А баба яга против! (СИ) - Мудрая Ирина - Страница 10

В теткиных книгах, я ничего толкового не нашла. А вот в маминой тетрадке, было кое что. Как привязать лешего. Как освободить домового. Как говорить с духами и лесами. Как зверье приручить. И главное, как правильно освоить полёты на метле. Но это я отложила до свободного от работы времени.

 В круг я вернулась с котомкой трав. Духи осенние, сидели на своих камнях и смотрели на меня.

 - Здоровы будьте, лесные помощники! - я поклонилась как учил домовой. Духи же, в форме зверей поклонились и мне. Страх страхом, а уважение надо заслужить. - Что скажите работники лесные, согласны ли сменить лешего? А ли моё решение вам не по нраву?

 Лиса, белка и дятел, переглянулись между собой, и ко мне направились. Лиса зафыркала у ног, белка возмущенно перебирала лапками, а дятел защелкал клювом. Раньше, я бы не разобрала ничего, но благодаря своей сути, мне было понятно их согласие, и возмущение лешим.

 - Так тому и быть. Мне нужен неприкаянный дух человека, что сгинул в наших лесах. Если он согласиться стать новым лешим, все пройдёт быстро, и у вас будет новый смотритель.

 Конечно, я умолчала, что никто не спрашивает духа, его просто связывают заговором, и он служит лесу, пока ведьма не освободит. Это было рисковое дело. Потому что неприкаянные духи, в основном, злые. Потому и покоя им нет. Да, только, делать нечего. На самотёк оставлять нельзя. Лис завертелся на месте и зафыркал, камни вспыхнули. И все двенадцать духов появились одновременно. Дятел одобрительно защелкал клювом, мол теперь они защитят новую хозяйку, пока обряд будет длится. Я улыбнулась и поблагодарила. Афоня стоял понурив голову. Но жалеть его я больше не могла.

 Зажгла обрядовый огонь, всыпала травы, и стала читать слова призыва. В лесу сгустился сумрак, небо потемнело, и только мой костёр, как сигнальный огонь, горел сильно и ярко. Звери превратились в туман, и стали плотной завесой вокруг меня. И когда, я в третий раз произнесла заветные слова, появился первый призрак.

 Это была женщина, в окровавленном платье от пояса и до подола. Она понуро ходила кругами, выла жутким воем. Я снова стала начитывать слова заговора. Она резко подняла голову, и с искажённым лицом кинулась в мою сторону. Я отшатнулась.

 - Велимирушка за пределы круга-то не выходи. - сказал леший. - Ты продолжай, милая, а как увидишь того кого ищешь, так и скажи, лесные пропустят его в круг.

 Я сглотнула и продолжила. Призрак ударился о преграду, и отлетел назад. Затих немного, а потом снова стал выть и ходить вокруг. Призраков все прибывало. Они шли на свет огня, как мотыльки на пламя. Женщины, мужчины, старые, молодые. Целые и раненые. Все они ходили и искали вход в круг.

 - Поторопись Велимирушка, тяжко лесным, вон их окаянных сколько уже слетелось. Выбирай скорее.

 Я понимала, но не чувствовала что кто-то из них, подходит. Пока не увидела молодого юношу. Он ходил и тёр плечи, словно замёрз, и не может согреться. Я указала на него, леший привел его в круг. Призраки шипели, выли. Но лесные, только парня и пропустили внутрь.

 В кругу он огляделся, словно только увидел меня.

 - Здорова будь хозяйка леса, позволь у костра твоего погреться. - и поклонился.

 - А, здравствуй добрый молодец. - подхватила я. - Грейся. Да только как же ты в лесу заплутал. Один еще.

 На молодом мужчине был охотничий наряд. Охотник?

 - А я хозяйка, Данко, сын егеря, что в Серых Высях. - это поселение далеко находилось от сердца леса. - Как отца не стало, так его место и занял. За лесом приглядывал. Там медвежонок меж сосен застрял, вот я его и спасать и бросился. А тут мать его, нагрянула. Еле ноги унёс. И заплутал немного .Тяжко идти было, ночь, ничего не видать, умаялся, сел под дубом прикорнуть. А проснулся. Так дороги найти не могу. Сколько дней брожу, да только зря. Леший балует. Не отпускает домой.

 Я внимательнее на призрака посмотрела. Рваная рана на боку, вполне могла быть от лап медведя, и смертельной. Жалко мне стало парня. Молодой такой, не понял что умер.

