Смерть — только начало (СИ) - "Eva Rouse" - Страница 13

Ждать пришлось долго, с утра никто не спешил меня будить, я же не давал сознанию погрузиться слишком глубоко. Легкий стук в дверь, вопрос от Птички «можно ли войти» последовали в полдень. Я не отозвался, и зверолюд открыл дверь, бросился ко мне, громко зовя. Пара пощечин, Птичка вновь кричит мужу, пытаясь делать массаж сердца и искусственное дыхание. Тело воспринимается странно. Вроде, и чувствую, но как-то отдаленно, скорее, понимая, что со мной делают, чем действительно реагируя. Сомневаюсь, что замечу, начни они мне гвозди под ногти вбивать. Меня тискали как резиновую куклу, появился Арас и поднял на руки, потащил куда-то. Вокруг голоса, их становится все больше, но слова доносятся как сквозь вату. Ничего не понимаю. И реагировать не хочу. Такая апатия навалилась… Хоронят они точно за пределами деревни, как огры уйдут, так и откопаюсь.

Я не понял, что меня насторожило, но прислушался к ощущениям, «поднимаясь» в верхние слои сознания. Лицо обдувало ветром, глухие голоса огров и их вторых половин смолкли, носилки со мной подняли. Меня несли бережно и медленно. Затем куда-то подняли. Наконец носилки оставили в покое, и кто-то отчетливо сказал:

— Пора, поджигаем.

Вот этого я не ожидал! Боль, может, и приглушенную, но я все же чувствую и вряд ли могу восстать из пепла. Я же не феникс! Открыв глаза, я сел и встретился взглядом с почтенного вида седовласым огром, держащим в руках факел.

— Оперативно вы, — сказал я, спускаясь со своего «насеста».

Веток наложили от души, пришлось постараться. Сжигать меня решили в центре деревни, так что я поспешил пройти сквозь замершую толпу и спрятаться в своей комнате. Прошло часа три, прежде чем в мою комнату зашел, не стучась, Птичка, и сел в ногах.

— Новок, для нас всех этот твой спектакль был перебором. Мы не будем больше за тебя отвечать. Прости, но еще одной такой сцены мы не выдержим. Одара заставили от тебя отказаться. Он и Мид через час повезут тебя в столицу. Собирайся.

Птичка встал и направился к двери. Собирать мне было нечего, так что я прихватил пару морковок и несколько листов капусты. Добравшись до дома Одара, вошел в калитку и присел на корточки, подманивая толстого рыжего кролика, но он и на метр ко мне не продвинулся. Я оставил на земле свои подношения и обнялся с живой коняшкой, да так и замер. Мыслей не было. Стыда и сожаления тоже. Не знаю… Странно это все.

— Привет. Собрался? — доброжелательно сказал Одар. — Давай помогу сесть в седло.

Кузнец, казалось, и не злился вовсе. Во двор, пугая кроликов, въехал Мид. Его собака бросилась ловить длинноухих, пытаясь собрать и их в кучу.

— Постой, — я тихо обнял Одара с боку и вздохнул, прикрывая глаза. Большой добрый огр… Возможно, я и не знал, от чего так пытался уйти. — Жаль, что тебе пришлось отказаться.

Одар вздрогнул.

— Новок, это уже слишком жестоко. Не стоит. Я уже не могу изменить решение общины. Давай, пора ехать.

— Я не прошу, — отстраняюсь. — Это как бы «спасибо»… И скажи от меня «пока» Птичке и Арасу.

— Когда вернусь — передам, — улыбнулся Одар и легким движением подсадил меня в седло, сел за моей спиной и послал лошадь вперед.

***

До столицы огров мы ехали два дня, и других деревень я так и не увидел. Видимо, мой временный дом был самым ближайшим поселением. В основном я медитировал в седле или делал вид, что дремлю, к тому же никаких занятий не имелось. В степи мы ночевали всего лишь раз, и большую часть ночи я провалялся лицом к звездам. Завораживающее зрелище. Другие миры, другие созвездия. И луна тут больше, хотя похожа на нашу.

Столица оказалась такой помпезной, хотя я и представлял ее, как человеческий город из средних веков. Ров, мощные стены, дороги чистые и ухоженные, каменные и деревянные домики, возле каждого небольшой сад или хотя бы несколько деревьев.

— По решению князя — нашего вождя, — пояснил Мид, — каждый огр должен окружить дом растениями, ухаживать за ними и чистить дорогу перед домом. Так мы поддерживаем наши земли в порядке.

