Возвращение чудес - Крышталев Владимир Анатольевич - Страница 54

- Имей совесть! - воззвал толстун. - Врет и не краснеет! Это не ты говорил, а я сам.

Остальные согласно закивали: они помнили тот спор.

- Ладно, - согласился северянин. - Мне чужого не надо. Зато я точно говорил, что ты любишь всех пугать. Особенно после вина. Эй, не давайте ему много вина, а то снова начнется!

Шарль крякнул и приложился к кружке, словно действительно опасался возможной её конфискации.

- Всё закончилось хорошо, мы живы и возвращаемся домой, - добавил Кормак, смеясь.

- Ничего еще не закончилось, - мрачно отозвался Шарль, ставя кружку на стол.

- Ага! - протянул северянин со значением, затем обратился к остальным: - Я вас предупреждал насчет вина, но уже поздно. Сейчас мы услышим очередную порцию ужасов.

Пожилой дворянин не отреагировал на это вступление и действительно начал рассказывать:

- Признаться, сегодняшнее поведение императора поставило меня в тупик. Я ожидал совсем другого. Однако своих слов я назад не беру. Он что-то готовит. Даром никто армии из одного края страны в другой не перетаскивает. Вот увидите, что-то скоро начнется.

- Он подлый и мелочный человек, - неожиданно вступил в разговор граф де Льен. - Он прикрывается высокими словами и любовью к искусству, но за этим ничего не стоит. Ему хочется быть одновременно героем битв и мудрым философом, а в итоге не получается ни одно, ни другое. Он сам это чувствует и боится, что другие, заглянув поглубже, тоже разоблачат его. С таким трудно иметь дело.

- Почему? - полюбопытствовал барон де Лири.

- Подлец, знающий о том, что он подлец, в стократ хуже обычного, - ответил Жерар, глядя куда-то в пространство перед собой. Затем, словно опомнившись, он посмотрел на своих товарищей. - Я считаю, что Шарль прав. Еще ничего не закончилось, хотя наша поездка все-таки, похоже, увенчалась успехом. Как бы там ни было, я вас поздравляю. - Он улыбнулся. - Сегодня впервые буду спать спокойно. Как хотите, а я пошел к себе. Смертельно устал.

Поднявшись из-за стола, граф направился к своей комнате.

Почти сразу же разбрелись и остальные. Поездка в этот раз выдалась изматывающая, даже на болтовню по вечерам сил почти не оставалось.

Ночью в тишине большого дома едва слышно скрипнули дверные петли. Неясная тень выскользнула в коридор. Замерла. Двинулась дальше. Напротив другой двери замерла снова.

Оттуда, из комнаты, доносилось равномерное сопение. Тень толкнула дверь и осторожно шагнула внутрь.

Граф де Льен был там. Он крепко спал, раскинувшись на большой кровати. Лунный свет падал из окна, образуя четкий прямоугольник на полу, и было достаточно светло, чтобы разглядеть подробности.

В руке вошедшего что-то тускло блеснуло. С еще большей осторожностью, чем прежде, он заскользил к кровати.

Что-то попало под ногу. Мягкое, податливое. Вошедший, почти добравшийся до кровати, нетерпеливо отбросил помеху с пути.

Но из бесформенной массы неожиданно выпал какой-то круглый предмет и, оглушительно громыхая в этой абсолютной тишине, покатился по полу.

- Кто здесь? - граф тут же проснулся.

В глубине комнаты было так темно, что тени сливались одна с другой. Жерар поморгал, на всякий случай держа руку на оружии. Может, воры? - мелькнула мысль.

Он сел, зажег свечу. Осмотрелся.

Кроме него, в комнате никого не было. Однако сброшенная вечером одежда, которую граф не потрудился как-нибудь развесить или сложить (ему просто невыносимо хотелось спать), теперь лежала под самым столом. Жерар плохо помнил, как раздевался, но вряд ли он забросил ее туда сам.

Потом в углу комнаты он обнаружил и предмет, который его разбудил. Это был медальон, подаренный де Льену королевой. Граф бережно взял его в руку, затем сунул под подушку. Подхватил свечу и направился в коридор.

Там тоже было пусто. "Вероятно, я спугнул вора", - подумал Жерар. Приблизился к открытому окну в торце коридора, выглянул наружу.

Во дворе ничего не шевелилось. Яркий лунный свет и густые тени от дома, деревьев, конюшни. Пожав плечами, граф вернулся к себе. Но, на всякий случай, прежде чем снова лечь, он пододвинул к двери массивный стул.