Терапия (ЛП) - Перес Кэтрин - Страница 37

Стены спальни будто начали давить на меня, поэтому я ухожу из комнаты, подальше от Джейса. Я слышу его шаги позади себя, и каждый шаг заставляет сердце биться чаще. Говоря в этот раз «пока», я почувствовала всю обреченность, которую до этого никогда не ощущала. Я тянусь к дверной ручке, убеждаясь, что он понял намек. Ощущаю его руку на своем плече и вздрагиваю.

— Джессика, правильно это или неправильно, но мы всегда будем друг у друга под кожей. Все эти шесть лет я скрывал это. И этот файл выпустил все на поверхность, и сейчас я уверен, что не смогу снова скрывать это. Все, что было заперто внутри меня все эти годы, выплескивается наружу. Если я уйду и больше никогда не вернусь, все это навсегда будет гореть синим пламенем в моей памяти.

С каждым произнесенным им словом, я все выше и выше возвожу защитную стену. Он помолвлен, помолвлен с успешным врачом — потрясающим, красивым, успешным врачом. Я не могу соперничать с ней, и не буду. Прошло слишком много времени, слишком много мостов сожжено, и я недостаточно стабильна, чтобы справиться с этим. Не важно, как сильно я хочу его, это неправильно. Раньше, когда я была с Джейсом, это чувствовалось правильно, но сегодня это не так, даже стоять рядом с ним мне не хочется. К тому же, я думаю, он все еще думает, что я та же застенчивая, слабая девочка, которую надо исправить.

— Я не хочу сейчас с этим разбираться. Сегодня я узнала, что у меня серьезное психическое заболевание. По решению суда, я должна пройти курс терапии из-за вождения в нетрезвом виде. В больнице заметили, чего мне стоили все эти годы, и судья сжалился надо мной. И теперь я должна найти нового врача, потому что больше никогда не пойду к доктору Уорд, так как она помолвлена с единственным, кого я когда-либо любила. — Реальность происходящего очень глубоко меня ранит. И произнесенные слова обжигают горло. — И в тот же день, после долгих шести лет ко мне приходит парень, и вываливает тонну эмоционального дерьма. Мы больше не подростки. Надо мной не издеваются, и я больше не избитая девочка, которую ты каждый раз поднимаешь после падения, — говорю я, распрямив плечи и пытаясь выглядеть сильной.

— Ты не смог меня исправить тогда, и не сможешь сейчас. Я так же сломана, как и тогда, только теперь я пытаюсь найти силы в своей боли. — Он с жалостью смотрит на меня, и я ненавижу это. — Тогда я старалась быть невидимой; я пряталась ото всех и от всего. Сейчас же, все видят мою боль, и мне наплевать на то, что они думают. Я взрослая женщина, и даже если заблуждаюсь насчет многих вещей в своей жизни, у меня достаточно самоуважения, чтобы не прыгать в постель или делать что-либо еще с помолвленным мужчиной. Даже если этот мужчина ты. Пожалуйста, просто уходи. — Слезы заполняют глаза, но я сдерживаю их. Я не могу позволить ему увидеть мою слабость. Он раздраженно выдыхает, и я вижу годы сожаления в его ярко-голубых глазах.

— Я не пытаюсь исправить тебя. Даже если психиатр во мне хочет этого, это не то, что я пытаюсь сделать. Я лишь... Черт, я не знаю, чего хочу или что делаю. Я лишь знаю то, что чувствую. Я люблю тебя, Джессика. И никогда не переставал любить. Я думал, что больше никогда не буду с тобой, поэтому убедил себя попробовать полюбить другую, даже если и другим видом любви. — Мы стоим друг перед другом, осмысливая эти слова, и я делаю все возможное, чтобы он не проник сквозь мою защиту. Но чем больше он говорит, тем больше я слабею.

— Джессика, поверь, если бы тогда была кнопка, которую я мог нажать и выключить все чувства к тебе, скорее всего я бы так и сделал, но ее не было. Все что я мог сделать, это запрятать их подальше вглубь себя, будто ничего и не было, — сказал он, нахмурив брови и опустив голову. — Я возвел крепость вокруг любви к тебе и прятал ее, потому что только так я мог жить дальше. — Он снова смотрит на меня. Его глаза красные, и темные круги под глазами показывают, насколько изматывающим это было для него.

