Давние чувства (ЛП) - Ниссенсон Джанетт - Страница 101

Они по-прежнему часто путешествовали, хотя теперь их поездки были более бюджетными, относящимися к семейному туризму. Дейзи и Саммер, которые получили свои имена, потому что любимый цветом Лорен был маргаритка, а любимое время года — лето, именно тогда она впервые встретила Бена, так вот Дейзи и Саммер были маленькими путешественницами со стажем вместе со своими родителями объездили почти десяток разных Штатов. Они обе отлично плавали, любили ходить пешком и что-нибудь изучать, и как только они еще немного подрастут, Лорен и Бен планировали научить их серфингу и лыжам, а также записать их на уроки боевых искусств.

Они бывали в Нью-Йорке пару раз в год, чтобы повидаться с Мэдди и Джеймсом, и всегда находили время, чтобы пообедать или выпить с Крисом и Джорджем, а также всей семьей Ди Нардо. Карл и Тамсин также постоянно поддерживали с ними связь, даже провели неделю в их гостевом коттедже прошлым летом со своими двумя детьми.

Лорен и Бен согласились не спешить с третьим ребенком по крайней мере до тех пор, пока близняшки не пойдут в детский сад, когда они всей семьей уже не смогут столько путешествовать, а только на каникулы. Лорен очень хотела родить Бену сына, хотя он постоянно ей говорил, что его три девочки, все, о чем он мог мечтать и все, что ему нужно в этой жизни.

Лорен периодически также подстегивала Бена связываться с отцом и некоторыми другими его родственниками. Каллан приезжал к ним на Новый год, и поскольку он работал в Калифорнии, они виделись с ним почти каждый месяц. Бен и Лорен несколько раз привозили девочек в Огайо, навестить их бабушек и дедушек со стороны Бена, хотя мать Бена по-прежнему казалась отдаленной и не очень общительной. Но Лорен знала, что Бена мало беспокоила холодность и отчужденность его матери, тем более, что Натали приняла его, как своего сына, как только он объявил о своем намерении жениться на ее дочери. Бен, на самом деле, наконец-то нашел близкую ему по духу семью, которой у него так и не было в детстве, и поклялся сам себе, что его собственные дети всегда будут чувствовать его любовь, каждый день своей жизни.

Лорен направилась к Джулии, сидевшей на диване, ведя с собой за руку взъерошенных племянников. Она с нетерпением взглянула на Ноя и Джастина, и в первые за весь вечер оба мальчика выглядели притихшими.

— Итак, что вы хотели сказать маме? – спросила она их обоих таким голосом, который ослушаться не смел никто.

Один за другим близнецы забрались на диван к матери, прижимаясь. Они оба были похожи на Натана, темные волосы и очаровательные черты лица, за исключением, что их глаза были зелеными, как у Джулии, а не синие, как у отца.

— Прости, мам, что мы так плохо себя вели, — произнес Ной с обезоруживающей улыбкой.

Джастин уперся головой в живот Джулии и крепко обнял ее.

— Мы так любим тебя, мамочка, — пробормотал он своим самым лучшим голоском.

Тут же можно было не ходить к гадалке, у Джулии глаза затуманились, как только каждый из ее ужасных двойняшек поцеловал ее в щеку, она сжала их в любящих объятиях.

— Я тоже люблю вам, мои дети, — прошептала она. — Даже когда вы сводите меня с ума.

Лорен знакомо подмигнула своей сестре.

— Похоже, они уже научились умасливать маму, а? И держу пари, что папа научил их искусству вешать лапшу на уши с тех пор, как они научились говорить.

— Совсем нет, — парировал Натан, наполняя бокал Лорен, а затем Бена шампанским. – Это их вторая натура. Мне не нужно было их нечему учить.

Джулия пристально разглядывала бутылку шампанского.

— Мне кажется, поэтому с ними сложнее, чем с обычными детьми, мне пришлось отказаться от алкоголя. Натан, можно мне один маленький глоточек? Пожалуйста?

Но Лорен твердо отрицательно покачала головой.

— Нет. Ни за что, сестренка. Мне пришлось отказаться от выпивки на всю мою беременность, поэтому ты тоже сможешь. И поверь мне, для меня это было намного труднее, чем для тебя.

