Время вьюги (часть первая) (СИ) - "Кулак Петрович И Ада" - Страница 69

      - Марина, я же тебе писал, почему уехал, - как-то устало отозвался Эрвин.

      - Ты б сперва спросил, умею ли я читать! ... гимназисты, романтики ...! Стихи, звезды, твою мать. На те записульки твои мне ответы подружка писала. Чего глазами хлопаешь? Аль сказать нечего?

      Судя по совершенно потерянному лицу Нордэнвейде, сказать ему и впрямь было нечего. А вот Дэмонре уже давно хотелось подойти и как следует приложить горланящую дуру о ближайшую твердую поверхность.

      - Погоди, Марина. Ты сказала, у тебя ребенок, - сообразил лейтенант.

      - Из ума выжил?! Стала б я от тебя ублюдка рожать!

      Эрвин, наконец, вспыхнул:

      - Все сказала? Тогда меня послушай. У меня сейчас нет времени тебе всего объяснять, но при первой возможности я вернусь, и мы все спокойно обсудим...

      - Да на... ты мне сдался, свет ясный?! - сверкнула зубами Марина. - Иди своей дорогой, благодетель ты ...! Калладский наемный пес, - выплюнула она. - Я уж постараюсь, чтоб твои старики про это узнали. Могу себе представить их рожи. Пожалеют, что шесть лет назад меня с лестницы спустили.

      - Не стоит этого делать, - угрожающего улыбнулась Дэмонра, подходя. - А то лестница, с которой тебя спустят в следующий раз, станет очень длинной и очень скользкой.

      Нордэнвейде дернулся и повернулся к нордэне. Вид у него был пренесчастный. Скорее всего, он вовсе не жаждал, чтобы в дело вмешивалось начальство. Дэмонра и сама была бы рада не лезть, но ее офицер при всем четном народе беседовал на безукоризненном рэдди с какой-то потаскухой. Причем девица шипела такие вещи, за которые легко могла бы схлопотать по лицу даже в Каллад, не говоря уже о Рэде, где равенства полов и в помине не было.

      - Твоя новая ...? Ну и рожа, - ухмыльнулась Марина. Потом сообразила, что на Дэмонре офицерские галифе, и, видимо, решила, что дальнейшее перечисление ее недостатков небезопасно.

      - Пасть закрой, - лениво посоветовала нордэна на морхэнн. Желание сломать красивый, тонкий нос Марины росло с каждой минутой. - Нордэнвейде, в вагон - быстро, - пролаяла Дэмонра. - Быстро - это значит "немедленно", лейтенант. Личную жизнь будете в отпуске налаживать, ясно? Спутался со шлюхой прямо на станции. Даже Маэрлинг себе такого не позволяет!

      У Эрвина заалели скулы, сложно сказать, от выговора или от злости. Тем не менее, он опустил глаза, быстро щелкнул каблуками и ушел в вагон. Ни разу не обернувшись. Марина проводила его горящим взглядом.

      Дэмонра все убеждала себя, что избивать красотку будет некрасиво и вредно для интересов кесарии. Но кулаки чесались.

      - А теперь я тебя предупреждаю один раз и повторять не стану. Ты обозналась. Если хочешь жить, запомни это накрепко, - на чистейшем рэдди и без акцента сообщила Дэмонра. Очень тихо и убедительно.

      - Все вы тут передохнете, - не менее убедительно пообещала Марина.

      - Безусловно. Но позже, чем ты. Так и знай. Попробуешь открыть пасть - познакомишься с моими местными друзьями. Они, как и я, очень не любят курв. Особенно прирожденных.

      * * *

      - Дайте-ка угадаю, Нордэнвейдэ. Романтическая юношеская любовь?

      Эрвин отвернулся от окна, за которым лениво уплывали прочь чистенькие белые домики, и встретился глазами с Дэмонрой. С поправкой на характер лейтенанта, нордэна даже решила, что глянул он на нее недобро.

      - Прошу прощения, госпожа полковник. Этого не повторится, - тихо и вежливо сообщил он уже не Дэмонре, а своим вычищенным сапогам. Сапоги нордэны находились в значительно более скверном состоянии, но переобуться она не успела.

      - Не сомневаюсь, - нордэна поджала губы. - Вы не похожи на человека, у которого на каждой станции по великой любви с довеском. Мне другое интересно. Вы вообще поняли, что натворили?

