Терапия (ЛП) - Перес Кэтрин - Страница 34

Девушка... о, боже, эта девушка.

Я смотрю на нее и прошу открыть глаза. Я хочу, чтобы она видела, как я в первый раз занимаюсь с ней любовью. Я хочу, чтобы она чувствовала меня и знала, что это отличается от всех тех, с кем она была раньше.

— Открой глаза, Джесс, — она распахивает глаза и смотрит на меня, между нами словно вспыхивают электрические заряды.

Шелковые, черные волосы рассыпаны вокруг ее лица, и в этот момент она самая сексуальная девушка, которую я когда-либо видел. Смотря на нее, будто она единственная на земле, я погружаюсь в нее медленно, глубоко. Стон срывается с ее губ, и я вращаю бедрами, даря ей еще большее наслаждение, не заботясь о своем. Ее глаза широко распахнуты, но она снова их закрывает. Желание переполняет нас обоих, и я вдалбливаюсь все быстрее, а она запрокидывает голову назад в экстазе. Это сводит меня с ума — мне нужно еще больше. Я наклоняюсь и целую ее, впиваясь зубами в нижнюю губу, посасывая и покусывая ее. Мое тело двигается в безудержном ритме, и она встречает каждый мой толчок. Сдерживаемый вдох и стон срывается с ее губ, и ее дыхание учащается. Ее звуки всегда будут музыкой для меня. Наши обнаженные тела, мокрые от пота, скользят друг по другу, и все в моем разуме становится размытым, когда она туго сжимается вокруг меня. Она близка к оргазму. Зная это, зная, что лишь я один доставляю ей такое удовольствие, я все ближе и ближе к освобождению. Мягкость ее кожи и твердость сосков, касающихся моей груди, обостряет все мои чувства, заставляя меня дрожать. Сердце бешено стучит в грудной клетке, пока я вколачиваюсь в нее. Ее ноги обхватывают меня за талию, и она кончает подо мной, выкрикивая мое имя. Наблюдать, как она теряет контроль, самое прекрасное и захватывающее зрелище, которое я когда-либо видел.

— Джейс... О боже, Джейс.

Я много раз занимался сексом, но этот раз другой. Я наблюдаю, как она кончает, и это полностью освобождает желание сделать ее своей, растекающееся вдоль моего позвоночника. Я смотрю вниз на нее, выгибающуюся подо мной, и понимаю, что потерян, полностью потерян в ней. Я принадлежу ей в этот момент, и во все последующие. Я падаю всем весом на нее и погружаюсь глубже, зарываюсь лицом в ее волосы и вдыхаю аромат ее шампуня, страсти и любви — аромат Джесс. Наконец, мое тело находит освобождение, и я поглощен, полностью и бесповоротно поглощен Джессикой Александр.

Глава 14

«Боль от потери любимого человека никогда не проходит. Те, кто говорят, что она проходит, никогда по-настоящему не любили». — Кэтрин Перес

Прошлое

Джейс

Было ужасно слышать боль в ее голосе, когда она кладет трубку. Я чувствую, будто моя грудная клетка разрывается, а сердце падает вниз, куда-то к моим ногам. Прошло два дня с того телефонного звонка, с тех пор как я был с ней полным придурком. Не могу поверить, что она прекратила все вот так просто. Это не имеет никакого гребаного смысла. Я звонил ей раз сто, отправлял огромное количество сообщений и... ничего. Ближайшие две недели я не могу приехать домой и все из-за этого дурацкого футбольного лагеря, но когда приеду, то планирую пойти к ней домой, я буду умолять ее простить меня и принять обратно. Я так чертовски сильно скучаю по ней. Мяч неожиданно ударяет меня в грудь, вырывая из грез.

— Эй, мужик, ты все еще страдаешь по своей девушке? Сегодня большая вечеринка в братстве. Ты пойдешь или будешь хандрить? — спрашивает мой сосед по комнате.

Трент — большой, грузный парень. Он полузащитник в команде, и славный парень с большими, широкими плечами и огромной задницей. Он практически живет в спортзале.

— Нет, бро. Я еще не готов идти на вечеринку. Я просто позависаю здесь.

— Наплевать, мужик. Твоя потеря. Это единственные студенческие годы, которые у тебя будут. Если хочешь, можешь их просрать. Девчонки не стоят этого. Вот почему я один. Я сразу же даю им знать, что не ищу ничего серьезного. Ты, возможно, захочешь делать то же самое. В противном случае, через некоторое время эта комната станет чертовски скучной.

