Крестовый поход Махариуса - Кинг Уильям - Страница 170

В последний момент я не позволил слову слететь с уст. Дрейк выпрямился по струнке. Не стоило надеяться, что он не заметил.

— Что? — переспросил он. — Ты собирался что-то сказать.

— Ничего, — ответил я.

— Не лги мне, сержант Лемюэль. Мы знаем друг друга слишком долго.

Полагаю, так оно и было, но внезапно меня охватило негодование из-за того, что этот спокойный властный человек, окруженный аурой абсолютной самоуверенности, знает меня лучше, чем я сам.

— Говори! — велел он, и я почувствовал сильнейшее принуждение, которое, я ни на секунду не сомневался, усиливалось из-за странных психических способностей Дрейка.

— Он кажется старым, как будто омолаживание перестало действовать, как будто он становится все более изможденным.

Слова повисли в воздухе. Мы оба молчали. Затем Дрейк сел в одно из кресел, плеснул себе выпить из фляги и, к моему изумлению, предложил ее мне. Я принял напиток, задаваясь вопросом, не отравлен ли он. Я отбросил эту мысль. Если бы Дрейк желал моей смерти, то я был бы уже мертв.

— Омолаживание перестало действовать, — наконец произнес он.

— Нет, — только и сумел я сказать. Я попросту отказывался в это верить.

— В конечном итоге оно всегда перестает действовать, — продолжил Дрейк. — Иначе все мы были бы старыми, как Император.

Он сделал глоток, а затем поднес стакан к свету и стал вертеть его в длинных ловких пальцах. Инквизитор разглядывал его со всех сторон, так что я невольно задумался, не пьян ли он. Благодаря своим способностям он при желании без видимых последствий мог усвоить столько же алкоголя, что и космический десантник, но, возможно, именно сегодня ему этого не хотелось.

— Я видел медицинские отчеты, — произнес инквизитор. — Тело Махариуса подвергается прогрессирующему метаболическому истощению. Пока оно полностью себя не проявило, но процесс ускоряется. В конечном итоге оно скажется на его разуме, если уже не сказалось.

Он говорил с уверенностью, не позволявшей мне усомниться в его словах.

— Вы хотите сказать, что он умирает и задержанные годы все же догонят его?

Дрейк кивнул:

— И процесс будет крайне неприятным.

— Зачем вы мне это говорите?

— Потому что ты близок к нему, как никто другой. Рано или поздно ты это заметишь, если не заметил уже.

И теперь, после сказанных им слов, я невольно вспомнил все крошечные заминки, все незначительные упущения.

— Ты и впрямь думаешь, что Махариус потерпел бы на Локи поражение, будь он тем же человеком, что на Карске? — спросил Дрейк.

— Поэтому Империум хочет отстранить его?

Дрейк покачал головой:

— Империум не хочет его отстранять. Его хотят отстранить люди, облеченные властью в Империуме. И те, кто хочет его отстранить, стремятся заполучить его могущество, престиж и место. Кое-кто из них желает стать следующим Махариусом. Большинство же попросту стремятся к власти. Махариус — это лишь препятствие у них на пути.

— Его невозможно заменить, — уверенно сказал я. — Он великий человек. Величайший.

— Ты это знаешь. Я это знаю. Есть люди, которые предпочли бы считать иначе. Хуже того, есть люди, которые с радостью бы опорочили его славу, ибо им претит жить в мире, где есть люди более великие, чем они сами. Будь у них такая возможность, они бы стащили его вниз, до своего уровня. Долгое время Махариус держал их в узде, но он слабеет. Как и все мы в итоге.

— Даже вы, инквизитор?

— Это еще предстоит увидеть, — ответил он, — но да, однажды, возможно, даже я.

— Опять же, зачем вы мне это говорите?

— Может, потому, что мне нужно с кем-то поделиться, а ты, по крайней мере, надежен. А еще ты близок к Махариусу. Если что-то заметишь, ты мне расскажешь.

— Вы в этом так уверены?

— Это в интересах Махариуса, да и в твоих собственных. Для всех нас настали опасные времена.