Бен кивнул в знак согласия.

— Я постоянно испытывал соблазн разрешить выпить немного текилы или пива, чтобы успокоить ее гормональные всплески. Тем более, что она не отказалась тогда от кофе.

Глаза Лорен опасно сузились.

— Эй, я прочитала насколько алкоголь может быть вреден для плода, поэтому всеми силами сопротивлялась искушению. Но как бы я не обожала своих девочек, ничто никогда не встанет между мной и моим утренним кофе.

Натали позвала всех на ужин, буквально через несколько минут, и вся семья, включая Малькольма и его партнершу Талию, уселись за празднично накрытый стол, где уже стояли всевозможные замечательные блюда. Роберт и Натали были в восторге, что не только обе их дочери были счастливы в браке и обзавелись детьми, но и то, что Мэдди и Джеймс наконец-то воссоединились после стольких печальных лет одиночества.

Тост Роберта был эмоциональным.

— Счастливого Рождества всем присутствующим здесь, — начал он. — Натали и я всегда чувствовали, что семья — это самый ценный подарок, который мы можем когда-либо получить, мы с ней были очень счастливы собрать за этим столом таких замечательных детей, внуков, братьев и сестер, и наших родственников. Благословит Бог всех вас, и пусть Санта Клаус принесет всем именно тот подарок, который каждый хотел больше всего. Даже если двое из присутствующих здесь за столом озорничали в этом году.

Ной и Джастин обменялись обеспокоенными взглядами, их отец усмехнулся, взъерошив им еще больше темные волосы.

— Расслабьтесь, парни, — заверил их Натан. — Санта только что услышал, как вы попросили у прощенье, поэтому он обязательно принесет то, что вы его просили.

— Принесет, — добавила Лорен суровым голосом, — если вы оба съедите то, что бабушка столько времени готовила для всех нас сегодня вечером. И вы должны хорошо себя вести до конца вечера. Обещаете?

Ребята с энтузиазмом кивнули, и начали уплетать суп, который Натали выставила в начале ужина. Натан обменялся понимающим взглядом с Беном и хмыкнул.

— Мне кажется, нам стоит отправить к вам мальчиков на месяц, а то и побольше, — пошутил он. — Лорен быстро приведет их в чувство. На самом деле, вы могли бы начать новый бизнес – назвать его Baby Boot Camp. (Baby Boot Camp – детский лагерь для тренировок и трудных подростков. – прим. пер.)

Бен улыбнулся жене, поднеся ее руку к губам.

— Ну, ее методы, конечно, она отточила на мне. Я понял, как только ее увидел, что она не пойдет на поддавки, если я не соглашусь с тем, что она говорит, будут последствия.

— Не поэтому, — ответила Лорен, махнув рукой, наклонившись и хитро прошептав Бену на ухо: — Ты просто боялся, что не трахнешься со мной, если не согласишься. Но ты не знал, что я бы трахнулась с тобой, несмотря ни на что.

Он резко выдохнул.

— И ты только сейчас мне об этом сообщила!

***

Несколько часов спустя Бен въехал на подъездную дорожку небольшого коттеджа, Лорен в шутку сказала ему, что коттедж теперь слишком велик, чтобы называться небольшим коттеджем. Он превратился в полноценный дом, настаивала она, он же мягко ответил, что независимо от размера, формы и как бы она не называла его, для него он всегда был и будет домом.

Он и Лорен занесли спящих близнецов внутрь, и пока она укладывали их обеих в свои кроватки, он спустился к машине, чтобы принести новые игрушки и другие подарки, которые девочки получили сегодня вечером. Как обычно, коттедж, простите, дом пребывал в беспорядке, хотя Лорен прикладывала больше усилий с момента появления детей, наводя здесь порядок. И поскольку завтра они устраивали Рождественский ужин, сегодня было чисто и убрано, Бен давно такого не видел.

Он включил свет в доме, с любовью разглядывая разнообразные украшения, которые он и Лорен собирали во время своих путешествий на протяжении многих лет. Но его фаворитами всегда оставались фотографии, которые сделала Лорен — на годовщину их свадьбы, близнецов и одна из четырех фотографий, сделанных во время поездки в Гранд-Каньон в конце октября, из которой они сделали поздравительную открытку в этом году.