Время вьюги (часть первая) (СИ) - "Кулак Петрович И Ада" - Страница 76

      - Спасибо, Сольвейг. Заткнись, пожалуйста.

      - Хорошо. Я поняла: тебя переполняет благодарность. Захочешь ее как-то оформить, потолкуй с Немексиддэ. Они совсем там на Архипелаге ума лишились. Еще чуть-чуть, и я решу, что легче подпольно синтезировать виссару, чем покупать легальную. Даже если вбить сырье, взятки всем инстанциям, плюс родственникам и заинтересованным лицам, аренду цеха и зарплату рабочим, то как раз выйдем на половину ее нынешней "справедливой" цены.

      - Поняла, Сольвейг. Еще раз спасибо тебе. Я достану тебе виссары сколько надо.

      - Да чего там, свои люди - сочтемся, - нордэна улыбнулась. Ее глаза блеснули, как лед на солнце. - В конце концов, не каждый день видишь живое анатомическое пособие, которое еще и что-то там бормочет. Ты кормить его не пробовала? Говорят, иногда помогает. Магрит наловчилась делать уколы - как я поняла, эта милашка училась на ветеринара, судя по остаточным знаниям - так что можешь не беспокоиться. Выкарабкается твой маг. Если бы он собирался умереть, уже бы умер. И, да, когда очухается настолько, что перестанет путать тебя с вурдалаками и бесами, уговори его перейти на хорошее успокоительное. Я рэдди почти не знаю, но бреда его наслушалась. Мне кажется, твоему магу мерещатся страшные вещи.

      Дэмонра насторожилась, даже "своего" мага мимо ушей пропустила. Сольвейг-то может рэдди и не знала, а вот Магрит - знала. Наклз бы точно не обрадовался. Но очень глупо было бы сейчас начать заинтересованно выяснять, что же Наклз такого сказал.

      - Я тебя вряд ли удивлю новостью, что маги действительно говорят о том, что видят, но вот то, что они видят, обычно не существует.

      - Дэмонра, послушай, - Сольвейг подошла совсем близко и понизила голос до еле различимого шепота. - Я ничего не знаю и знать не хочу. Я не хочу знать, почему кесарский маг второго класса бредит на рэдди и вспоминает какой-то аэрдисовский лагерь. Меня нисколько не заинтересовал ожог на его руке, который по месту ну просто чудненько совпадает с тем, где имперцы обычно выбивают своим наймитам идентификационные номера. И уж совсем я не хочу знать, почему в кошмарах этот человек говорит об аксиоме Тильвара. Компетентным органам тоже лучше бы всего этого не знать. Потому что даже мне лезут в голову не самые приятные параллели.

      Дэмонре осталось только молча возблагодарить своих богов за то, что Сольвейг и понятия не имела, как она права. Во всяком случае, насчет лагерей. Про аксиому Тильвара Дэмонра знала лишь то, что эта штука ей не по мозгам.

      - Ты шпионский роман часом не сочиняешь, Сольвейг?

      - Я не пишу ни романов, ни доносов, Дэмонра. Но, для твоего понимания, он не на губернатора, знаешь ли, покушение готовит, он болтает об имперских лагерях! Тут уж не до модной фрондеры и медицинской тайны. Не будь он твой друг, я сдала бы его, не сомневаясь ни секунды. А теперь, прости, мне пора. Без двадцати минут полночь. Муж не поймет.

      Дэмонра проводила быстро удаляющуюся Сольвейг взглядом. Муж Герберт ту бы не понял. А вот Рейнгольд бы, конечно, понял, если бы она сейчас же помчалась проводить бессонные ночи у постели Наклза. Нордэне вспомнилось насмешливое лицо Кассиана и тон, которым было сказано: "Я так и думал. Бедный парень". Сделалось совсем тоскливо. В довершение всего, под полы шинели лез холод. Вернуться из Рэды в Каллад было странно, как из весны - в зиму. Рейнгольд, наверное, тоже мерз и злился.

      "И принесли его бесы меня встречать", - недовольно размышляла нордэна. Недовольна она была миром в целом и сама это прекрасно понимала, но вот злилась почему-то на Рейнгольда. С его блестящей мыслью притащиться сюда, с букетом и днем рождения, так аккуратно приходящимся именно на приближающийся день.

      - Дэмонра, прости, - Кейси подошла неслышно, как кошка. Вид у нее был испуганный. - Мне показалось, или тут была моя кузина?

