Крестовый поход Махариуса - Кинг Уильям - Страница 174

— Нам следует извиниться, — заметил Михаил. — На кону большие ставки, и нам нужно знать, кому можно верить.

— Вопрос не в том, можно ли верить мне, а можно ли верить вам, — сказал я.

— У нас нет причин предавать тебя. Мы должны доверять друг другу.

— Действительно, — ответил я.

— Да. Если ты предашь нас, то погибнешь вместе с нами. Мы записали твои слова.

— Я был под действием наркотиков, — произнес я.

— Так ты скажешь. Однако твои слова были правдой, верно?

— Да, — признал я.

— И никто не выиграет, если эти слова станут достоянием гласности. Крестовый поход должен стоять единым фронтом даже после ухода Махариуса, — продолжил Михаил.

— Особенно после ухода Махариуса, — добавил Константин.

— Он еще не ушел, — ответил я.

— Но это вскоре случится, — указал Константин. — Так или иначе.

— Сейчас мы вернемся в таверну, — произнес Михаил, — и будем пить.

— Да, — согласился я. — Хорошая идея.

— Вы сделали что-то с моей головой, — сказал я инквизитору.

Он сидел за столом, разглядывая фонарь в форме горгульи. Из-за освещения его лицо скрывалось в тени.

— Иначе ты был бы мертв, — ответил мне он. — Те люди накачали тебя почти фатальной дозой сильного зелья правды.

— Я кое-что говорил, — сказал я, силясь подыскать нужные слова.

— Ты говорил то, о чем думал в глубине души, — произнес Дрейк. — Ты вслух высказал сомнения, которые таил в себе долгое время.

— Да. Нет. Но…

— То, что у тебя есть сомнения, еще не значит, что ты изменник, — продолжил Дрейк. — Это значит, что ты человек, к тому же довольно умный.

Я удивленно посмотрел на инквизитора, не ожидая услышать от него подобных слов. Он всегда казался мне по-своему фанатичным. Дрейк улыбнулся:

— Уверяю тебя, что преодоление сомнений было одной из самых ранних частей моего обучения и самой всеохватывающей.

— Они уверены, что Махариус уйдет, — сказал я. — Так или иначе.

— О да, — произнес Дрейк. — Так и нужно. Через наших общих осведомителей я дал им понять, будто Махариус не планирует уходить в отставку.

— Что?

Инквизитор приподнял бровь. Он не привык к тому, чтобы какой-то сержант говорил с ним в подобном тоне.

— Мы окружены заговорщиками. Их нужно выманить на свет.

— Это ведь очень опасно. Числом нас превосходят в десять раз.

— Если только все полки объединятся против нас. А этого не случится.

— Хотел бы я разделять вашу уверенность, — только и сказал я.

— Ты считаешь, будто все потенциальные преемники Махариуса станут работать вместе, Лемюэль, — сказал он, будто школьный учитель, втолковывающий азы особо непонятливому ученику. — Но даже самый поверхностный анализ ситуации покажет, что это не так. Если человек хочет занять место Махариуса, это еще не означает, что он поддержит другого, кто желает того же. На самом деле многие предпочтут, чтобы Махариус остался, чем чтобы ему на смену пришел их соперник. Вот одна из причин, почему лорд верховный командующий оставался у власти так долго.

— А я думал, потому, что Империум поручил ему эту задачу, — произнес я.

— Не будь таким ехидным, Лемюэль. Тебе это не к лицу. Конечно, Махариуса поставили командовать, но многие из тех генералов воспринимали повеления Империума недостаточно серьезно, пока Махариус не вынудил их силой. Они были самыми успешными полководцами Схизмы, и большинство служили Империуму только на словах, да и то тогда, когда это было им на руку. Если бы они не боялись Махариуса и жаждали занять его место, то вполне могли бы вернуться к былым занятиям.

— Значит, вы играете в очень опасную игру, стравливая их между собой.

— Махариус не вечен, — произнес он. — Это очевидно. Но, прежде чем это случится, тех, кто ему служит, нужно поставить на колени, иначе Схизма начнется вновь.

Наверное, осознание того, к чему он стремится, вдруг отчетливо отразилось на моем лице.

— Если раскроется, что они хотят предать Махариуса, они будут дискредитированы.

Дрейк улыбнулся, подобно учителю, чей непонятливый ученик неожиданно проявил проблеск понимания.

