Дороги Аннуина (СИ) - Бичем Джулс - Страница 36

Киан открыл рот. Затем закрыл, словно решил ничего не говорить. Словно ничего и не произошло, он улегся на скамье и оставил Сагу в полной тишине.

Тишину, опустившуюся на крепость, разорвал протяжный удар в колокол. Один единственный, он заставил Сагу проснуться и кубарем скатиться с широкой лежанки, на которой она спала.

Пустой дом для гостей и ровно тлеющий огонь в очаге молчали, словно выжидая, когда Сага прошла к дверям и выглянула наружу. По площади торопливо сновали монахи, и длинные одежды ничуть не мешали им быстро передвигаться. Одни несли луки и колчаны, другие проверяли оружие. Третьи подтаскивали к лестницам котлы с чем — то дымящимся, явно предназначенным для того, чтобы поливать тех, кто решит подняться на стены с противоположной стороны.

Перед тем, как Сага улеглась спать, ей принесли деревянное блюдо с огромным куском хлеба, ломтем козьего сыра и кружку какого — то травяного отвара. Кроме этого монахи дали ей новую одежду, заключавшуюся в штанах, которые Сага подпоясала обрывком веревки, и просторной рубашкой. Она ощущала себя сытой и удовлетворенной жизнью — ровно до того момента, когда колокол не разрушил призрачное спокойствие крепости.

Как раз в эту минуту мимо дома для гостей один из обитателей крепости катил небольшую повозку, на которой покоились копья и мечи, очевидно являющиеся дополнительным арсеналом.

— Иди внутрь, — крикнул монах, завидя Сагу на крыльце дома, — иди скорее и не выходи, пока всё не закончится!

Сага видела, как лихорадочно готовятся к бою люди. Вместе с тем, казалось, что для них это — привычное занятие, которое они повторяют почти регулярно, стремясь защитить себя и свою крепость. Эти монахи лишь на первый взгляд казались добрыми и участливыми, вместе с тем они были суровыми воинами.

Например, на лице того, который стоял сейчас перед Сагой, поправляя свой груз оружия, отчетливо виднелись два рваных шрама на нижней челюсти.

— Что происходит? — Спросила Сага, подходя к нему и помогая уложить несколько тяжелых копей так, чтобы они не соскальзывали вниз при движении.

Монах бросил взгляд на ворота крепости, в засове которых покоился гигантский кусок бруса, служивший замком.

— То же, что и каждый вечер, девочка. Каждый вечер мы отражаем атаку пришельцев с озера, и каждое утро они отступают обратно.

— И так — каждый вечер? — Поразилась Сага.

— Таково предназначение Каэр Педривана, — пояснил монах. Он явно тратил столь драгоценное время на объяснения Саге, тогда как его собратья ожидали подвоза запасов оружия. — Они хотят получить то, что никогда не получат, а мы защищаем то, что будем всегда охранять.

С этими словами монах подхватил две палки, крепившиеся под тележкой, и потащил её к стене.

Далеко за стенами Сага различала слабый гул, словно кто — то приближался к крепости. Она прекрасно помнила, как находясь на другом берегу озера, увидела сотни лодок, возвращающихся от острова. Как маленькая крепость выдерживает осаду такого количества противника?

Сага заглянула во внутрь дома, справедливо полагая, что Киан ушел ещё тогда, когда она легла спать, по — прежнему обижаясь на неё. Однако сейчас Сага начинала волноваться, не представляя даже — что будет во время осады. И ей хотелось увидеть Киана хотя бы ради того, чтобы знать, что она не одна.

Ну да, она в нём нуждалась. И он совершенно был не прав, обвиняя её в том, что она хочет всё решать самостоятельно, игнорируя его пожелания.

Киана не было нигде — ни на площади, ни возле стен. Сага решила, что он мог быть в одном из каменных домов, которые принадлежали, по всей видимости, монахам. Естественно, она не пойдет его искать там.

Поэтому она осталась стоять возле входа в гостевой дом, наблюдая за тем, как полным ходом идет подготовка к обороне.

