Правила боя. Колдун (СИ) - Московкина Анна - Страница 11

   - Ты меня ждешь?

   - Я искал тебя.

   - Не нашел?

   - Нет. Решил, что ты пойдешь домой. Туда где, как тебе кажется, тебя защищают даже стены.

   - До Инессы далеко.

   - Ты провела здесь почти два года. - Он присел рядом с ней на корточки и начал распутывать шнурки на заиндевевших сапогах. - Я испугался.

   - Я знаю. Я уже не понимаю, где начинается исток, и где кончается разум...

   - Это был исток, ты только наблюдаешь. - Колдун погладил красную от мороза щеку, смотря как легкое обморожение исчезает.

   - Я хотела тебя убить, а не наблюдала. Я и есть исток, Майорин, ты видно просто забыл... Это будто... ты в какой-то миг хочешь одного, а потом сразу другого, но это все равно ты.

   Колдун выпрямился, встал и чихнул.

   - Пыльно здесь. - Проговорила Айрин, провела рукой по скамье и посмотрела на посеревшую ладошку. - Почему мы больше здесь не живем?

   - Редрин попросил переехать во дворец, да и жить там удобнее.

   - Тебе. - Глухо выдохнула она.

   - Чего ты хочешь? - он отстранился, зазвенел кружками, расставляя их на столе. - Чем я могу тебе помочь?

   Айрин подошла сзади.

   - Побудь со мной. Побудь, пока это возможно. - Мужчина опустил кружку на стол. Та не устояла на донышке, покатилась по столешнице и упала на пол, разбившись вдребезги. Оба просто наблюдали, не двигаясь.

   - Хорошо.

   Проклятый менестрель! Трижды проклятый менестрель, с его балладами из-за которых за ним началась охота, и пришлось вытаскивать певуна из Вирицы, пока этого глупца не убили. Запереть бы в порубе, а не в теплой клети. Пусть посидит, поморозит тощий задок, да язык свой длинный! Вот впились в душу сказочки о доме, тридцать лет было на воле хорошо, а теперь тоскует, будто баба какая. Майорин соскочил с лавки, яростно натянул доху и вылетел из домины.

   Во дворе стучали мечами парни, совсем еще мальчишки. Кое-кому, кажется, не было и семнадцати.

   - Ну же, паря! Что замер, считай ты убит!

   - Я же закрылся щитом! - перед парнишкой от магии чуть дрожал воздух.

   - А я в это время со спины ткнул тебя вот этим ножиком. - Наставник показал короткий клинок, выскочивший будто из руки. - Эй! Майорин из Вирицы! С каких это пор ты проходишь мимо?

   Колдун задвинул назад шапку.

   - Ну! - крикнул наставник на учеников, - Если я разговариваю, то и слепну? Давай не спи!

   - Здравствуй, Хорхе. - Майорин сделал шаг навстречу, но замер в нерешительности.

   Они не слишком хорошо расстались, а честь по чести, то и вовсе разругались.

   Хорхе был старше... и Майорин даже не знал насколько. У него были седые волосы, седые вислые усы и очень горячая кровь, но и ума ему было не занимать. Хорхе не любил, когда его звали колдуном, отзывался только на воина.

   - Из-за девки ведь разругались. - Тихо сказал он.

   - Ты хотел ее убить. - Ответил Майорин.

   - Было дело. Но может выйти и так, что умирать нам придется вместе. Что делать будем?

   Колдун пожал плечами и отвел взгляд.

   ­- Покажем ребятне, как драться надо?

   - Драка не поможет, Хорхе.

   Воин протянул руку к одному из отроков, светловолосый зеленоглазый мальчишка вложил в ладонь наставника меч. Майорин дернул завязки ворота, доху подхватил сзади другой отрок. У парней горели глаза, Хорхе они знали хорошо, у всех вечерами ломило спину, и ныли ушибленные места. Незнакомого колдуна выдавали движения.

   Ветер тут же проник под кожаную безрукавку, забрался в складки шерстяной рубахи.

   Шапка не долетела до земли, чьи-то заботливые руки поймали, спрятали за пазуху.

   Задорная ярость забурлила в венах, грея не хуже весеннего солнышка.

   Светловолосый парнишка поспешил сунуть колдуну меч. Майорин не отказался просто отошел в сторону.

   - Что даже оружия не возьмешь?

   Из поясных ножен показался короткий изогнутый клинок. Не то нож, не то кинжал.

   - Этого хватит.

