Смерть — только начало (СИ) - "Eva Rouse" - Страница 9

— А калитка не дерется, что ли?

— Она по ночам снаружи не открывается, а изнутри — легко, — фыркнул огр. — Пойдем завтракать, а?

— С меня воды хватит.

Обиделся? Вас бы на мое место, висение вниз головой хорошему настроению не способствует.

— Новок, я тебя на забор не вешал, более того, я не знал, что ты полезешь через него, не попробовав пройти в калитку, — ровно сказал Арас. — Как хочешь. Хочешь хамить — хами.

Огр развернулся и ушел в дом.

— Прости, — шепнул в спину и зашел следом.

Воды я выпил и сел плести корзину, думая о новом плане. Попробую калитку. А что? Схватят, так по лестнице сигану через «кусты». Может, не дотянутся…

— Привет! — вежливо сказал Птичка, усаживаясь рядом, я поздоровался в ответ. — Новок, если ты хочешь уйти по важной причине, то проси сразу отвести тебя в столицу. Оттуда не сбежать, но, если у тебя есть дети, любимый или ты предпочитаешь только женщин, ну или огры противны, тебя официально отпустят. Если нет, то у тебя есть время. Но учти, Тимас отказался к тебе присматриваться. Если Одар тоже откажется, тебя отправят в столицу, — Птичка принялся переплетать косу. — Попроси его пока не отказываться. Одар хороший, с ним можно и прямо говорить.

Я вздохнул.

— Если откажусь быть тхармом, мне память сотрут, а она мне нужна. Скажи, тут можно наняться на работу? Нужны деньги на обувь, моя жесткая и тяжелая.

— Пойдем, я тебе куплю обувь, — улыбнулся Птичка. — Ты ведь пленник, так что живешь за наш счет. Что-то еще нужно?

— За чужой счет не приучен жить. Давай тогда на тебя работать буду? Или в огороде помогу Арасу, — предложил я. — Не маленький ведь, руки-ноги есть, голова и два уха тоже.

— А давай ты потом корзинками расплатишься? — предложил зверолюд. — В хозяйстве пригодятся!

— О, наплету ночью, только веток дайте! — рассмеялся я. — Будете в них подавать овощи к столу, этакий сбор из разных продуктов.

— Новок, ты вообще спишь? — прямо спросил Птичка. — Ладно, пойдем обувь покупать. Тут нет лавки, придется заказывать. Если сейчас это сделаем, то вечером заберем готовую пару.

— Давай, — мы вышли на улицу. На вопрос о сне я решил не отвечать. — Птичка, а ты мне можешь женщин показать или тхармов не из людей?

— Могу. А зачем тебе? Любопытно? Давай тогда вначале к соседу! — улыбнулся он. — И женщина, и не человек.

Птичка открыл калитку и зашел в дом, позвал из прихожей:

— Оа! Варс!

— Сейчас! — раздался женский голос из глубины дома и через минуту нам открыли дверь в гостиную.

Она точно не была человеком. У людей не бывает такой темно-синей кожи и огромных желтых глаз с вертикальными зрачками. Тем более, она была ростом с Одара, и перепонки на руках выдавали ее водный образ жизни.

— Оа! — представилась она и протянула мне руку.

Гротескно и странно, этакий хардкор аватара. На лысом черепе начинается гребень и идет вдоль спины. Одета Оа в шорты.

— Здравствуйте, знакомлюсь с соседями, — пожал ладонь я. — Меня Новок звать.

— Приятно познакомиться! — фыркнула она. — Только я сосед ненадолго. Тут нет воды, мне неуютно. Через месяц переезжаем к озеру. Чай будете? Птичка, рада тебя видеть!

— Нет, благодарю, мы буквально на минутку, — старался не пялиться я. — Не будем мешать, счастливой вам будущей поездки.

— Спасибо, — развеселилась Оа и вежливо попрощалась, а когда закрылись двери, я услышал ее смех.

— Еще показать? — чуть резко спросил Птичка.

Смутившись, я сам улыбнулся.

— Тебя что-то обидело?

— Да. Мы разумные, а не повод полюбопытствовать!— прибавил шаг Птичка.

— Птичка, я под сомнения разумность не ставлю, я просто никогда не видел никого, кроме людей, — спешу следом, заглядывая в лицо.

— Ладно. Просто любопытно? Ну все двадцать две расы я тебе не покажу. Но еще две — вполне, — смилостивился парень.

