Два мира. Том 2 (СИ) - "Lutea" - Страница 208

— Но ведь сработало же, — Сакура как-то вымученно улыбнулась, вновь посмотрела на подругу и подрывника. — То, что Дейдара сделал, дорогого стоит… Уверена, у них всё будет хорошо.

Всё будет хорошо… Наруто это даже представлял: как Хината, светящаяся от счастья и смущения, приведёт Дейдару в свой клан; как Неджи будет с подозрением смотреть на него, а глава клана и старейшины устроят допрос с пристрастием, который Дейдара выдержит, не вспылив, потому что ради Хинаты; как они будут гулять по Конохе, Хината познакомит Дея с друзьями и сокомандниками, покажет самые красивые места деревни… как они поженятся. Наруто дёрнулся — так неожиданна была пришедшая вслед за другими мысль. Свадьбы ведь — это для старших, для пресловутых «серьёзных отношений»!..

Но ведь их поколение выросло. Они больше не дети. И теперь им, как взрослым, предстоят взрослые дела.

— Ну… да. Думаю, да, — сказал Наруто и, оставив подругу заниматься ранеными, переместился к отцу, от которого Второй уже забрал магов.

Минато ему улыбнулся.

— Ты отлично справился, — сказал он, опустив руку на плечо Наруто. — Я горжусь тобой, сын.

— Спасибо, пап, — пробормотал Наруто, стараясь удержать смущённую улыбку. Не смог. — Не только я, все отлично поработали… и продолжают работать, а нам с тобой надо задержать всех магов в пределах Хогвартса, даттебаё.

— Приказ Хаширамы-самы? — уточнил отец, принимая переход на разговор о делах, но в глазах осталось тепло. Для Наруто — более чем достаточно; пожалуй, это даже лучше, чем смущающие семейные разговоры и признания, к которым он так и не привык.

— Ага.

— Тогда вперёд.

Как и ожидал, Сасори обнаружил Анко в её старых комнатах, которые она занимала, являясь преподавателем в Хогвартсе. Закончив с эвакуацией учеников, Анко пришла сюда и привела с собой молодую джинчурики Нанаби — из кабинета был отличный вид на поле недавнего боя.

На тихий звук открытия двери Анко среагировала мгновенно: выхватила кунай и потеснила джинчурики себе за спину. Рефлексы.

— Сасори… — выдохнула Анко с облегчением и убрала оружие. Тут же смерила его внимательным взглядом — наверняка приметила и измождённость, и значительно уменьшившийся запас чакры, однако придержала слова.

— Первый направил нас с тобой на разведку в Запретный лес, Анко. Фу, ты пока останешься с нашим медиком, Сакурой. Мы проводим тебя, — произнёс Сасори, благодаря годам тренировок легко удерживая ровный тон.

Ни джинчурики, ни даже Анко он не собирался показывать, насколько измотан, разбит, обеспокоен: состоянием напарника, Хинаты, положением дел и тем, как события развернутся в дальнейшем. Битвой, которой он только что был свидетелем. «Не думать о ней», — приказал себе Сасори, отметая холодный страх, вцепившийся в сердце. Но мысли всё равно невольно возвращались к произошедшему. К силе древнего существа, которое наследники сумели остановить, к счастью для всех, до того, как оно вышло на пик своей мощи. К тому, что, отправив Дейдару в бой, он сам был совершенно бесполезен. Осознание этого заставляло сжимать кулаки.

«Каждый из нас играет свою роль, маленькую или большую — не важно. Без каждой отдельно взятой события не приняли бы необходимый законченный вид», — сказал ему Нагато — его Лидер на протяжении стольких лет, с которым только сейчас Сасори впервые столкнулся лицом к лицу, без маски Пейна. Сказал перед тем, как пойти вершить историю. Сасори чувствовал дух Шинигами; он узнал технику и понимал, что своей жертвой Нагато спас положение, позволив четвёрке наследников схватить именно Кагую и уничтожить её. Спасти два мира от той, что могла утопить их в крови, получив Риннеган. Благодаря Нагато же Хината жива, и Дейдара получит будущее, которого заслуживает — этот проблемный, но ставший близким Сасори мальчишка… молодой мужчина, заслуживающий уважения. Напарник.

