Взгляд Волка (СИ) - Митанни Нефер - Страница 19

Маша проснулась от вкусного запаха. Минуты две лежала с закрытыми глазами, наслаждаясь запахом, тихим бормотанием Георгия, что-то напевавшего себе под нос, и мягким уютом постели. Потом, открыв глаза, увидела Георгия, стоявшего у печки и что-то мешавшего в сковороде. Аромат жареного сала показался ей весьма привлекательным.

- И над чем таким вкусным ты колдуешь? – спросила она, потягиваясь и откидывая одеяло.

- Я подумал, что омлет с салом будет хорошим началом дня, - отозвался он и, повернув голову, с улыбкой подмигнул ей.

- Да, с удовольствием! Я почему-то ужасно голодна.

Натянув его свитер на голое тело, она на цыпочках подбежала к нему и обняла сзади за талию, прижимаясь лицом к его спине.

- Мнн, ужасно хочу есть, - повторила и сама вдруг удивилась своим ощущениям.

Раньше она не любила завтракать. Просто чашка кофе со сливками, очень редко – печенька или вафля, это был весь её завтрак. Но сегодня… Она смутилась, вспомнив события прошедшей бурной ночи. Неужели поэтому её одолевал такой голод? Вот что значит, любить волка.

- Опять босая! – строго заметил он. – Быстро надень валенки!

Она послушалась.

- Ну вот и готово, садись, - он разложил на тарелки омлет и поставил на стол чайник.

- Боже! Как вкусно, - взяв в рот кусочек, Маша от удовольствия закрыла глаза.

Георгий с усмешкой наблюдал, как она быстро расправлялась с едой.

- Боюсь, что с тобой я стану толстячкой, - заметила Маша, вычищая хлебом тарелку.

- А тебе это будет только на пользу, - усмехнулся он и как-то странно посмотрел на неё.

Маше показалось, что на самом деле он говорит, а сам думает о чём-то другом, словно не решается сообщить ей что-то.

- Не думаю… - покачала головой. - И вообще… – она не договорила, зажав ладонью рот, кинулась к ведру.

Её стошнило, буквально вывернуло наизнанку.

- Давай-ка, присядь, - Георгий подхватил её и усадил в кресло, вытер лицо влажным полотенцем.

- Вот всё-таки мне не стоит есть сало, - Маша подняла на него глаза.

Он стоял, возвышаясь над ней, и смотрел так участливо, что ей вдруг захотелось заплакать. Она почувствовала себя маленькой девочкой, упавшей на многолюдной улице и выпачкавшей красивое платье.

Георгий опустился на корточки, осторожно взял в руки её ладони и глядя внимательно Маше в глаза спросил:

- Скажи, неужели ты ничего не чувствуешь?

- Чувствую? Ну, по правде сказать, немного кружится голова и меня всё ещё подташнивает…

- Только не пугайся!.. Вообще, женщины должны сами это чувствовать, но… Если в первый раз, то… - он заговорил быстро и сбивчиво, подбирая слова, волнуясь. - Мне кажется, вернее, я точно знаю, что у нас будет малыш.

- Малыш?! – она смотрела на него, силясь понять, шутит ли он или нет. - То есть ты хочешь сказать, что я жду ребёнка?

Маша опустила ладонь на живот.

- Да, мы ждём ребёнка, - он с улыбкой поправил её, выделив слово «мы».

- Как ты можешь об этом знать, если я сама ничего не чувствую? – решительно возразила Маша и смущённо добавила: - Ну кроме сегодняшней тошноты, которая, я уверенна, была от сала…

- Ты другая, - Георгий, продолжая улыбаться, обнял её, и возражая на её неопределённое фырканье, объяснил: - Да, именно другая! Ты пахнешь иначе, двигаешься… Мне сложно объяснить это, но я чувствую… И главное – я слышу его.

- Слышишь?! – Маша с сомнением посмотрела ему в глаза – неужели он не шутит? – но он явно говорил серьёзно.

- Да, именно слышу! И… прости, что я не сказал сразу, но сегодняшний омлет с салом я приготовил по его просьбе.

- Ну час от часу не легче! – Маша высвободилась из его объятий. – Неужели он так и сказал: «Хочу омлет»?

- Нет, конечно, - Георгий улыбнулся и откинул с её лба прядь волос, - просто я почувствовал, чего он хочет.

- То есть, ты… можешь с ним разговаривать? – она с изумлением смотрела на него, всё ещё не веря, что он не шутит.