— Всегда хорошо, когда есть причина кого-то устранить. Но еще лучше, когда причина эта подлинна.

Тогда я поразился циничности этого человека, а также задался вопросом, понимает ли он, что может откусить слишком большой кусок. Махариуса окружали алчные, корыстолюбивые и амбициозные люди, и Дрейк был далеко не последним в списке. Разница была лишь в том, что ход мыслей генералов я мог понять, но даже не предполагал, что движет инквизитором.

— Я желаю добра Империуму, Лемюэль, — произнес Дрейк. Неужели он прочитал мои мысли? Или они были явственно написаны на моем лице?

— Вы играете нашими жизнями, — сказал я.

— Не тебе судить меня, Лемюэль, — промолвил он мягким тоном, однако в его голосе я почувствовал сталь.

— Кому-то же нужно, — тихо пробормотал я.

Глава 19

Яне удивился, обнаружив в своих покоях Анну.

— Выглядишь неважно, — сказала она.

— Долгая ночка, — ответил я, расстегивая мундир и ложась к ней в кровать.

Она прильнула ко мне и лизнула плечо. Жест оказался совершенно не романтичным. Впрочем, и не должен был.

— Пенталиум, — произнесла она. — А еще следы моратианского противоядия.

— Ты почувствовала их в моем поте, — догадался я.

— А еще много алкоголя и слабых наркотиков, — продолжила она.

— Одна из тех самых ночей, — сказал я.

— Ты только что встречался с инквизитором Дрейком, — констатировала она, — и кто-то ввел тебе зелье правды. Учитывая давность следов, это был не он.

— Ты сейчас собираешься поразить меня своими дедуктивными способностями?

Анна улыбнулась:

— Я тебе не враг, Лев. Возможно, я сейчас одна из немногих, кто тебе не враг.

— Ты о чем?

— Инквизитор Дрейк использует тебя как приманку для кого-то очень опасного.

— Он тебе это сказал?

— В этом нет нужды. Я вижу картину происходящего не хуже твоего.

— Значит, в отличие от меня, ты видишь хоть что-то.

— Этой ночью тебя похитили и ввели зелье правды. Вероятно, так они смогли выведать то, что тебе известно?

— Отлично, отлично, — сказал я.

— А прямо сейчас всех волнует то, отправится ли Махариус на Терру. — Она взглянула на меня, и я понял, что она читает меня как открытую книгу. — Но это только часть правды. Все уходит корнями куда глубже. Если в этом заинтересован Дрейк, значит, ты — часть его плана.

Наверное, какое-то мое движение подсказало Анне, что она права, а возможно, она уже и так все знала. Анна была прекрасно обо всем осведомлена.

— Он использует тебя в качестве приманки, давая тебе ту информацию, которую хотят узнать другие.

— Ты и впрямь так думаешь?

— Лев, не пытайся со мной лукавить. Ничего у тебя не получится. Я знаю, что Дрейк пичкает дезинформацией агентов половины генералов, жаждущих занять место Махариуса. Он такой. Он выманит их, а затем сделает против них свой ход. Так он, во всяком случае, полагает.

— И что его остановит?

— Оглянись, Лев. Времена меняются. Трон больше не защищает Махариуса. Дрейк — его тень, нравится ему это или нет. Его звезда взошла вместе с Махариусом. И закатится следом за ним, если только он не встанет за спиной у кого-то другого и не будет шептать на ухо ему.

— Думаешь, он способен на такое?

— А ты думаешь, что нет? Дрейк — политический зверь, Лев. Все они такие. Ты в чане с грязевыми акулами.

— И ты одна из них, пусть даже и очень красивая.

Она посмотрела на меня с чем-то похожим на грусть, и долгую, натягивающую нервы до предела минуту я ждал ее ответа.

— Да, — согласилась Анна. — Я — акула. Однако по своим личным малозначительным причинам я стараюсь сберечь тебе жизнь.

— Звучит не слишком весело.

— Очнись! То, что осталось от Крестового похода, выходит из-под чьего-либо контроля. Махариус болен. Дрейк изо всех сил пытается удержать обреченную структуру, чтобы не дать ей обрушиться в бездну анархии. Генералы расшатывают и дергают ее со всех сторон, чтобы урвать кусок побольше. Вот-вот грянет катастрофа, Лев, а ты стоишь прямо в ее эпицентре. И ты будешь там, когда произойдет землетрясение и все покатится в тартарары.