— Но видеть тебя, знать, где ты, что ты так близко... Я больше не хочу это скрывать. Это будет ложью. И теперь, когда я знаю, где ты, у меня не такой уж и большой выбор. Только потому, что я не знал, где ты, думал, что ты счастлива замужем, только так я мог убедить себя, что нам больше не суждено быть вместе. — Он протягивает руку ко мне и медленно поворачивает мою голову за подбородок. — Я люблю тебя, Джесс, и я знаю, ты тоже меня любишь. Не было ни единственного дня за эти шесть лет, когда я не любил тебя. В этот раз я тебя не отпущу. Я не смогу.

Я тоже люблю его, по крайней мере, я так чувствую. Я не знаю, что он хочет услышать в ответ. Он помолвлен. Эта мысль снова и снова возникает у меня в голове.

— Ты помолвлен. Ты хочешь сказать, что собираешься сегодня разорвать помолвку с доктором Уорд и быть со мной? Ты мне это хочешь сказать? — он молча слушает мою ругань. Крохотный эгоистичный кусочек меня отчаянно хочет, чтобы он сказал «да», что он бросит ее, но я знаю, что это неправильно. — Ты даже меня не знаешь! Говорю тебе еще раз, я не та девочка, которую ты знал. Зачем тебе разрушать что-то настолько серьезное как помолвка, ради того, кого абсолютно не знаешь, кого не видел шесть лет? Это совершенно бессмысленно.

Разочарование и поражение написано на его лице, когда он опускает голову и качает головой.

— Я не знаю, — отвечает он, и снова смотрит на меня. Он так смотрит, будто ищет какой-то волшебный выход из этой ситуации.

— Свадьба через четыре недели, — бормочет он.

— Что?

— Мы должны пожениться через четыре недели. Они с мамой спланировали каждую гребаную мелочь.

Женат. Мысль о женитьбе Джейса на ком-то другом, вдребезги разбивает мою защиту. Больно, я пытаюсь проглотить ком в горле, но он словно кислотой выжигает все на своем пути.

— Ну, тогда, ты через четыре недели должен жениться. Купить огромный роскошный дом и ходить на благотворительный ужины со своей женой и мамой. У тебя будет белый заборчик и все такое. Звучит, будто они жили долго и счастливо, Джейс. Не бросай это все ради какой-то сломленной девчонки, с которой ты однажды переспал. — Я пытаюсь ужалить его как можно больнее. Я хочу, чтобы он остался; мне нужно, чтобы он ушел. Противоречивые мысли кружат в голове как стервятники.

— Джессика, любовь не всегда заканчивается «жили долго и счастливо». Это происходит лишь в книгах и фильмах. А это жизнь, и она реальна. У жизни нет сценария, нет плана. Мы давным-давно нарушили все правила любви. Единственное, в чем я уверен, что с тобой никакие правила не работают.

Прежде чем уйти, он останавливается и снова смотрит на меня.

— И ты не какая-то девчонка, с которой я переспал. Ты девушка, которую я любил — всегда. — А затем он ушел.

***

На следующее утро я просыпаюсь с адской головной болью. Я массирую виски и начинаю воспроизводить все, что произошло прошлой ночью. Телефон громко пищит, и я тянусь за ним, даже не открывая глаз, чтобы посмотреть кто это.

— Алло?

— Привет.

— Откуда у тебя этот номер? Вообще-то, не важно, не отвечай. Файл, так?

— Да, файл. Как ты себя чувствуешь этим утром?

Да что с ним такое? Неужели все, что произошло вчера, вылетело из его странной головы.

— Нормально, я нормально. Превосходно даже! — отвечаю я.

— Нет, не нормально. Я слышу это по твоему голосу. Ты врешь.

— Джейс, сейчас еще слишком рано для всего этого. Что ты хочешь?

Я зла — в ярости, вообще-то, он ведет себя, будто ничего не случилось, и мы можем начать с того момента, когда мы расстались шесть лет назад. Он же собирается жениться через четыре недели!

— Я забыл файл у тебя. Он мне нужен до того как Вик, то есть доктор Уорд поймет, что он исчез.

Какого черта? Он совсем чокнулся! Будто мне есть дело до его проблем с этой мозгоправкой, а в будущем его женушкой!

— Это не моя проблема. Погоди-ка, она знает обо мне, и о том, что ты приходил ко мне? Как ты узнал о файле, если она тебе его не давала, Джейс?