Смерть — только начало (СИ) - "Eva Rouse" - Страница 6

— И страшно, — кивнул Птичка и передразнил: — «Ты тхарм или я тебя убивать?» А потом еще носятся за тобой, словно ты заяц. Те еще впечатления!

— Я долго продержался! — похвастался я. — Наверное, долго. Где-то полчаса или чуть больше. Но «тхарм или убивать» жутко в начале и смешно потом, это да.

— Свобода выбора, называется, — улыбнулся Птичка. — Я минут пятьдесят продержался! Но не из-за скорости. Меня ловить боялись, кости сломать переживали.

— Кстати, да.

Я окинул взглядом тонкие запястья и шейку. Арас подул на перышки на ухе и перетащил Птичку себе на колени.

Хвост парня тут же обвился вокруг талии огра.

— Ага, я тоже был уверен, что хоть что-то да сломают. Но нет, берегли. Хотя ты, малыш, ведь до сих пор уверен, что я хрустальный? — спросил Птичка у Араса, улыбаясь.

— Конечно! — огр кивнул для пущего эффекта, начиная поглаживать хвост.

Я доел пирожок и попытался сбежать, а то тут становится жарко.

— Можно книги со свитками посмотреть?

— Помнишь, где твоя комната? — спросил Птичка, и я кивнул. — Две двери дальше.

Перевернувшись на коленях, зверолюд уже во всю целовал верхнюю губу Араса, проводя юрким языком по клыкам огра. Остальное я смотреть не стал, оставляя супругов наедине.

========== Часть 3 ==========

Первая же книга показала, что на общем я только говорю, а читать не умею. Посмотрел еще несколько, но безрезультатно, хотя тут были книги еще на трех. Наверно, язык огров, зверолюдов и общий. В свитках встречалось больше картинок: какие-то битвы, животные, люди и много растений.

Перебирая книгу за книгой, я нашел то, что искал — карту. Надеюсь, она этого мира, а не «Нарнии» какой-нибудь. А как ее прочесть? Значки и буквы мне не понятны. На карте вообще был довольно большой кусок суши, обрывающийся слева и вверху, а снизу и справа имелось море. Вряд ли тут весь материк, скорее местная его часть. Допустим центральные насечки похожи на траву — степь, тогда «елочки» — это лес эльфов и бежать мне надо на северо-запад. Допустим так, оставаться тут все равно нельзя. Помыкавшись еще по книгам, ничего подобного я не нашел и вернулся в свою комнату. Покрутившись с час, я вышел в гостиную, где нашел множество прутьев. Было скучно, по бокам комнаты светились камни, умиротворяя своим мягким желтым светом. Решив занять руки, начал плести корзинку. Вот где пригодились занятия в лагерном кружке. В доме ни звука, оно и к лучшему, не хочу оказаться застуканным.

— Арас! Птичка! — раздалось громкое из прихожей.

Я невольно вздрогнул от этого окрика, но никто из хозяев не спешил впускать гостя, вернее, гостей. Я слышал, как они переговаривались, хотя слов разобрать не мог. Подождав минут десять, они опять позвали.

— Сейчас! — раздался голос Птички из недр дома.

Я покосился на корзинку. Ручки в ней не было, но выглядела она вполне прилично: широкое дно, высокие бортики. Сюда пироги положить не стыдно да на стол поставить. Тяжко без Интернета… Так кружок очумелые ручки открою.

Птичка, взъерошенный, с мокрыми волосами и возбужденно блестящими глазами, пробежал мимо меня к двери. Да, с сексом у них точно все в порядке. А где садовод тогда?

— Доброе утро, Новок. Гости к тебе, явно. Красивая корзина, — сказал Птичка и пригласил гостей.

Одар действительно оказался крупнее всех виденных до этого мною огров. Он окинул меня откровенно изучающим взглядом и улыбнулся, демонстрируя белоснежные клыки, пригладил свои короткие волосы.

— Я Одар, а ты же Новок? Папа сказал, что ты любишь сладкое, вот, сам спек! — протянул мне корзину с тортом.

Я отставил свое рукоделие.

— Спасибо! Ягодный? — на креме было что-то похожее на клубнику только без зернышек и еще ежевика! — Красота какая. Приятно утро со сладкого начинать.

Поднявшись с подушки, я не смог не отметить великанский рост огра. Второй же был значительно ниже и уже. А еще в очках.

— Тимас? — заинтересованным он не выглядел. И клыков почти не видно.

