Американская кузина - Линдсей Доун - Страница 10

Соррел с трудом сдержала улыбку. Хотя у нее все еще болела голова, монолог тетушки о ее третьем замужестве искренне позабавил ее. Подобно тетушке, она и минуты не сомневалась, что мистер Вальтер Гранвиль не способен жить без щедрых подачек жены и не верит, будто она не заплатит, едва возникнет угроза скандала. Он был намного моложе тети и никогда не забывал напоминать ей о своем высоком происхождении. Демократические взгляды Соррел давали себя знать, когда она думала о том, что ее здравомыслящая тетя, очень богатая и все еще красивая, чувствует себя ниже своего проходимца мужа, и только потому, что родилась не в титулованной семье. Увы, это было так. Соррел всегда удивляло, зачем люди сами затрудняют себе жизнь.

Она честно признавалась себе, что не в восторге от третьего мужа тети, хотя он был забавен и довольно-таки пригож, но в тщеславии и самовлюбленности не отставал от своей падчерицы, с которой никак не мог поладить. Свое положение он понимал так- долг жены взять на себя заботу о нем и удовлетворять его дорогостоящие желания, а он волен по своему усмотрению распоряжаться ее богатством и пресекать все ее упреки.

- Да,- после минутного раздумья мрачно произнесла тетя Лейла. - Как только подумаю, сразу начинаю жалеть, что пригласила его сиятельство. Не дай Бог, что пойдет не так, да еще по моей вине. Ливия никогда мне этого не простит. - Что вы, тетя! - удивляясь перемене в ее тоне, воскликнула Соррел,- Как это не так? И уж, во всяком случае, вы будете ни при чем.

Тетя Лейла задумалась, потом, видимо, решившись, оглянулась на закрытую дверь, словно боялась, что их подслушивают.

- Знаешь, у меня голова идет кругом. Не хочу тебя тревожить, но, должна признаться, когда я увидела тебя сегодня, бледную и больную, во мне все перевернулось, честно тебе говорю! Ты уверена, что это всего лишь несчастный случай? - неожиданно спросила она.

Соррел удивленно подняла брови.

- Конечно. Седло сползло, и я упала на...- Она замолчала, словно поняла что-то, но сразу же отогнала от себя нелепую мысль.- Тетя, вы должны рассказать мне, что случилось, - твердо проговорила она.

- Ах, дорогая, я не знаю, что и сказать. В общем, я получила сегодня очень... очень неприятное письмо и, повторяю, когда увидела тебя с разбитой головой, я испугалась... Дорогая, обещай мне не кататься в одиночестве. Это так опасно!

Соррел ничего не понимала.

- Что опасно? Какое письмо? От кого? - Не знаю, от кого, - с возмущением ответила тетя. - Только оно грозит бедой тебе или Ливии, если я не заплачу большие деньги. Теперь ты понимаешь, почему я не верю в несчастный случай. Боюсь, кто-то припугнул нас, чтобы я заплатила.

Глава пятая.

Соррел во все глаза смотрела на тетю.

- Господи Боже мой! Но ведь это - шантаж! И сколько же у вас требуют денег?

- Десять тысяч фунтов,- возмущенно проговорила тетя Лейла. - Теперь ты понимаешь, почему, увидев тебя рядом с лордом Уичерли, я так испугалась... Если ты упала не случайно, я просто не знаю, что и думать! В голове у Соррел вновь мелькнула нелепая мысль... Ее с самого начала удивляло, почему вдруг лопнула подруга, да еще так внезапно. Однако ей не хотелось говорить тете о своих подозрениях, и вместо этого она спросила:

- Милая тетя, вы ведь не собираетесь выполнять его требование?

- Тебе легко говорить! Признаюсь, мне тоже не нравится, когда у меня вымогают деньги. Это безнравственно и очень обидно. Но ты же понимаешь, я заплачу сколько угодно, лишь бы с тобой и с Ливией ничего не случилось. Согласись, все могло кончиться куда хуже... Хотя и так не сладко... если учесть лорда Уичерли. Я никому не позволю мешать счастью Ливии, хотя мне неприятно, когда мной так вертят.

- Лорда Уичерли? А он тут при чем? - искренне удивилась Соррел.

- Господи, девочка! Я, по-моему, ясно сказала... Или ты тоже плохо соображаешь? Мы как раз ждем, чтобы он что-нибудь сказал, и я заплачу вдвое больше, лишь бы ничего не сорвалось. Никогда себе не прощу, если он из-за этого откажется от Ливии. И Ливия мне не простит, - убежденно заявила тетя Лейла.

Соррел по-прежнему не хотела обсуждать маркиза, но все же проговорила:

- А вы правда думаете, что лорд Уичерли собирается предложить Ливии руку и сердце?

- Ну конечно, детка, а иначе зачем он приехал бы? Да любому видно, что он влюбился... Все они так. Ты не представляешь, сколько солидных мужчин, которые всего в жизни повидали, дуреют из-за нее.

Знаешь, я вспоминаю, как мы с твоей матерью выехали в свет. Боже, как мы кружили мужчинам головы!

Она вздохнула, погрузившись в воспоминания, но не прошло и минуты, как она тряхнула головой и вернулась к насущным проблемам.

- Если он приехал, значит, решился, и ничто не должно ему помешать. Не стоит закрывать глаза на то, что для него такая женитьба - мезальянс в глазах света, несмотря на красоту невесты и мои деньги. И можешь быть уверена, он увильнет без колебаний, если, не дай Бог, случится скандал. Чтобы этого не произошло, я на все готова. Пусть забирают все мои деньги.

Соррел не видела связи одного с другим, но она уже давно не пыталась понять сложные взаимоотношения людей в Англии. К тому же, помня о недавнем происшествии и своем поведении, она не считала себя вправе критиковать. Жалея тетю, она надеялась, что маркиз забудет о ее откровениях. И, тем не менее, она неожиданно проговорила:

- Если он такой человек, как вы думаете, тетя, то он не откажется от Ливии из-за какой-нибудь чепухи. Особенно если вы и Ливия ни в чем не виноваты.

- А вот в этом ты не права, дорогая,- возразила тетя Лейла.- Впрочем, это не удивительно, ведь ты незнакома с нашим высшим светом. И не надо хитрить. Я знаю, ты считаешь Ливию пустышкой и тебе не нравится ее погоня за титулом. Будь добра, говори со мной откровенно, - добавила она, к полному смущению племянницы.- Знаешь, иногда я думаю, что твоя мать оказалась умнее, уехав в Америку, где на многое смотрят, как мне кажется, проще. Ну скажи на милость, почему я должна терпеть чье-то высокомерие только за то, что мое богатство нажито трудом и мой род не берет начало от Вильгельма Завоевателя! Между нами, дорогая, потому что я никогда никому этого не смела сказать, но я считаю глупостью этим гордиться! Как будто в окружении Вильгельма не было висельников и грабителей похуже сегодняшних! Ну чем тут хвастаться, ума не приложу!