— Я люблю ее. Я не могу просто отпустить это. Я облажался и сейчас должен исправить это. Мне не поможет, если я пойду веселиться и напиваться. Она злится, но скоро изменит свое мнение. Она должна.

— Поступай, как считаешь нужным, чувак.

Он уходит на вечеринку, в то время как я сижу здесь и схожу с ума. Я отправил ей еще одно сообщение, хотя знаю, что это бессмысленно, но прямо сейчас это моя единственная связь с ней.

Джейс: Пожалуйста, позвони мне. Я ненавижу это. Пожалуйста, поговори со мной. Я вернусь домой через две недели и приду, чтобы поговорить с тобой, и мы решим эту проблему. Я сожалею, что был такой задницей. Пожалуйста, не бросай меня. Я скучаю по тебе, Джесс.

Я жду ее ответа, но как обычно — ничего. Я со злостью кидаю мяч через комнату и хватаю iPod. Вставляю наушники и включаю музыку так громко, как это возможно. Я лежу так, кажется, целую вечность, пока не засыпаю. Просыпаюсь от грохота и шума и вижу, что пьяный Трент вваливается через дверь с такой же пьяной девушкой на руках.

Великолепно, теперь я должен слушать, как они лапают друг друга.

Да пошло все, я уйду отсюда, пока он с ней не закончит.

— Комната твоя, мужик. Просто держись подальше от моей кровати. Это все, о чем я прошу, — говорю я ему и хватаю бейсболку и телефон.

Я прохожу через коридор общежития, мимо нескольких групп людей, которые очевидно проводят время лучше, чем я. Иду к своему грузовику, хотя без понятия, куда я собираюсь. Я просто хочу перемотать время вперед на две недели, чтобы я мог поехать домой.

***

Я просыпаюсь, наполненный нервным ожиданием, так как сегодня еду домой. Я знаю, это будет нелегко, но я должен убедить Джесс простить меня.

— Успокойся, мужик. Удачи тебе с твоей девушкой. Хотя я все еще думаю, что ты должен переосмыслить все это дерьмо об отношениях.

— Спасибо, мужик. Когда я вернусь, мое настроение будет лучше. Я, может, даже пойду с тобой на одну из этих вечеринок. Возможно, Джесс сможет приехать и пойти с нами.

— Конечно мужик. Как скажешь. Поезжай осторожно.

Такое ощущение, что я еду несколько тысяч часов. Когда я въезжаю в город, то направляюсь прямо к дому Джесс, даже не заезжая к себе домой. Ее машины нет на подъездной дорожке.

Дерьмо!

Тем не менее, я выхожу из машины и иду к двери, чтобы ее мама сказала ей, что я здесь. Она поймет, что я серьезен и позовет ее. Я стучу, и ее мама открывает дверь. Она одета в пижаму в середине дня и выглядит ужасно.

— Здравствуйте, миссис Александр. Джессика скоро будет дома?

— Она уехала, милый, — бормочет она, и ее слова, смешанные с запахом алкоголя, ударяют меня, как тонна кирпичей.

— Да, мэм. Я не вижу ее машину здесь. Когда она вернется?

— Она не вернется, милый. Не могу сказать, куда она уехала. Моя дочь никогда не просила меня о многом, но она взяла с меня обещание, не говорить ни слова о том, где она, если ее придет искать хорошо выглядящий молодой человек, такой как ты. Все что я могу сказать тебе, это то, что она уехала два дня назад.

Я качаю головой в неверии. Это не может быть правдой, она бы никогда не уехала, ни сказав мне.

— Почему? Почему она не хочет, чтобы я знал, куда она уехала? — спрашиваю я удрученно. — В этом нет никакого смысла.

— Я не знаю, что сказать тебе. Все что я знаю, что она торопилась отсюда уехать. Мне правда жаль, но я не могу сказать тебе, куда она направилась. Я пообещала и сдержу свое обещание, — говорит она с печальной улыбкой на лице и пожимает плечами. Затем закрывает дверь.

Я стою там, уставившись на закрытую дверь как дурак. Ни что из этого не имеет смысла. Я достаю телефон из кармана, когда иду обратно к своему грузовику. Я нажимаю на ее номер, чтобы снова ей позвонить. Если я должен оставить миллион голосовых сообщений и отправить тысячи текстовых, то я это сделаю. Звучит один гудок, затем я слышу запись, что телефон отключен.