 - Ты Данко, не сердись за правду мою. Да, только не леший тебя держит, а смерть не пускает. Умер ты Данко, в лесу Северном. А я нового хранителя ищу, всех духов созываю, вот ты и пришёл, на свет пламени костра моего заговорённого.

 Призрак повесил голову.

 - Вот оно как, хозяйка. Я думал о том, да только матери и братьям своим обещал вернуться, в то и верил что жив.

 Я пригорюнилась, но отступать не была намерена.

 - Вот как мы поступим Данко. Ты пойдешь ко мне на службу, там и наведаешь семью свою, исполнишь обещанное, будешь их в лесу оберегать. Согласен?

 Призрак кивнул и сказал.

 - У меня еще просьба есть хозяйка, коль в услужение к тебе пойду. Позволь отдать моё бренное тело родным. Когда я лесным духом стану, смогу это исполнить.

 - Хорошо, исполним. - Ответила я.

 - Что ж будь по твоему.

 Афоний затушил костер, а я зажгла лучину для Данко. Лесные снова стали призрачными зверьми, зарычали и пришлые призраки разлетелись кто куда. Лесные сомкнули круг вокруг Данко, а я читала заговорённые слова. Свет вспыхнул, и новый леший ступил на траву. Русоволосый бравый юноша, с топориком на перевес. С голубыми как небо глазами, и маленькими веснушками на курносом носу. Теперь водяницы, точно вон из кожи полезут.

 - Вот и славно, вот и ладно. - облегченно выдохнула я, и провалилась во тьму.

Сознание возвращалось медленно, словно из-по толщи воды. Дядька Никодим, сидел у моей лежанки, и с Данко разговаривал. А как я очнулась, так чашку к губам и приложил.

 - Сколько я спала? - просипела я.

 - Так почитай утро нового дня. Ты лежи Велимирушка, силы-то свои на хорошее дело потратила. А я, Данко в дела и заботы посвятил. Афоний ему помогать согласился. Как подмастерье.

 Я оглянулась на нового лешего и его помощника. Афоний казалось еще меньше стал. Младший дух теперь.

 - Я хозяйка Велимира, работу принял. Чего не знаю, мне Афоний подскажет, не пропаду. А ты отдыхай. Да сил набирайся. - сказал Данко.

 Я откинулась на подушки. Силы- то, как раз и не было. Слабость и разбитость.

 - Не умеешь ты еще, Мира, брать магию. Надо учится, а то совсем зачахнешь. - бурчал домовой.

 А я взяла себе на заметку, учится поглощать силу природы. В старом талмуде, был описан процесс. Да я и сама его знала, теть Зина постоянно меня этому учила. Да только, что ребенку сидеть и лес слушать, ребенку хочется играть и бегать. Сейчас я была благодарна тёткиной науке.

 На следующий день я лежала пластом, и последующие пять тоже. Заботу обо, мне взяли на себя домовой и Данко. Я не знала где он жил теперь, но с самого рассвета он работал, и ко мне заглядывал. В последние дни цветы стал приносить. Где только находил. Никодим хитро улыбался, а я не понимала причин его веселья.

 Вот недельку спустя, я все же вышла из избы. Мне нужно было как и учила тётка, пойти к самому большому дереву, научиться слушать и беседовать с ним. Проникать в саму суть, и становиться частью его. Только так, я смогу, получить силу природы. Тропки были более ухожены чем раньше, и сухостоя вроде бы меньше стало. Поодаль было слышно стук. Словно кто-то рубит дрова. Так и оказалось. Новый леший рубил сухое дерево, а бурый медведь таскал пеньки, и большие поленья.

 - Здравствуй Данко! - радосно улыбаясь окликнула хранителя.

 - Здорова будь хозяюшка леса! - отирая пот со лба проговорил он. - Ты чего поднялась? Надобно чего? Слаба ты еще ходить.

 Юноша подошёл ко мне, и стал брать на руки.

 - Да ты что, Данко?! - завопила я. - Лучше мне, лучше. Шатает немного, но силы восстанавливаются. И зови меня Велимирой.

 Данко немного зарделся, и отвёл глаза.

 - Куда идешь Велимира?

 - Да, недалече тут, к старому дубу. - я пожала плечами.

 - Может проводить тебя? - он опустил голову.

 - Ой, Данко не нужно, я сама справлюсь. - засмеялась я.

 - Ну коли так.. - он казалось опустил и плечи. Медведь заревел, а я вздрогнула. - Не бойся, это он на меня ревет, - он усмехнулся. - Я теперь вот дружбу с медведями вожу, аж не верится.