Попаданка: Удел драконьей жрицы (СИ) - Йер Велерия - Страница 35

Крыстсы притихли, как мыши под веником, и как один повернули свои головы в одну сторону.

Поначалу ничего не происходило. Томительное, напряженное ожидание заставило меня перестать бесцельно слоняться и замереть. Нога, хотя и не причиняла больше особой боли, все же продолжала ныть при ходьбе. В этой вновь воцарившейся звенящей тишине, шуршание, медленно приближающееся из темноты, нарастало как рокот.

Глава 6. И Белоснежка уж не та... (Часть 2)

Фигуры вынырнули из темноты почти неожиданно. Я поспешно отвернулась в сторону, и постаралась не особо привлекая к себе внимание, присоединиться к броуновскому движению моих сокамерниц. Любопытство отвратительная штука, особенно в такие моменты. Вроде головой понимаю, что конспирация превыше всего, но, черт побери!

Я остановилась в дальнем углу, и повернулась лицом к приближающейся процессии. Наа-кхов было немного, всего пятеро, и представляли они собой ровно тех ползучих гадов, что я и ожидала. В полтора раза выше человеческого роста, шире в плечах и мощнее телом, до пояса - вполне симпатичные мужчины с длинными шелковыми волосами, заплетенными в сложные прически, мускулистыми руками покрытыми татуировками и кольцами золотых браслетов на них,  подкачанным торсом, а вот ниже - уродливые змеиные хвосты. Толстые, начиная от бедер, они сужались книзу, свивались в тугие кольца, блестящие черной чешуей, и венчались мощной погремушкой, которая издавала те самые рокочущие звуки.

Я замерла, как завороженная рассматривая этих казалось бы уродливых, но таких привлекательных существ. Никогда не любила земноводных. Красивыми их уж точно не считала, но тут... я старалась не пялиться совсем открыто, но и взгляд отвести не могла. Хвосты, плавно извиваясь, позволяли своим обладателям перемещаться стремительно и почти бесшумно. Так что небольшая процессия достигла центра зала не больше чем за минуту.

Я пригляделась внимательнее, эти полузмеиные ребята были начисто лишены одежды, за исключением ремней, удерживавших у них на поясе ножны с оружием, а на головах у них торчали малюсенькие рожки. Глаза, с такого расстояния, казались каплями раскаленного метала, сверкая ярким оранжевым светом. Наа-кхи быстро проползли мимо нашей клетки, лишь вскользь глянув на свою добычу.

- Берем-с-с-с - зашипел один, повелительно махнув рукой, в нашу сторону.

И больше не обращая на нас никакого внимания, все пятеро переместились к клетке с мужчинами.

- Эти с-с-совс-сем не годят-с-с-ся, - протянул тот же наг, быстро обползая кругом клетку с мужчинами, - С-с-старики и дети-с-с. С-с них не будет толку-с-с. Разве что с-с этих двух. Вы едва с-справляете-с-сь со своими обязатель-с-ствами.

- Но...

Наг снова махнул рукой, не дав крыстсу произнести и слова.

- У вас-с ос-с-сталось четыре дня. Думайте-с-с, - прошипел он, угрожающе колотя погремушкой у самого носа перепуганного крыстса. Затем резко развернувшись, ударил хвостом о землю, - Мы уходим-с-с.

Крыстсы кинулись к поворотным механизмам, чтобы поскорее опустить прутья клеток, стремясь, по всей видимость как можно скорее избавиться от нас, а заодно и спровадить малоприятных гостей. Двух несопротивляющихся мужчин, а затем и нас, одну за одной вывели из клетки, и выстроив в одну линию, обмотали левую руку каждого длинной веревкой. Я, нехитрым маневром, стараясь не привлекать к себе особого внимания, подстроила все так, чтобы оказаться в последней в этом строю. На мою удачу, Велерена оказалась даже сообразительнее, чем я ожидала, и стояла сразу передо мной. Не знаю почему, но эта добросердечная девушка оказалась единственным существом в этом мире, которое сразу и безоговорочно вызвало мое расположение. А своей интуиции я привыкла доверять.

