Бочка порядка, ложка хаоса (СИ) - Гуркало Татьяна Николаевна - Страница 222

Там, к счастью, оказался день. А Ярик сидел в том самом старом кресле и читал потрепанную книгу. В ответ на вопросы Максима он сначала почему-то странновато похихикал, а потом объяснил, что все фигня. На самом деле, как Максим представит, так и будет, главное в детали не вдаваться, тогда вселенная сама дорисует все недостающее. И если Максиму нужно сохранить города на плоскостях, то пускай представляет именно эти города в обновленном мире. Они не могут там существовать, потому что мир станет плотнее? А почему он должен становиться плотнее? Или Максиму так сильно хочется утрамбовать вернувшуюся материю в какой-то объем?

Максиму ничего трамбовать не хотелось, но он слабо представлял, как ее не трамбовать. Растянуть в пространстве? Ага сделать из лишней материи этакий щит отражающий все опасности.

— Отражающий, — пробормотал Максим, вернувшись домой.

Чем-то ему это слово нравилось, только он не мог понять чем именно. А еще почему-то вспомнилось, как он слушал сотни и тысячи кусочков самого себя. Как они бормотали, пели, ругались и постепенно сливались в одно. Эти кусочки, конечно, были не материальны, но они ведь существовали. А значит…

Что именно значит, Максим так и не придумал, попросту уснул. А утром забегался и на некоторое время вообще выбросил из головы как зеркала, так и кусочки своей памяти.

Тилар с непонятным интересом рассматривал стену. Что он там видел, Ризма даже представлять не хотела. Потому что этот мужик ненормальный. А кто, кроме ненормального, будет планомерно и последовательно доводит Ижена до белого каления? И, главное, даже после того, как получил по физиономии, Тилар не остановился. Дошло до того, что Ижен больше не желал к нему приближаться, боялся, что не выдержит и пришибет случайно, так что дальнейшие переговоры пришлось вести Ризме.

И Ризма их честно вела, хотя уже перестала понимать, для чего это делает.

— Вот объясни, почему ты сопротивляешься? — спросила женщина.

Тилар светло улыбнулся, превратившись в этакого обаяшку. Пригладил волосы. Почему-то хмыкнул. А потом спросил:

— А почему вы настаиваете?

— Мы хотим помочь, — уверенно сказала Ризма.

— Чем? — явно заинтересовался Тилар.

Ризма только вздохнула.

На самом деле, они понятия не имеют, что же он такое сотворил. А следовательно — не знают чем там можно помочь и надо ли помогать. Но признать это и отступить? Невозможно. Невозможно просто из-за того, что тогда все полетит в тартарары и каждый возомнивший себя гением юнец будет творить, что в голову придет. Послабления в таком вопросе давать нельзя. Послабления слишком часто приводили к войнам и катастрофам.

— Тилар, ты на самом деле договорился с Максимом о том, что подождешь пять лет?

— Да, — спокойно сказал мужчина. — Столько времени у нашего мира еще есть. Но теперь говорить об этом поздно.

— Интересно, почему я не верю? — сама у себя спросила женщина.

— Потому что ты не желаешь быть виноватой в чем-либо, — сказал Тилар. — Никто не желает. И при этом вы не можете нарушить закон, на который я наплевал. Но даже это не главное. Главное ведь интуиция. А она тебе говорит, что мне не хотелось ждать пять лет. Вдруг за это время что-то бы сильно изменилось? