Меч (ЛП) - Джонсон Джейн - Страница 55

— Я люблю тебя, Келли, — прошептал он, пристально глядя на свою пресыщенную жену.

Келли очнулась от соблазнительного полудрёма. Она не знала, что сказать. Он ей нравился, она страстно желала его, была более чем согласна выйти замуж. Но она честно не знала, любовь ли это. Та истинная любовь, которую ему было предначертано чувствовать к ней. Чувство вины заставило ее спрятать лицо у него на груди, когда он гладил ее по волосам. Келли не могла произнести слов любви, пока не была абсолютно уверена. Она чувствовала, что влюблена в него, но… стоит ли говорить о любви?

Молчание было совсем не обнадеживающим, ведь Сейбер знал, что она не спала.

— Келли?

— Мое сердце принадлежит тебе, — наконец прошептала она.

Поскольку ее сердце точно никому больше не принадлежало, Келли сказала чистую правду, учитывая ее внутреннюю неуверенность. Она просто не могла соврать на его признание. Он действительно ей очень нравился, она не могла представить себя в такой интимный момент с кем-то другим.

Когда она больше ничего не сказала, Сейбер решил, что, возможно, у нее на родине принято говорить именно так. Он ведь почти ничего не знал о ее мире, о принятой там культуре. Конечно, она несколько раз поступала противоестественно для обычаев Катана, ему это было непривычно. Например, надела брюки. Но он действительно не имел ничего против.

Большим пальцем Сейбер потер простой золотой ободок на своем безымянном пальце, немного повернув его. Он мог чувствовать удары ее сердца рядом со своим, видел на ее виске биение пульса, после каждого удара сердца отдававшегося в груди. Его мужеское естество, все еще находившееся в ней, отказывалось после разрядки уменьшиться, не желая оставлять ее ножны.

Он даже не заметил, как влюбился. Перед лицом Проклятия и Бедствия, он изо всех сил полюбил Келли Дойл с Земли… где бы это ни было. И из всех его братьев, которые были более приветливыми и менее темпераментными, чем он вначале, и, конечно же, были бы менее неуклюжими в ухаживаниях… она полюбила его.

— Мое сердце тоже принадлежит тебе, — прошептал он. Она прижалась к нему еще теснее. Ночь казалась теплой, особенно с зашторенными окнами, к тому же лето уже настало. По крайней мере, ему было тепло, учитывая, что на нем полулежала Келли. Может, ей было не так комфортно?

— Тебе не холодно?

Она покачала головой и просунула пальцы ему под спину, удерживая его рядом.

Вздохнув, Сейбер обнял ее удобней и закрыл глаза. Ему было наплевать, если неизбежное обрушение крыши донжона, поддерживающего их гнездышко, и было тем самым Бедствием. Он не собирался выпускать ее из объятий.

Глава 16

Сейбер снова был в Келли, когда проснулся, или, учитывая, что она все еще лежала у него на груди, а он продолжал ее обнимать, то, скорее всего, он так и не выходил. Теперь можно было без особого труда утолить невыносимый голод, который будил его каждое утро с тех самых пор, как он первый раз удовлетворил себя сам. Даже еще раньше, если быть честным с самим собой. Все началась с того, что он прижал Келли к стене в башне Морганена — тогда он неохотно признал, что желает эту чудесную девушку, спящую на его груди. Разжав руки на спине любимой, Сейбер переместил их на ее бедра и нежно опустил на себя, входя полностью. Келли забормотала что-то, слегка поерзала, и Сейбер вышел из нее и снова вошел, скользя по гладкому лону с капельками влаги, оставшимися после услад прошлой незабываемой ночи. Келли снова забормотала и уперлась подбородком Сейберу в грудь, словно хотела зарыться лицом, как в подушку. Он сделал три сильных толчка… и с удовольствием наблюдал, как глаза Келли резко распахиваются с каждым движением. Когда он чуть ослабил хватку на попе и наполовину выскользнул, веки Келли снова опустились, возвращаясь в сонно-расслабленное состояние.

Это было интересно.

Он повторил. Келли отреагировала также: шире, шире и шире… и веки опустились. Сейбер с улыбкой выгнул спину и двинулся к самому краю, к точке, где вот-вот выйдет из тела любимой. Келли забормотала и вздохнула, чуть ли не захныкала, а затем выгнула бедра, угрожая полностью оставить его. Придерживая ее за таз, Сейбер крепко притянул любимую к себе и сделал сильный толчок, погружаясь страстно и неистово.

