

Микроконтент 21

Это был конец всего сущего.

Монкеи верили, что Конец Времён наступит в потоке битвы и крови, возвращении богов и гибели империй. Даже в эльдарских мифических циклах говорилось о времени, названном Рана Дандра, когда лорды-фениксы вернутся для последнего великого танца смерти.

Бьеланна не знала ни одной расы с легендами, в которых рассказывалось о том, что всё просто закончится. Какая в этом мифологическая драма?

Золотая симметрия пряжи распутывалась, варианты будущего разрушались. Судьбы всех живых существ расплетались с огромного гобелена бытия. Энтропия в материальном мире отражалась в пряже, и мерцающая матрица рассыпалась, пока разрастался вызванный архимагосом Телоком разрыв в пространстве-времени.

Бьеланна погрузилась в центр вихря гибнущих вариантов будущего, её дух стал мерцающим призраком в пряже. Духи внутри Бьеланны испугались, оказавшись здесь. Их страх был понятен. Их больше не защищали от Той Кто Жаждет камни душ, и они боялись разделить судьбу Ульданаиша Странствующего Призрака. Они были воинами, а для тех, кто носил военную маску, пряжа всегда казалась чем-то загадочным и недостижимым, поэтому как они могли понять то, что она пыталась сделать?

Её тело из плоти и крови перестало существовать, и каждое мгновение в пряже разъедало сам её дух. Только благодаря добровольной жертве и силе братьев и сестёр она вообще могла находиться здесь. Если они умрут, умрёт и она, и каждая жертва, каждая капля крови окажутся напрасной.

Бьеланна почувствовала, что Тарикуэль успокаивает остальных, рассказывая о “Лебедях милосердия Иши”, танце, который он исполнял для принца Ириэля в куполе Осенних Сумерек. Его вера в неё стала якорем, за который могли держаться остальные. Она слышала и другие голоса: Вайнеш и Ариганна Ледяной Клык усиливали её верой в свою ясновидицу.

Она прошептала спасибо, и слово замерцало в ткани и стало её частью.

Бьеланна следовала по разрушавшимся тропам пряжи, стены из воображаемого золота и света складывались, словно показываемое ими будущее больше не имело никакого значения для вселенной. Бьеланна летела сквозь распадавшуюся пряжу, точно самый дикий автарх Сайм-Хана, она лавировала в погибавшей паутине, продвигаясь всё глубже в психическую сеть.

Пути закрывались позади неё. Тропинки впереди исчезали за мгновение перед тем, как она успевала воспользоваться ими. Рои пауков варпа выбирались из своих нор, миллионами устремляясь в будущее по немногочисленным оставшимся путям.

Трещины в стенах расширялись, словно разрывался корпус повреждённого призрачного корабля. Воющий Хаос в пустых пространствах оттуда звал её, она слышала смех Той Кто Жаждет и шепчущие посулы Изменяющего Пути.

Она чувствовала, как они тянутся к её душе, но летела ещё быстрее, преисполнившись решимости противостоять подобным увещеваниям.

Куда бы она ни посмотрела, потенциальных вариантов будущего становилось всё меньше, пока их почти не осталось. Бьеланна заплакала от зрелища, как столь жестоко уничтожается будущее. Спланированная гибель вселенной уже сама по себе являлась замыслом наичистейшего зла, но погубить её случайно… воистину это было величайшей глупостью.

Очередной путь в будущее закрылся, миллиард миллиардов нерождённых жизней лишился шанса на существование. Бьеланна с отчаянием наблюдала, как пряжа сворачивалась повсюду, куда бы она ни посмотрела. С каждой захлопнутой дверью это отчаяние угрожало разрушить и полностью стереть её дух. Бьеланна зарыдала, поняв, что больше не видит пути вперёд. Каждый маршрут закрывался и блокировал все пути к надежде.

Надежда…

Да, надежда была ключом.

Потому что и другие ясновидцы должны были увидеть это.

Верить в иное стало бы огромным высокомерием с её стороны. Но если они видели, то почему никто из них ничего не сделал, чтобы предотвратить это ведущее к гибели вселенной событие?