- Нуу, вроде того, - Георгий засмеялся, - поэтому, ты должна вести себя хорошо, есть досыта, иначе он пожалуется мне!

Ей хотелось задать ему миллион вопросов, но она решилась только на один.

- Скажи, - робко, подбирая слова, почему-то прошептала она, - а кто это будет: мальчик или девочка?

Георгий улыбнулся широко, весёлые искорки, такие любимые Машей и тёплые, мелькнули во взгляде.

- Не знаю, - покачал головой и видя её сомнение, добавил: - Правда не знаю… Возможно, ещё слишком рано, а может, мне и не дано это знать.

Ей захотелось побыть одной, обдумать неожиданно свалившуюся новость. Странно, последнее время столько всего произошло. Каждый день преподносит сюрпризы. Единственное, что она сейчас чувствовала – растерянность.

- Я хочу домой, отвези меня, - попросила и стала одеваться.

- Машенька, - его руки осторожно легли ей на плечи, - я хочу, чтобы ты жила у меня.

- Ну вот ещё! Я не намерена оставлять деда. И вообще, мне нужно побыть одной.

- Маша, я тебя не пущу никуда! – она вновь решила, что он шутит, но нет, он говорил серьёзно, взгляд вдруг стал строгим и смотрел на неё с напряжением. – Это опасно, будет лучше, если ты останешься у меня.

- Вот уж нет! – Маша вдруг разозлилась. Почему он всё время решает за неё?! – Раз так, я пойду пешком!

Она накинула пуховик, выбежала за двери, кинулась к калитке, но была сразу же остановлена его рукой. Всё-таки поразительно, что он мог так быстро перемещаться.

- Нет! – было видно, что он сдерживает себя, чтобы не повысить голос. Однако его глаза сейчас стали другими: мягкое зеленоватое свечение исчезло, они обдавали холодом, заставив Машу поёжиться.

- Да послушай же меня, упрямая девчонка! Послушай! – он встряхнул её за плечи, - сейчас тебе опасно оставаться одной!

- Почему? Что такого может со мной произойти? – Маша упиралась, а он за руку тащил её в дом. – Опасность угрожает мне ничуть не больше, чем всё это время!

- Садись, - едва они оказались в избе, он отпустил её руку и указал на кресло. – Садись и слушай, - провёл ладонью по лицу, будто стряхивая нахлынувшее раздражение.

- Много лет назад я потерял семью… Жену и сына… И я не хочу, чтобы это повторилось! – он заметался по комнате, точно ему было тесно в жарко натопленной избе.

Маша не перебивала, слушала, не веря, что он, наконец, рассказывает о себе.

- Да, много лет назад я был женат. У нас родился сын. А потом … потом умер мой дед, и я стал Войтом. Это непросто… Сила словно разрывала меня, хотелось уйти в лес, остаться одному… Понять свой путь… До того дня я был обычным человеком, и столкнувшись с такой ответственностью, просто не понимал, как мне жить дальше. Я уходил в ночь и бродил по улицам города. Но… жена… Когда я рассказал ей о своей особенности, она мне не поверила. Сначала скандалила, упрекала в измене, а потом… Потом она просто решила, что я болен.

Георгий вдруг замолчал, подошёл к окну и закинул руки за голову. Некоторое время стоял так. Тишину нарушало только тиканье ходиков. Маша тоже молчала. Ей казалось, что если она произнесёт хоть слово, он опять замкнётся в себе.

- В тот день, вернувшись домой, я нашёл записку, - вновь заговорил он. – Всего несколько слов: мы уходим, не пытайся вернуть нас, так будет лучше… А утром в новостях увидел репортаж об аварии… Жуткое видео… Лесовоз на загородной трассе в лобовую столкнулся с легковушкой…

Маша шагнула к нему и обняла сзади за талию, прижавшись лицом к его спине. Она вдруг физически ощутила его боль, её сердце сжалось, будто ему не хватало места в груди. И она поняла - то же происходит и с его сердцем. А ещё она почему-то представила, как между их сердцами натянута тонкая светящаяся нить, и по этой нити, она может вытянуть из любимого хотя бы часть его боли.

- Я думаю, что мог бы спасти их… спасти сына, если бы вернулся немного раньше… - прошептал Георгий.

- Не вини себя! – Маша крепче прижалась к нему.

Он повернулся к ней и сжал в ладонях её лицо.

- Теперь ты понимаешь, что я не смогу потерять тебя?