Монахи с луками занимали свои места возле бойниц, и их большие колчаны были до отказа забиты стрелами. Некоторые вооружились копьями, приготовившись скидывать противника со стен. Другие возились возле хитроумных сооружений, напоминавших катапульты разных размеров. У каждой было свое предназначение — возле одной лежали ровные округлые булыжники, а около другой — облитые смолой ядра.

Шум и гул, доносившиеся из — за стен, становился всё громче. Скорее всего, противник достиг берега и уже готовится к атаке. Сага с трудом представляла количество тех, кто собирается напасть на крепость, но судя по тому гвалту, которые стоял в воздухе, их было там слишком много.

Они на острове, в крепости с малым количеством защитников, и им всем надо продержаться до утра.

Или хотя бы дожить до утра, при совсем плохом раскладе.

Киан выглядел совершенно чужим и незнакомым, когда Сага увидела его наконец — то. Для начала он казался ещё выше, чем обычно. И теперь от него прямо таки веяло смертью — создавали ли такое впечатление надетые на него доспехи или абсолютно холодный взгляд, Сага не могла решить. Однако при виде полностью готового к войне мужчины, страх свернулся в такой тугой узел, что Сага почти ощущала боль где — то внутри своего тела.

Он не может взять и просто отправиться в бой, оставить её, оставить их путешествие в Каэр Сиди, рискуя собственной жизнью!

Киан не может поступить так же, как поступил Эдуард. Взять и выбрать войну.

Как и предполагала Сага, он вышел из одного строения, стоящего в отдалении от всех остальных, и следом за ним показался тот старик — монах, который встретил их на берегу. Мужчины о чем — то беседовали, направляясь к площади, и Сага смотрела во все глаза на них, боясь предположить — что затеял Киан.

Они поравнялись с домом для гостей, и Сага была уверена, что Киан увидел её, но намеренно игнорирует, полностью сосредоточившись на разговоре со старшим монахом. Возможно, он хочет и дальше наказывать её за утреннее происшествие.

Сага слышала, как голоса за стенами становятся всё громче, превращаясь в нестройный вой. Редкие отчетливые выкрики команд говорили о том, что там, на берегу, сейчас развертывается строй для начала атаки. Наверно, ещё не все отряды высадились на берег, и потому захватчики оттягивают время, надеясь расшатать нервы обитателей крепости тягостным ожиданием.

Наконец Киан кивнул, соглашаясь со стариком, и тот зашагал прочь, оставляя его одного. Несколько мгновений Киан стоял, смотря на стены, и Сага запрещала себе даже пытаться представить то, что он собирается сделать. Ей хотелось убедить себя, что это его дело, его право принимать то или иное решение. Но она была готова извиняться перед ним за утренний инцидент хоть сотню раз, лишь бы он не платил ей её же монетой.

Киан подошел к ней, и Сага упорно отказывалась поднимать глаза и встречаться с ним взглядом. Вместо этого она продолжала пялиться на металлические пластины нагрудника, которые были начищены до блеска и сверкали даже на вечернем свету.

Кажется, им обоим было нечего сказать друг другу, и они просто стояли молча.

Это было неправильно.

— Зачем ты это делаешь? — Саге было наплевать, что он смотрит на неё и прекрасно видит то, как она пытается справиться с эмоциями.

Киан осторожно поднял её лицо за подбродок, вынуждая посмотреть на себя. И сейчас Сага не видела в его глазах ничего, кроме абсолютного спокойствия.

— Потому, что я умею делать это лучше всего, — мягко сказал он, прекрасно понимая, что она того и гляди расплачется, — и я делал это сотни раз, так что тебе не стоит волноваться.

— Действительно, — криво усмехнулась Сага, — для тебя это так легко. Ты просто берешь и уходишь.

«Как и все, все вы уходите и оставляете меня», — мысленно закончила она, сопротивляясь возникшим в голове образам отца и Эдуарда.

— Кажется, ты уверена, что я собрался бросить тебя одну, — Киан наклонился к ней, продолжая удерживать и не позволяя отвернуться, — жаль, но придется тебя разочаровать, маленькая ведьма. У меня на тебя большие планы.

Где — то почти возле ворот среди нестройного гула взорвался отчетливый выкрик, и прямо через стены пролетело по меньшей мере десятка два стрел. Они попадали на камни площади, пара из них вонзилась в стены ближайших домов.