Дороги Аннуина (СИ) - Бичем Джулс - Страница 10

Мальчик шагнул вперед и приветливо улыбнулся, протягивая руку.

— Кажется, ты заблудилась? Ты выглядишь усталой и измученной, — произнес он, — давай, я помогу тебе подняться.

Сага проигнорировала предложенную ладонь и с трудом встала, ощущая, как болит разбитое в полете колено. Несмотря на её, плохо скрываемую настороженность, юноша по — прежнему улыбался.

— Бедняжка, позволь предложить тебе отдохнуть немного? Моя семья будет рада гостю, — он выглядел так, словно действительно был счастлив увидеть прямо перед своим домом свалившегося кубарем с холма гостя.

Легкий ветерок защекотал ноздри запахом чего — то очень вкусного и приятного. Сага действительно устала спать в полях, на земле. Коренья, которые грифон выкапывал своими блестящими когтями, были съедобны, но она просто мечтала о чем — то более реальном и привычном. Если удастся хотя бы полчаса побыть там, где всё немного напоминает нормальный мир, Сага сможет придумать — как быть дальше.

Юноша отворил деревянную дверь, ведущую внутрь небольшого холма — дома. Сага одернула рубашку так, чтобы она хоть немного выглядела лучше, отряхнула не менее грязные штаны, и вошла следом за красавчиком.

Если снаружи дом казался уютным и небольшим, то стоило перешагнуть порог, как все менялось самым кардинальным образом. Дом был не просто домом. Это был огромный дом, и своды величественной залы с большим камином уходили вверх, смыкаясь в расписанном узорами потолке. Здесь хватило бы места целой сотне человек, и ещё бы осталось. У камина на зеленом, как трава, ковре сидела женщина, такая же красивая и идеальная, как и юноша, но неуловимо старше него. «Наверно, это его мать», — подумала Сага. Поодаль, на скамейке, шептались две девочки, каждая выше неё на полторы головы, и выглядели они так, будто природа решила сделать образец человеческих детей. Одна кудрявая, другая — с прямыми до пояса волосами. Обе изящные и нежные, одетые в красивые платья до пола, настоящие леди.

Сага хлопала глазами, оглядывая чудесный дом. Затем спохватилась и вспомнила, что не стоит терять бдительности.

— Милое дитя, — женщина поднялась и подошла ближе, — проходи, отдохни у нашего очага.

Осторожно прошагав к яркому огню, Сага всё же осталась стоять, хотя ноги так и просились опуститься на мягкий ковер. Женщина протянула девочке деревянную тарелку. На ней лежал большой кусок пирога и какие — то фрукты, похожие на сливы.

— Поешь, — заботливо произнесла женщина. Голод взял верх над настороженностью, и Сага принялась за еду. Боже, желудок у неё, кажется прилип к позвоночнику от голода.

Оставив тарелку совершенно чистой, Сага благодарно взглянула на хозяйку дома. Та засмеялась, выглядя совершенно удовлетворенной тем, как гостья умяла всё за обе щеки.

Девочки — малышки, с любопытством разглядывающие Сагу со своей скамейки, теперь поднялись и стояли рядом с ней. Та, что была кудрявой, как молодой барашек, обратилась к матери:

— Можно мы потанцуем с ней?

— Наша гостья наверно устала, — улыбаясь, ответила мать.

— Но мы не будем танцевать долго, — возразила вторая девочка и повернула к Саге своё кукольное личико, — ведь ты потанцуешь с нами, правда?

Хотела она сказать, что не умеет. Ей не нравилось танцевать, это выглядело смешно и нелепо, и Сага ни разу не пробовала скакать и вышагивать под музыку, как другие. Но было неудобно отказывать тем, кто оказал гостеприимство. Поэтому она кивнула:

— Ну, я не против.

— О, это прекрасно! — Воскликнули обе девочки разом. Одна подхватила Сагу за одну руку, другая — за другую.

— Потанцуй и ты с нами, — кивнули они юноше. Тот не стал отказываться и замкнул небольшой хоровод.