Мгновенное удовлетворение. Келли ахнула и задрожала, очнувшись не только ото сна. Сейбер снова толкнулся в ней, кончая и выливая свое наслаждение, чем усилил оргазм Келли, которая выгибалась и ловила ртом воздух. Оба лежали на кровати, тяжело дыша.

Глядя на балдахин над кроватью, Сейбер почувствовал, что его сердце замедляет своей бешеный бег, а взгляд фокусируется на кружащихся в воздухе пылинках. Его братья, готовившие спальню для брачной ночи, тактично задернули все занавески, хотя комната под самой крышей главной башни располагалась выше всех остальных в замке. Точнее, братья почти задернули все занавески, так как с северо-востока за голову и лицо Келли и Сейбера лился поток солнечного света, доказывая, что уже давно рассвело. Фактически, судя по углу света, сейчас было около девяти-десяти часов утра.

Крыша не обрушилась. Мекхададаки не жевали мебель от расстройства, не сумев подобраться к своим жертвам из-за действия амулетов. Демолинги не облетали комнаты, ища, что бы разрушить. Главная башня не сгорела дотла.

Воспрянув духом, Сейбер приподнял голову, лениво наблюдая за движением освещенных солнцем пылинок с легким любопытством, в то время как его благословленная богами жена, его жена, что-то пробормотала и придвинулась ближе. Бедствие не произошло, хотя Меч был вложен в Ножны. И нужно отметить, весьма успешно вложен. И даже более чем. Сейбер усмехнулся. По сути, он сейчас напоминал себе этот текуче-золотой луч света. Он рассеяно проследил взглядом за лучом…

Узенькая полоска света, пробивающаяся сквозь щель в занавесках, скользила по пятке Келли, окрашивая кожу во всевозможные оттенки розового и золотого, подчеркивая бледно-коричневые веснушки у щиколотки и чуть выше пятки.

«Пятки!..»

— Джинга, — выругался Сейбер и отодвинул любимую от себя. Келли что-то проворчала шепотом, упав на кровать, и проснулась достаточно, чтобы приподняться на одной руке, пока Сейбер осторожно изучал лучик солнечного света, стараясь под него не попасть. Луч теперь лежал на кровати, а не на ноге Келли, но это необязательно имело значение. Сейбер схватил лодыжку Келли, но тронутая солнцем конечность ничем не отличалась от другой ноги.

— Что ты творишь?! — рассердилась Келли.

— Твоя пятка… — кратко ответил Сейбер, не сумев найти других слов.

Услышав такое, Келли лишь нахмурилась в замешательстве.

— Моя что?

Солнечный свет — это должен быть он или нечто, связанное с ним. Сейбер осторожно помахал пальцами сквозь луч. Ничего не произошло. Он согревал и освещал кожу, как обычный свет. Встав с кровати и почувствовав боль в мышцах, которую до великолепной брачной ночи не испытывал более трех лет, Сейбер обошел изножье и раздвинул сине-зеленые бархатные занавески, заменившие старые — грязные красные.

Свет залил комнату. Келли заворчала и спрятала голову под ближайшей перьевой подушкой. Тело ныло. Келли знала, что лучше ей станет только от физических упражнений; она даже хотела повторить ночные «упражнения», от которых все и заболело. К тому же, она еще просто мечтала немного поспать, чтобы восполнить время, потраченное на ночные приключения, и набраться сил для дальнейших брачных забав. Она не знала, какая муха укусила Сейбера, но если он сейчас не вернется в кровать и снова не займется с ней любовью, ему же хуже. Или секс, или сон, и если Келли не получит первого, то сполна насладится вторым.

Щурясь от яркого света, Сейбер прикрыл глаза рукой. Вроде бы солнце не стало источником Бедствия, так что Сейбер прищурился и осмотрел замок. Внутренние дворы и сады, восточное крыло и внешняя стена — все выглядело нормальным. С джунглями за стенами замка тоже ничего не случилось: стайки птиц летали среди верхушек деревьев, волнующийся полог зелени отражал эхо укрытых им террасных холмов, клонящихся и спускающихся до самого восточного побережья.