      Можно подумать, Сольвейг, всегда разряженную так, словно она только что сошла с витрины модного салона дамского платья можно было с кем-то перепутать. Особенно в толпе людей, одетых куда как более однообразно.

      - Тебе не показалось, - отрезала Дэмонра. У нее не было ни малейшего желания разговаривать.

      Кейси нервно поправила волосы:

      - С Наклзом ведь... ничего не случилось?

      "Ну как ничего, он тридцать семь лет на этом свете живет!"

      Дэмонра стиснула зубы, чтобы случайно ничего не ответить.

      Чувства Кейси были личным делом Кейси, и нордэна в жизни бы не позволила себе что-то тут сказать, но вот именно этой придури подруги она решительно не понимала. Чисто практически обхаживать Наклза было так же бесполезно, как обхаживать фонарный столб. Если маг решил, что какой-то элемент не попадает в итнересующую его часть мира, можно было хоть стреляться, хоть в одних чулках танцевать, он бы и бровью не повел. Допустим, Наклз выглядел интересно бледным и трагически неприкаянным, с тайной за душой - все как любят молодые барышни с избытком эмоций и недостатком практических проблем. Ну вот и остановилась бы Кейси со своим желанием кого-то отогреть и облагодетельствовать на Эрвине. Тоже тот еще безвинно гонимый, только моложе, глупее и симпатичнее. Напоить обоих одинаково тяжело, но вот Эрвина под венец заволочь было бы гарантировано проще, главное побольше плакать и рассказывать, что любовь в жизни одна.

      Собственно, примерно этот совет Дэмонра уже готова была дать, но одернула себя. По большому счету, Кейси ведь не была виновата, что все шло наперекосяк. Если что ей и можно было поставить в вину, так это не вполне красивое намерение осиять жизнь человека, который вовсе не просил о подобном счастье.

      - У Наклза пневмония. Кризис прошел. Теперь выздоровление - дело времени. Ну, еще уколов и постельного режима.

      На лице Кейси отразилось облегчение.

      - Это ... это очень хорошо. Ты не думай, я не подслушивала, просто... Ладно, я подслушивала, вернее, пыталась. Он же обычно встречает, а его не было, вот я и решила, что... Бесы! Понимаю, у меня ужасно глупый вид и ты ужасно не одобряешь мое поведение...

      - ... и уже готовлюсь писать твоей матери, - голосом благотворительной дамы закончила Дэмонра, и Кейси с облегчением рассмеялась. Видимо, представла лицо Ингегерд, доведись той прочесть письмо о падении нравов ее дочери за авторством Дэмонры. Да стальная леди Архипелага повесилась бы на собственной косе, предварительно прокляв их в стихах.

      - Ты ведь сейчас к Наклзу, да? Давай я передам рэдского варенья? Оно с чаем отлично пойдет, очень полезно, и он любит сладкое...

      Дэмонра поглядела на часы. Без четверти полночь. Пятнадцать минут до апреля. Можно было лететь к Наклзу или стоять тут и обсуждать с Кейси, что маг любит и не любит: Рейнгольд бы, конечно, все понял, как обычно. Но как-то уж слишком много ему приходилось понимать.

      - Нет, Кейси, я поеду домой. Передашь варенье сама. Наклз, наверное, спит, но Магрит утром тебя впустит.

      - Маг-рит? - у дочери Ингегерд было такое лицо, точно ее ударили. - Это...

      - Это племянница, - быстро пресекла ее раздумья Дэмонра. - То есть не племянница. Но она ему не племянница в хорошем смысле этих слов.

      Кейси пыталась вникнуть в суть сказанного несколько секунд. Но, вникнув, снова расцвела в улыбке и защебетала:

      - Так мне можно у него подежурить, как думаешь? Он не рассердится?

      Зная Наклза, Дэмонра бы такими разрешениями разбрасываться не стала.

      - Мне не кажется, что это хорошая мысль... Весна впереди длинная, и есть более приятные места для встречи.

      - Есть, - тускло согласилась Кейси. - Только он туда, конечно, не пойдет.

      Рейнгольд, как и обещал, ждал ее у круга. Рядом дежурила коляска. Конь пофыркивал, выбрасывая из ноздрей клубы пара. Все свои сумки Дэмонра оставила Греберу, так что ее не тяготило ничего, кроме букета и сомнений.