Пламя в очаге внезапно вспыхнуло ярче и разделилось на отдельные языки. Словно зачарованная, Сага смотрела на то, как они меняют форму, истончаются и приобретают облик нескольких пляшущих человечков. Человечки не только плясали, в руках у них было по небольшой флейте и скрипке, и звуки мелодии огненных музыкантов становились всё громче. Хоровод внезапно двинулся с места, и каждый задорно несся вперед в танце. Раз и два, раз и два, с одной ноги на другую, то вверх, то вниз. Этот танец был похож на погоню по воздуху, словно плясуны неслись в нарастающем темпе друг за другом. Музыка становилась громче, смех танцоров звенел, как тонкие колокольчики, и Сага ощущала, что все волнения и заботы уходят прочь, оставляя место восхитительной легкости. Она могла бы танцевать так вечность

В голове было пусто, легко и туманно. «Танцуй и смейся, танцуй — ведь это прекрасно», — это было единственной мыслью в голове. И Сага смеялась и смеялась, думая, что никогда ничего прекрасней с ней не происходило.

Пламя внезапно замерло. Затем взвилось вверх огромным столбом, поглощая огненных плясунов. Дверь в холм — дом распахнулась с грохотом, словно в неё ударил сильный порыв ветра. Хоровод остановился, прекращая движение, и Сага неожиданно поняла, что ноги страшно устали и сильно болят.

Прямо на пороге, в дверях, стоял худой, одетый в длинное рубище с капюшоном старик. Он опирался на сучковатый посох, и его глаза, поддернутые дымкой, смотрели перед собой.

Хозяйка дома торопливо поклонилась неожиданному гостю.

— Ты почтил нас своим присутствием, отец провидцев, — сказала она, и в голосе её звучало удивление. Старик обвел глазами помещение, и его взгляд остановился на рассыпавшемся хороводе.

— В прежние времена вы любили танцевать с заблудившимися людьми до упаду, пока мясо не слезало с их ног, — голос у старика был хрипловатый и негромкий, — но это было слишком давно.

— Она заблудилась в нашем мире, — выступил вперед юноша, всем своим видом демонстрируя уверенность и гордость, — почтить традиции было бы великой честью для нашего рода.

Старик шевельнул седой бровью. Хозяйка дома бросила на сына взгляд, в котором приказ замолчать смешивался с явным беспокойством.

— Теперь люди не оказываются в лесах, ведь у них лесов почти, что нет, да и вам туда давно нет дороги. Но люди и не блуждают в Нижнем Мире случайно, чтобы стать жертвой ваших хороводов, — произнес старик.

— Мы просим простить нас, — торопливо произнесла хозяйка дома, — если тебе угодно, то мы отпустим её.

Старик издал звук, похожий на смех и на кашель одновременно. Обе девицы и юноша отошли от Саги как можно дальше, и на их лицах не было прежнего веселья, одна лишь озабоченность и досада.

— Подойди сюда, — подслеповатые глаза повернулись в сторону Саги. Она неуверенно направилась к неожиданному спасителю. Каждый шаг давался с трудом, словно на подошвах стоп были сплошь кровавые мозоли. Фигура старика была прямо перед ней, и он покачал головой:

— Обернись и оглядись теперь.

Сага последовала приказу.

Огонь в камине давно угас, и на каменных плитах висела плотная сеть паутины. Вместо шелкового зеленого ковра сквозь трещины в камне пробивались трава и сорняки. Прекрасная хозяйка дома была одета в светлое оборванное рубище, и из — под перекинутых на грудь длинных волос, виднелись острые уши. Молодые обитатели дома в холме выглядели так же, и казались теперь не только прекрасными, но и внушающими безотчетный страх. Сага подавила дрожь, подумав о том, чем бы закончился их буйный хоровод, не появись этот старик.

— Пойдем, — произнес спаситель и развернулся, уходя из холма и постукивая посохом по каменным ступеням.

Вдоль холмов медленно стелился туман, его тонкие полотна зависали почти над самой землей. Зябко ежась от влажного и прохладного воздуха, Сага брела следом за стариком. Тот уверенно шел прочь, и равномерный стук деревянного посоха о попадающиеся по пути камни, отмечал его шаги.

Старик не проронил ни слова, пока они не оставили холмистое поселение позади и не прошли достаточно далеко, чтобы туман скрыл его полностью. Словно перед ним расстилалась видимая только его глазам тропа, мужчина уверенно шел через поле, сменившееся молодым пролеском. И когда вокруг стали подниматься всё более высокие и крепкие стволы деревьев, Сага поняла, что они оказались в лесу. Только сейчас она неожиданно вспомнила всё, происшедшее до того, как оказалась прямо перед домом красавца — плясуна. Стоило ей войти в дом, как она напрочь позабыла и о том — куда шла, и о том — что случилось с её спутником.