      Судя по прямо-таки отрешенному лицу, Эрвин вот именно сейчас что-то понимал о своей жизни, но это были вещи другого порядка. С таким выражением думают о судьбе, а думать надо было об охранке.

      Дэмонра плотно прикрыла за собой дверь, подошла к лейтенанту и почти беззвучно сообщила:

      - Вы мещанин из Торвилье, понимаете? Вы не можете отлично говорить на рэдди как местный. У вас не может здесь быть подружек.

      Колеса издавали мерный перестук. Стоящий на столике стакан тихо позвякивал о подстаканник. Эрвин молчал долго, словно что-то обдумывал, потом уточнил:

      - Нас, конечно, видели?

      - Кто? Кто-то вас определенно видел, вы, знаете, не прозрачные.

      - Я имел в виду тех, кому... кому не следовало.

      "Твою мать же, Эрвин, да никому не следовало!"

      - Не знаю. Но это более чем возможно.

      - Прошу меня простить. Я немедленно напишу увольнение по собственному...

      - Эрвин, очнитесь! - зашипела Дэмонра. - Ваше "увольнение по собственному" равносильно надписи на лбу "да, я рэдский шпион в калладской армии, очень рад знакомству!"

      Нордэнвейде вздохнул и устало уточнил:

      - Тогда что вы хотите, чтобы я сделал?

      Дэмонра едва не фыркнула. Эрвин был хороший парень и верил в Создателя. Он ей по-человечески нравился. Нет, поставь тот своим существованием под угрозу всю операцию, Дэмонра, конечно, сделала бы так, чтобы его нашли в петле или не нашли никогда. Но сама его о подобном точно бы просить не стала.

      - Вы ее искали?

      Эрвин поднял глаза. Из-под черноты опять начала выступать неестественного цвета радужка. Дэмонре оставалось только понадеяться, что на платформе все еще было нормально. Лейтенант покачал головой:

      - Нет, никогда. Хотя, не скрою, мне хотелось ее увидеть.

      Врать Нордэнвейдэ умел очень посредственно, поэтому обычно нордэна ему верила

      У Дэмонры язык не повернулся спросить, рад ли Эрвин исполнению своего желания. Даже после ранения два года назад он выглядел лучше и держался бодрее. Это Нордэнвейдэ-то, которому вообще крови лишний раз лучше было не терять.

      - Сделаем так. Вы, Эрвин, пытались снять проститутку, но не сошлись в цене и повздорили. За что получили от меня только что суровый выговор. Понятно?

      - Так точно, госпожа полковник, - механически кивнул Нордэнвейде. Дэмонра поморщилась. Не подцепи парень порфирию, ему следовало бы налить плохой водки и дело с концом. Все проблемы на какое-то время отошли бы на задний план, а уж похмелье он как-нибудь да пережил бы. Чем в такой ситуации утешить человека, которому даже пить нельзя, нордэна представляла очень смутно.

      Во всяком случае, кричать и ругаться смысла не имело. Можно было только попробовать изложить свой взгляд на проблему, что нордэна и сделала:

      - Эрвин, простите, что я так на вас набросилась, - уже мягче сказала Дэмонра. - Но у меня двадцать семь человек с тем же диагнозом, что у вас, только в "Звезде", и вы это знаете. Я даже представлять не хочу, что начнется, если это всплывет.

      - Я не... я не имею никакого права обижаться, госпожа полковник, я прекрасно понимаю, что вы правы. Это мне следует извиниться, я совсем не ожидал встретить... встретить старую знакомую и растерялся. Мне следовало сделать вид, что я ее не знаю и просто пройти мимо.

      "Надо срочно притащить сюда Маэрлинга. В его устах чистое мужское утешение "все бабы дуры" будет звучать более убедительно, чем если бы это сказала я", - подумала Дэмонра, разглядывая осунувшееся лицо Эрвина. Нордэна твердо верила, что у каждого человека достоинства компенсируются недостатками, а ошеломительные достоинства - крупными недостатками. Прекрасный характер лейтенанта, видимо, уравновешивался его отвратительным вкусом, когда дело касалось дам.

      - Вот мимо этой - точно следовало, - безапелляционно заявила нордэна.