— А в книгах о них есть? Кто Оа например? Когда к озеру переедут, она в воде жить будет? Почему у тебя с Арасом все в коврах и подушках? Гнездо вьешь? — частил я, не в силах сдержать любопытство.

— Есть, но у нас этих книг нет. Да и там много слухов. Оа — акварина, она может месяцами жить вне воды или же месяцами не подниматься на поверхность. Нет, я не вью гнездо, я просто люблю ковры и подушки. А также люблю на них заниматься любовью, — терпеливо пояснил Птичка.

Щеки ощутимо запекло. Вот ведь, дышать могу перестать, а как краснел за секунду, так и продолжаю. Даже после смерти!

— Как думаешь, я могу кому-то понравиться?

Голос тихий и сиплый, но Птичка все равно услышал. Надо учиться держать язык за зубами! Я же не подросток, чтоб зависеть от чужого мнения.

— Да. Не только ограм, людям, кентаврам, зверолюдам, но и представителям других рас. Новок… ты чего? — удивился зверолюд. — У тебя нет шанса только с эльфами, големами и дредарами. Но… эльфы просто козлы!

— Пф, как ты об эльфах сразу, — губы сами в улыбке разъехались. Хороший все-таки Птичка, добрый и бесхитростный, да и внешне красивый. — А кто такие дредары?

Мимо нас промчалась стайка детишек, запускающих змея. Пернатый багрово-желтый красавец с длинным хвостом высоко парил в небесах.

— Это древовидный вид разумных. Они растения, ну почти. Покрыты корой, слегка флегматичны, — смотря на змея, сказал парень. — Ты даже гномов не видел?

— Нет, только людей. Так уж получилось…

— Ну ты даешь! — искренне удивился Птичка. — Знаешь, ты со своей бледной кожей похож на дау или вампира.

— Про вампиров слышал, а дау не знаю.

Думаю с Птичкой можно и откровенно говорить, я хотел попросить его научить меня читать на их интерлингве или эсперанто, а то я в городе потеряюсь, если доберусь до такого, но успеем ли мы?..

— Ну это почти вампиры, только не совсем… Ладно! Я их и сам не видел, просто есть поговорка: бледный как дау, — стушевался парень. — Нам сюда, обувь заказать.

Он кивнул на двери.

Лавка была стандартной, как и у нас, только ассортимент меньше и свет от камней, а не ламп. По левую руку длинный прилавок, на котором лежали образцы кож и меха, на стенах — во множестве полки с готовой продукцией и колодки. В центре — сидения для примерок и стол с кучей ремней. Бляшки лишь на некоторых, видимо их предпочитали заказывать у кузнеца.

На встречу нам вышел огр, немногим меньше Одара.

— Здравствуйте, Птичка, тхарм Новок, — улыбнулся он. — Хотите чая?

— Здравствуйте, спасибо, нет, — что они все с чаем? — У вас чайная традиция?

— Спасибо, Рам, я бы выпил чая, — улыбнулся зверолюд. — Нет, Новок, просто месяц назад купец бежал от нашего патруля со своими людьми. А вот семь телег чая осталось.

По лицу Птички не было понятно, шутит ли он.

— Может, вы пригласите с нами чай попить Дайнэ?

Нам накрыли прямо в зале. Рам вынес столик, а за ним с подносом вышел молодой мужчина лет тридцати. Непримечательный, с пепельными волосами, средней комплекции, весь такой невзрачный. Он бы мог легко потеряться в толпе, если бы не глаза — по-звериному желтые, с чуть вытянутым зрачком. Не иголкой, а как бы овалом.

— Привет всем, — мужчина улыбнулся и на щеках выступили ямочки. Его очарование словно разлилось медовой волной по залу. Вот это харизма! — Угощайтесь печеньем, ягоды в нем из нашего сада.

— Спасибо, Дайнэ. Новок, это оборотень, — пояснил Птичка и, словно извиняясь, добавил для хозяев: — Новок никого, кроме людей, не видел. И ему любопытно.

Рам вздохнул:

— О! Ему бы в дом тхарм. Или с Оа познакомить.

— Не хочу в дом, тут атмосфера лучше, — улыбнувшись, сграбастал печеньку. Голода все еще не было, но я и перекусывал довольно часто. При случае объемся, надо проверить вместительность желудка. — Сладкого много, опять же. А сколько держат в доме тхарм, если тхарм никого не выбирает?

— Если тхарм вообще никого не интересует и сам никем не интересуется, то пятнадцать лет. Но пока это максимум, который тхарм провел в доме до того, как найти мужа, — сказал Птичка. — Дайнэ, а ты был в доме?