— Князь вообще зелень любит, — пояснил Одар. — Благодаря ему город стал уютнее.

Дома постепенно становились все больше и богаче, а потом мы подъехали к витым воротам. Дом тхармов, вернее парк, был обнесен пятиметровым каменным забором. Полудикий парк с ухоженными дорожками и массой укромных уголков после степи казался почти лесом. Дом тхармов по сути являлся замком, белоснежным и с шестью башенками.

— Привет. Ты Новок? — спросил меня встречающий нас огр. — Нас уведомили о твоем появлении. Я Адр. Надеюсь, тебе здесь понравится.

— Может быть, — пожал я плечами и хитро уставился на кузнеца. — Эй, Одар, может, оформишь себе подписку на тхарма? Все равно мы уже здесь.

— Оформлю что? — кузнец откровенно удивился. — Какую подписку?

— Ну, на выдачу претендентов. Кстати, а ведь тут много тхармов… Как их ищут? В шеренгу строят?

Адр стушевался под моим пристальным взглядом. Как пить дать, не все так просто.

— Эм… Не совсем, вернее, совсем не так! — едва не рассмеялся Одар. — Никто никого в шеренгу не строит. На верхних этажах бывают только тхармы, а вот нижние открыты для посещения ограми. Но и столовая, и библиотека — все внизу.

— В общем тхармов просто сталкивают с ограми, а там — как те себя поведут, — кивнул я. — А чего тогда толпы вашей братии у застенок не трется? Заборчик-то пятиметровый не просто так отгрохали.

Адр оказался на редкость молчаливым провожатым. Наблюдая за нашим разговором, провел внутрь в огромную гостиную с не менее фееричным камином метра полтора или больше высотой. Я удивленно присвистнул. Если снаружи замка торжествовал камень, то внутри главенствующая роль отдавалась дорогому дереву. Панели на стенах, мозаика пола из разных пород, лестница на второй с перилами, по которым и здоровенный огр может залихватски скатиться. Тут же мягкие диваны, кресла, подушки, пуфики, гобелены — все подряд! Все в лучших традициях дорогущих особняков с голливудских холмов. Можно часами рассматривать убранство замка. И кроме нас сейчас в гостиной никого. Видимо из-за позднего часа нашего приезда.

— Толпы нашей братии тут нет по одной простой причине, — Адр вздохнул, — сюда не пустят сразу много огров. Идемте, Новок. Насколько я понял, вы хотите уйти. Что ж, знахарь будет через три дня, тогда же вы сможете получить свободу. Надеюсь, эти три дня вы не будете причинять излишние неудобства.

Мы подошли к винтовой лестнице, и я понял, что меня ведут в башню.

— Я буду узником эти дни? Знал бы, как Рапунцель волосы отращивал… — я обернулся и увидел, что Одар не идет за нами. Не знаю почему, но я бросился к нему обратно, случайно толкнув плечом Адра, и замер перед кузнецом.

— Нет, вы не будете пленником, — сказал мне вслед Адр.

— Новок, все в порядке? — забеспокоился кузнец.

— Да… Нет. Не знаю! Я тут, кроме тебя, больше никого не знаю, — прикрыв глаза, попробовал достучаться до разума. — Не хочу вас забывать… Так нечестно.

— Знаю, — Одар взъерошил мои волосы, — но ничего изменить не могу. Прости. Закон есть закон. Я бы хотел сказать что-то ободряющее, но не могу. Мне бы тоже хотелось, чтобы ты меня помнил.

— Можешь заходить сюда первые дни? Необязательно ко мне, может, тхарма себе присмотришь. Я просто не хочу быть среди чужих, — поддался я чувствам и страху. Не знаю, что тогда на меня накатило, но еще немного, и я был готов сорваться в панику. Похоже, потеря памяти для меня — та еще фобия.

— Конечно, я буду приходить! Обещаю, — улыбнулся Одар. — Иди уже, завтра увидимся. Я принесу тебе мороженое.

Я пошел следом за провожатым. Мы прошли четыре этажа, прежде чем Адр открыл двери, впуская меня в прихожую, из которой вели еще две двери.

— Твоя комната справа. Слева живу я! — тихо сказал юноша, встретивший нас. Он сидел на широком подоконнике единственного в прихожей окна.

— Май, это Новок, твой новый сосед, — сообщил Адр.

— Я понял уже! — огрызнулся парень и нервно пожал плечами.