Тогда я спросил себя, под каким же давлением находится сам Дрейк. Он был другом и давнишним соратником Махариуса, одним из творцов Крестового похода, однако еще он был слугой Империума, и у него имелись свои тайные хозяева с их расчетами.

— Вы не позволите сместить его?

И по сей день я не знаю, зачем это спросил. Может, я просто хотел, чтобы меня успокоили.

— Сместить — нет. Ты прав. Он незаменим.

С этими словами он покинул комнату, оставив меня в раздумьях.

Глава 17

На следующий день Махариус выглядел таким, каким был прежде. Казалось, что предыдущий вечер — лишь дурной сон, а разговор с Дрейком мне померещился. Если бы все и впрямь было так!

Инквизитор находился в совещательном зале Махариуса, ничем не выдавая, будто мы вчера разговаривали. Также присутствовали Тарка, Красс и остальные генералы. Каждого из них Махариус по-дружески приветствовал, и было очевидно, что их удивило его отличное настроение. Я задался вопросом, пытался ли он таким образом вывести их из себя. Это ему всегда удавалось.

— Доброе утро, джентльмены, — произнес Махариус. — У меня для вас хорошие новости. Прежде чем я отправлюсь на Священную Терру, я намереваюсь покончить с Рихтером и его еретиками, оставив Крестовый поход в куда более прочном положении.

Кардинал Септим бросил на Махариуса удивленный взгляд. Он явно не ожидал от него подобной выходки.

— И как вы предлагаете это сделать, лорд верховный командующий? — спросил он.

Махариус постучал себя по переносице.

— Пока это останется тайной, однако я нашел огромный изъян во вражеской обороне.

— Жаль, что вы не обнаружили его раньше, — сказал генерал Красс, чем привлек к себе взгляды присутствующих. Он открыто критиковал главнокомандующего, на что в прошлом не решился бы никто.

Вот насколько сильно Махариус растерял былое уважение, однако что-то неуловимое в поведении лорда верховного командующего тревожило его потенциальных наследников. Никто не поддержал Красса. Все ждали следующих слов Махариуса.

Он одарил их привычной очаровательной улыбкой.

— Все мы совершаем ошибки, старый товарищ, — произнес он. — Даже ты.

Последние слова повисли в воздухе, заставив каждого присутствующего задуматься, что имеется в виду: какая-то прошлая кампания Красса или его теперешний замысел сместить Махариуса. Это была двусмысленная фраза, значение которой никто, и прежде всего сам Красс, прояснять не желал.

— Сколько это займет времени? — поинтересовался кардинал Септим.

— Не более месяца, — ответил ему Махариус. — Уж точно не дольше, нежели подготовка вашего корабля к долгому вояжу на Терру.

— Возможно, будет лучше, если вы сообщите нам о найденной слабине в обороне Локи, — отозвался генерал Тарка. — На случай, если с вами что-то случится.

Он говорил вполне серьезно, явно не утратив уважения к военным талантам Махариуса. Он верил, что раз Махариус нашел изъян, то он должен существовать. Это было естественно. С таким послужным списком, как у Махариуса, большинство людей поверили бы его словам.

— Что может случиться со мной на Ахероне? — поинтересовался Махариус. — Я окружен лучшими войсками Империума. Врагов поблизости нет. Я в отличном здравии.

Тарка открыл рот, собираясь что-то сказать, однако резко закрыл его. Интересно, был ли Дрейк единственным, кто обладал доступом к медицинским отчетам, касающимся лорда верховного командующего? Подобные сведения имели гриф совершенной секретности, но за достаточно большие взятки можно было купить практически все что угодно.

Кардинал Септим бросил взгляд на Тарку, и между ними будто произошел бессловесный разговор. После этого генерал предпочел хранить молчание. Мог ли Махариус действительно найти брешь в обороне еретиков? Отчасти я согласился со сказанным Крассом: и впрямь жаль, что Махариус не заметил ее раньше и нам пришлось пережить ту бойню. Однако я не позволил своим чувствам проявиться на лице. Главное, что Махариус нашел путь к победе.

В этом я не мог позволить себе усомниться.