«Мог ли я сделать больше? — думал Сасори, следуя чуть позади Анко и Фу по территории Хогвартса. — Мог. Я видел, что с Хинатой происходят изменения; это началось ещё во время боя в Малфой-меноре. Среагировав сразу, передав её Учихам, я мог не позволить ситуации зайти так далеко, — ледяной ветер бил в лицо, принося запахи пепла и крови. — Более того, я должен был это сделать. Должен, чтобы защитить…»

— Эй, — осторожно позвала его Анко. Оставив Фу помогать Сакуре, занятой ранеными магами, они добежали до кромки леса и теперь, перешагивая обломки ветвей и стволов, входили под его полог. — Ты в порядке?

— Да, — ответил Сасори, взяв себя в руки, подавив укоры совести. Теперь уже поздно сокрушаться о том, что не было сделано. Но больше он не допустит подобного — не с его новой ответственностью.

И вновь Анко ничего не сказала, но по взгляду было понятно: не поверила. «Она знает меня уже слишком хорошо, — отстранённо заметил Сасори, ловя себя на том, что эта мысль не вызывает желания убивать или закрываться. Испытываемое чувство было насквозь тёплым. — Я размяк», — с тенью отвращения к себе констатировал он. Хотя, вернее будет сказать, что это люди вокруг размягчили его броню. А он допустил это.

— Кагуя проходила здесь, — сказал Сасори, внутренним взглядом сенсора улавливая между деревьями следы невероятной чакры прародительницы. — Если пойдём по следу до дальней границы леса, ничего не пропустим.

— Пошли, — согласилась Анко и запрыгнула на толстую ветвь, однако пропустила Сасори вперёд, позволяя вести. — Чем заняты остальные? — спросила Анко, когда они побежали через лес, внимательно осматриваясь по сторонам. — Что с ними вообще?

— Погибли Нагато и трое АНБУ, остальные будут жить, — ответил Сасори, концентрируясь на задании. — Первый, насколько я понимаю, собирается решать вопросы с магами. У прочих задачи сопутствующие.

— Угу, — отозвалась Анко и тоже предпочла сосредоточиться на текущей миссии.

По мере продвижения вглубь леса дух побывавшего здесь Шинигами усиливался. Шиноби окружала звенящая тишина: ни шороха ветра, ни признака жизни.

— Чувствуешь?

— Да, — они остановились осмотреться, и Анко расширила ноздри, вскинув подбородок. — Пахнет кровью.

— Мы близко, — сказал Сасори и слегка прищурился. Вот на дереве следы попадания стрелы — как видно, пущена была слабо и потому отскочила, оставив лишь скол на коре; вот длинные рыжие волосы, зацепившиеся за обломанные сучья кустарника; вот следы копыт на редком островке снега, причём их курс — прочь от тропы Кагуи, в чащу. — Могу предположить, что кто-то из кентавров всё-таки сбежал.

— Согласна, — кивнула Анко, тоже приметившая эти детали. — Как поступим? Погонимся?

Сасори задумался. С одной стороны, с кентаврами их отряду говорить придётся, причём обязательно до того, как это сделают маги — необходимо, чтобы выжившие из племени не расходились в своей версии произошедшего с тем, что скажет волшебникам Первый Хокаге. С другой стороны, их с Анко послали сейчас просто на разведку; они не знают, что говорить кентаврам, более того, в принципе не лучшие переговорщики с учётом того, что в прошлом году кентавры уже пробовали убить Анко за вызнавание их секретов — ей точно не будут рады.

— Пока не станем, — ответил Сасори. — Для начала пройдём по следам Кагуи, как и планировали. Затем можем поискать выживших кентавров, однако не приближаясь — разговаривать с ними предстоит, но явно не нам и не сейчас.

— Тогда идём, — кивнула Анко и подняла лицо к по-утреннему светлому небу. — Не хочу здесь полдня торчать… Да нам и нельзя, собственно.

Вскоре лес начал редеть, впереди наметился просвет. Дух Шинигами в этом месте ощущался буквально физически. Это давило на нервы, и Сасори едва удерживал себя от того, чтобы запретить Анко идти дальше.

— Твою мать, — процедила она за его спиной.

Они остановились на краю неглубокого котлована, прежде бывшего частью леса, такой же, как и прочие. Земля была усеяна обломками луков и копий, кусками тел. На дальнем краю оврага лежала огромная ступня — всё, что осталось от великана, которого Рубеус Хагрид привёл в школу в прошлом году.