Мострал: место действия Постон (СИ) - Шилкова Анна - Страница 18

Корабль впечатлил обоих, а трава на поле оказалась такой мягкой, что Никат временно перехотел обратно свою истинную ипостась.

Следующей в программе была библиотека. В отличие от библиотеки Академии, Школьная воображение не поражала. Однако была тут особая секция: карты. Это место захватывало дух, стоило начать их изучать.

Тут были даже любовно сделанные нынешним Директором Школы копии проложенных маршрутов великого капитана Зарамая, первым проложившего путь на соседний континент.

Рядом с этим отделом нашелся не менее интересный конструкторский: тут были всевозможные варианты построения судов, как удачные и популярные, так и обреченные на провал.

Мальчишки увлеченно рассматривали чертежи, понимая в них едва ли треть терминов, когда сзади к ним подошла тень. Небольшая и нестрашная, но неожиданная: оба мальчика вздрогнули.

- Привет. - Пропищал голос.

За спиной нашлась девчонка. С длинными русыми волосами, в бежевой с розовым отливом тунике, в зеленых глазах светилось любопытство, и плясала какая-то непередаваемая искра, которая заворожила обоих парней.

- Девчонка? - Удивленно протянул Ашак. - А я думал, это сказки, что в Школу девчонок принимают.

- Я Калиса. - Улыбнулась девочка.

Парни тоже представились.

- Вы уже видели тренировочный корабль? - Не заметив первого высказывания Ашака, спросила она.

- Ага. - Протянули парни хором.

- Жаль, что до него два года учиться. - Плечи чуть поникли, но тут же вновь расправились. - Зато, пока никого нет мы можем там ходить и смотреть. Хотите?

Две головы часто закивали.

Не откладывая в долгий ящик, три будущих капитана (несомненно) побежали обратно к тренировочным площадкам. Вход в корабль удалось найти не сразу: веревочная лестница была поднята, однако был опущен якорь, по которому дети и взобрались наверх.

На палубе нашелся суровый тренер - орк, огромный, с серой кожей и здоровым шрамом от виска до ключицы. О возникновении этого шрама ходили самые разные легенды, одна другой красивше: одни говорили, что ему такой подарок обиженная любовница оставила, другие - что при абордаже заработал, третьи судачили, что он просто спьяну упал неудачно и с тех пор не пьет.

- Рано в этом году узнали, что на корабль можно всем, пока учеба не началась. - Буркнул себе под нос мужчина. - Дети, ничего не трогать, никуда, где света нет не лезть. Ясно? - Он сдвинул кустистые брови к переносице.

Три головы дружно закивали. И так же дружно поспешили скрыться с глаз тренера долой.

Первым делом было облажено все, куда на палубе глаз достал. Сперва просто по полу, осматривая со всех сторон даже поломойные ведра, потом и мачты, со сложенными парусами. От того, чтобы лезть наверх остановил только запрет трогать что-либо руками, потому как в таком нелегком деле без рук никак не обойтись.

Правда Калиса уже начала влезать на бушприт, но суровое «Кхе-кхе» откуда-то с гикс остановили излишне деятельную девочку.

Потом все полезли внутрь. Попали сперва, понятно, в трюм, а там ребенку-то раздолье. Столько всего непонятного и интересного, что непременно надо потрогать и дернуть. И только все тоже «Кхе-кхе» наставляло любопытных учеников на путь истинный.

Что именно пошло не так и почему не прозвучало «Кхе-кхе» никому не известно, только дошли дети до якорного битенга. В котором торчала палка. Самая обычная, сантиметра полтора в диаметре, палка, которая не давала Ашаку покоя. Он честно пытался сдержать порыв, но в итоге все-таки дернул за нее.

Палка легко вышла со своего места, а сразу за этим событием последовал жуткий грохот, который перепугал всех троих настолько, что они, игнорируя ближайший трап, побежали к тому, по которому сюда попали.

 А по дороге задели пиллерсы, врезались в основание мачты, а Никат всем телом впечатался в помпу, отчего по нему прошел гулкий звук, который оглушил мальчика. И, конечно, они задевали все лежащие в трюме и крюйт-камере, спотыкались о веревки, до этого аккуратными бухтами уложенные на полу. В конце концов, они вылетели по трапу обратно на палубу и, не рассчитав скорости, с которой бежали, все втроем врезались в колдершток, который опасно зашатался и, наконец, упал. Сверху повалились первоклассники.