   Они сошлись на посеревшем снегу двора. Вокруг стояли мальчишки-отроки. Уже не дети, еще не мужчины. Все наученные держать оружие и творить ворожбу. Их собирали по всей Велмании, учили не один год. Вместе они росли, вместе взрослели, их домом был Илнесс, крепость вблизи Инессы.

   Что они пойдут защищать?

   Как они могут знать, если даже Майорин не мог понять, за что именно собрался встать против магов. У Хорхе все было ясно, у Хорхе рос сын и этого сына он хотел бы видеть в Инессе колдуном, а не химерой в Цитадели. Может потому, воин теснил колдуна, удар за ударом заставляя пятиться.

   Хорхе знал, что ему защищать.

   Майорин перебросил нож в левую ладонь.

   Воин приподнял уголок рта под седыми усами.

   Отроки внимательно наблюдали, опыта уже хватало, чтобы распознать движения наставника и его противника.

   Может потому один из пареньков смалодушничал и звонко крикнул:

   - Мастер, сзади! - на миг позже того, как наставник сам разгадал замысел колдуна. Парню прилетела оплеуха, подавший меч отрок хмуро глядел на крикуна:

   - Не лезь. Воевода смотрит.

   Парни отвлеклись от поединка. Ерекон стоял прислонившись к каменной кладке, будто просто вышел погреть старые кости на солнце. Вот только зимнее солнце редко греет.

   Хорхе удалось достать колдуна, тот поймал меч на нож и уперся пятками в землю, сжав от натуги зубы.

   Рукав порванной рубахи сочился кровью, у воина была обожжена щека.

   Воевода поглядел на пытавших друг друга мужчин и подошел. Отроки тут же отхлынули в стороны, давая дорогу.

   - Довольно.

   В башне было действительно намного теплее, у растопленного очага, завернувшись в меховую шубу, на низенькой скамеечке сидела высокая светловолосая колдунья.

   - Катарина, выйди. - Велел воевода. - Ильма отправила в помощь, но мне больше кажется в слежку.

   - Ваша жена вам не доверяет?

   - Мы мало сходимся во мнениях в последнее время. - Ерекон сел на освободившуюся скамейку. - Вот на твой счет, тоже не сошлись. Тебе здесь не место, зачем из Вирицы уехал?

   Соврать?

   Больно глупо.

   - Государь пожелал меня отослать.

   - Тебя просили повлиять на государя, а не доводить его до белого каления. Ты должен был расположить его к Инессе!

   - Он расположен.

   - Но не тобой. На что ты мне здесь? Будешь давать умные советы и мозолить глаза?

   - Ты знаешь, воевода, что мои советы могут оказаться полезны.

   - Но больно ты похож на бельмо.

   - Я буду как можно реже досаждать своим присутствием.

   - Что ж... моя жена считает, что от тебя будет прок. Вот пусть сама и занимает тебя делом. Катарина ждет тебя за дверью, я уверен. С ней и будешь говорить.

   Майорин зло посмотрел на Ерекона, желание спорить куда-то делось.

   Тебе не место здесь...

   ... но не тобой...

   ... мозолить глаза...

   Катарины за дверью не было. Отроки уже убрались со двора, только Хорхе стоял на крыльце, облокотившись на перила.

   - Одни беды от этой девки. - Сказал ему Майорин.

   - И верно... - воин хлопнул друга по плечу, - с воеводой сталью не замиришься.

   К вечеру Валью выпустили из клети, скучавшие колдуны встретили менестреля как родного. Многие из них сами были не дураки потерзать струны или спеть, но новостей из столицы ждали с жадностью.

   Люта на менестреля глянул вскользь, даже не подошел словом перемолвиться, и никто не подумал, что если бы не Молчун сидел Валья бы дальше, умирая от скуки и дрожа от холода.

   Майорин с Хорхе устроились в сторонке, от них все вежливо отстранились, не мешая разговаривать.

   - Не злись на него, Ерекон чувств напоказ никогда не выставлял, но как Филипп пропал, совсем улыбаться перестал. Ильма даже Катарину послала за ним приглядывать, все боится - кинется воевода сына выручать.

   - Не кинется. А давно пропал?

   - Уже месяц как, пошл в дозор, взял с собой только людей. Сам как мог закрылся, я точно бы не заметил в нем ничего чародейского. А все без толку. Видел, что на них снежные совы напали. Нашел лошадиные кости и кровь... Дальше не пошел. Без того ясно - засада была. Стаю кто-то собрал, не летают они стаями. Не прокормиться. А так ничего, ни тел, ни весточки, будто в воду отряд канул.