 Когда приготовления были окончены, а наги вновь заняли свои места в построении, мы тронулись с места, повинуясь легкому натяжению бечевки у нас на руках. Впереди идущие люди и не думали сопротивляться. Я же, в очередной раз мысленно похвалила себя за правильно принятое решение, и чуть призадумалась о ценности этой самой «сомнеи». Водица, напрочь лишающая живое существо собственной воли. Если верить Велерене - навсегда. Страшная штука, если так подумать.

Наша небольшая процессия, довольно быстро покинула зал, освещенный факелами, и ступила в темные, пропахшие сыростью коридоры. Все их освещение составляли небольшие чадящие фонари, редко висящие на железных крюках то здесь, то там. Вскоре кончились и они. Мы свернули пару раз, прошли еще несколько уже не обжитых, но почти таких же просторных как у крыстсов пещер, и вновь окунулись в кромешный мрак каменного лабиринта. Здесь было чуть суше. Не так пахло затхлостью, но было все так же темно, и только намотанная на руку веревку позволяла не налетать на стены, или не потеряться окончательно. Последняя мысль понравилась мне особенно сильно.

«Почему бы не взять, и не потеряться?» - я призадумалась. На самом деле шансы на успех были вполне сносные. Мы, очевидно, виляли и плутали по коридорам, часто выбирая из двух, а то и из трех уходящих в разные стороны ответвлений. Затеряться - вроде бы не проблема. Темнота, кажется, тоже играет нам на пользу, да и руки связаны лишь символически. Впрочем, и риски велики. Хотя бы потому, что физиологию нагов я представляю себе весьма смутно. Что делать если они видят в темноте? Или, к примеру, обладают способностями к эхолокации? Что, кстати, вполне возможно. Что уж говорить, о скорее всего, обостренных в таких условиях жизни, слухе и нюхе. Истратить свой единственный верный шанс на побег попусту? Ну уж нет. Этот мир нельзя назвать ни дружелюбным, ни симпатичным, но он научил меня важной вещи: иногда стоит дождаться подходящего момента, прежде чем делать что-либо. Опрометчивость еще ни разу не привела меня ни к чему хорошему.

Перешептываться с Велереной казалось слишком опасным. Смотреть оказалось не на что. Кромешная тьма располагала разве что к размышлениям, но и они то и дело срывались в какой-то депрессивный мрак, который я старательно от себя отгоняла. Одну простую истину я знала очень и очень хорошо: стоит только задуматься о безвыходности ситуации, дать себе слабину и пожалеть свою несчастную тушку, как ты уже лежишь где-то на обочине жизни сбитый грузовиком уносящейся прочь реальности. И оттуда уже выбраться ой как не просто.

Мы брели долго. Невероятно долго. Нога, на которую я поначалу почти не обращала внимания, через какое-то время стала ныть, а после и болезненно отзываться в позвоночнике с каждым шагом. Отвлечь меня не могло ровным счетом ничего. Я считала в уме шаги. Пыталась вспомнить названия известных мне столиц моего мира - их оказалось как-то предосудительно мало в моей голове. Потом были стихи, разной степени мрачности, отрывки которых я с упоением стала мысленно декламировать самой себе. В конце концов, утомленная моими выкрутасами память, услужливо подкинула мне образы драконов и, завернув мои мысли в странное, но вполне понятное русло, вполне успешно ретировалась, оставив меня размышлять.

Я стиснула зубы до болезненного напряжения в челюсти и резко выдохнула, злясь не столько на драконов, сколько на саму себя. И какой же дурой нужно было быть, чтобы подумать, что они в самом деле полезут меня спасать!? Нет, ну в самом деле! Я ведь с самого начала знала, что мне не особо-то рады. Кажется, и вела себя вполне соответственно. Единственное, чего не пойму, так это когда у меня в мозгу успело так щелкнуть, что я вдруг возомнила себя важной и нужной? Вроде же и наивностью не страдаю, и с логикой все в порядке... Не представляю, что на меня нашло. Все это Лит, мерзкая богиня, запудрила мне мозги. Хотя, стоит отдать ей должное, без ее способностей, я бы сейчас так живенько тут не шагала, а вполне возможно варилась бы уже в каком-нибудь котле, да без специй. С другой стороны, без ее стараний, меня сюда бы и не занесло вовсе...

Мои размышления прервал так некстати подвернувшийся под ногу камень. Я налетела на него как раз больной ногой, охнула, и завалилась набок, благо, тоннель в котором мы находились, был настолько узок, что не позволил мне упасть.