— Ты запомнил имя? Рад знакомству, — кивнул он и скрестил руки, будто защищаясь. Неуверенный жених какой-то.

— И мне приятно. К столу? Птичка, ты с Арасом присоединишься? Где он?

— Мой малыш уже в огороде, сейчас позову… — весело сказал Птичка.

— Я сам позову, — искренне улыбнулся зверолюду Тимас и пошел искать брата.

— Торт кофейный с ягодами. Надеюсь, тебе понравится, — вновь напомнил о себе Одар, пока мы шли на кухню. — Ты, кроме сладкого, ничего не любишь из еды? Я хорошо готовлю.

— Мне мало надо, поэтому я выбираю любимое. Ты ведь кузнец? И что делаешь?

Птичка заваривал чай, я водрузил в центр стола торт и расставил посуду.

— Подковы, оружие, ограды, садовые инструменты, — Одар улыбнулся. — Много сладкого есть вредно. За зубы не боишься?

Птичка уселся и, когда зашел Арас, улыбаясь, подставил ему щеку. Тимас уселся с другой стороны от зверолюда и сообщил:

— Птичка, я тебе новую книгу купил. Как ты любишь — фэнтези.

Арас разлил чай и пихнул локтем Тимаса. Тот намек проигнорировал.

— Тимас, а ты часто в гости приезжаешь к родителям? Наверно в столице жизнь более шумная и веселая, — повернувшись к Одару, я улыбнулся. — Что-то мне подсказывает, что заболевший зуб отрастет заново.

Или я вообще не почувствую боли, но не факт. Я первым подставил тарелку и облизнулся.

— Мне в столице скучно. Я, наверное, перееду сюда. Хотя да, там театры, цирк, выставки, балы, ярмарки. — Тимас смотрел на Птичку, но зверолюд весь был поглощен тем, что указывал мужу, какой кусочек ему отрезать.

— Конечно, но вначале его нужно удалить, а потом еще три недели пить горючь-траву, — покачал головой Одар, улыбаясь. — У нас тут тоже есть развлечения. И не мало.

Получив кусок торта в первых рядах, я подвинул его Тимасу. Наверно нечестно относиться к ним с теплом, планируя побег, но я в окружение хороших разумных огров и одного зверолюда, не играть же с ними в молчанку.

— А у вас были другие тхармы, Тимас?

Второй кусок я подвинул Одару. Арас поделил свой на две части и подложил половинку Птичке, так что тому досталось больше всех. Я видел, как огр кладет его хвост к себе на колени и поглаживает, словно котенка.

— Нет, — неохотно отозвался Тимас. — У меня не было. К сожалению, когда в доме тхармов был кто-то действительно чудесный, я туда не зашел.

Одар тяжело вздохнул и замотал головой, словно прося остановить этот разговор. Только Птичку ничего не интересовало. Он ел торт, подкармливая мужа.

Нахмурившись, я все же решил надавить.

— Почему? Странное какое-то решение.

Попробовав торт, я застонал в голос. Никогда такой вкуснятины не ел! Так что живо набил себе рот.

— Я просто не знал, что там он, — ровно ответил Тимас и искоса взглянул на Птичку.

Одар откинулся на спинку стула, стремясь стать незаметнее. Сам же зверолюд выковыривал из кусочка торта Араса орешки, чтобы забрать себе и не замечал происходящего.

Мне кажется, или Тимас влюблен в Птичку? Арас перетянул супруга на колени и выставил плечо так, будто отгородился от брата. Я же повернул голову к Одару. Огр возвышался, подобно горе, даже сидя.

— Очень вкусный торт, вы счастливчики, если Одар вас балует.

— У него талант, — сказал Арас.

— Балует! А как он готовит гуся! — ожил Птичка, слегка задев кисточкой хвоста лицо мужа. — Помнишь, малыш?

— О да! Я чудесно готовлю мясо и птицу, — похвастался кузнец.

Но Тимас не сдался и добавил:

— Готовит и Арас неплохо. Только жаль, что Араса, кроме плиты и огорода, ничего в жизни не интересует.

— Почему же, Птичка у меня на первом месте всегда и везде. Да, моя любовь? — Арас поцеловал кисточку хвоста и потерся носом о макушку.

— Тимас, уходите, — сказал я, и повисла тишина.

А что? Спор явно старый, Птичка свой выбор сделал, Арас его любит, а на ссору братьев я смотреть не собираюсь. Одар с удивлением и, кажется, испугом уставился на меня.