Тот звук, что погнал детей, давно прекратился, а вот помпа все еще гудела, да и сваленный с места колдершток звенел, мелко дрожа на досках палубы.

На все это от ратс-камеры мрачно взирал едва успевший отскочить туда тренер.

Дети вставать не спешили, а когда все же это сделали, поспешно ретировались с на другую сторону корабля, намереваясь уйти так же как пришли.

Им это не удалось, потому что страшный скрежет и грохот, который их и напугал, производила цепь якоря, которая вывалилась наружу. Ашак озадаченно смотрел на палку в своих руках и на валяющийся на траве якорь, пытаясь осмыслить взаимосвязь этих двух событий.

- Я вам спустил веревку. - Прорычали с середины корабля.

Дети поспешили воспользоваться предложением и очень быстро убежать обратно в здание Школы.

- Кажется, нам придется не сладко на тренировках. - Проговорила Калиса уже в холле Школы.

- Может повезет и тренер сменится? - Без особой надежды предположил Ашак.

- Ага. Двенадцать лет курировал свою Жемчужину лично, а тут возьмет и в отпуск уйдет? - Мрачно пошутила девочка.

Никат ничего не говорил, продолжая ошарашено молчать, как и все время этого неожиданного приключения.

За убегающими первогодками в окно своего кабинета наблюдал Директор Бортовой Школы Матура, который буквально волосами чувствовал, что спокойные годы в его Школе закончились.

Под водой

Чтобы захватить где-нибудь власть, нужно хотя бы гипотетически знать, как она устроена там, где ее будут захватывать. И как раз с этим вопросом у заговорщиков случилась неприятность?

Необходимость в такой уединенной жизни для морского народа была придумана давно и не ими, но все ее понимали. Однако, как раз это свято блюдущееся правило рождало информационный голод.

И главный вопрос, который изо дня в день обсуждался в последние недели, - это как этот самый голод, который информационный, победить. Никто толком не понимал, как они могут выбраться на поверхность. С учетом их приметной внешности, даже договориться с кем-то с поверхности представлялось сложным.

Обсуждения вели в удалении от города, в пустующем доме старого и давно покинувшего Жарем отшельника.

- Да запугаем кого-нибудь и все. - Монотонно повторял один.

- Они владеют чуждой магией. Шарахнут и не заметят. - Возражала вторая.

- И запуганные слуги хуже служат. - Подсказывал третий.

- Есть идеи получше? - Огрызался первый и беседа шла по кругу.

И шла бы она так еще очень долго, если бы высоко над головами заговорщиков не послышался звук падения в воду. Из под воды этот звук не похож на плеск, скорее на глухой шлепок.

Морская дева высунулась из укрытия и устремила взор вдаль, хищно обнажив зубы. Наверху барахталось тело. Дева активно заработала хвостом, стремясь перехватить тело раньше, чем это сделают его друзья с поверхности.

Она схватила двуного поперек туловища, и очень быстро создала для него воздушный пузырь, одновременно утаскивая его вниз.

Древняя магия, созданная еще элементалями, неохотно, но все-таки пропустила ее с незваным гостем на территорию города. Пленник заполошно дышал, но не вырывался, хоть и пучил глаза в испуге.

- Проблема решена. - Гордо сообщила морская дева, вталкивая в узкий проем тело.

- Ты где его взяла? - Мрачно разглядывая находку, вопрошал первый заговорщик, предлагавший запугивания.

- В воду упал, а я сюда забрала. Ему все равно не выбраться. Спасителям обычно хорошо служат. - Пожала плечами добытчица.

Спасенный же с ужасом разглядывал собравшихся существ. Крупные, метра по два от макушки до хвоста, в чешуе, почти целиком, да чешуя не привычная рыбья, а крупная, с пол ладошки чешуйки, разноцветная и так плотно пригнанная, что если не приглядываться - решишь, что ткань такая разукрашенная. Но наибольшее впечатления производили лица. Вытянутые, узкие, с почти круглыми глазами. Рот очерчен тонкими губами, из-за которых выглядывают очень внушительные зубы - тонкие, острые, частые и мелкие. Носа будто и не было - только узкие щели ноздрей. Волосы у всех троих были по плечи, но все трое тщательно зачесали назад, из-за чего казалось, что это просто кожная складка, а не волосы. Венчали образ невиданных тварей жабры, расположенные прямо под нижней челюстью, рассекающие шею и шевелящиеся при речи.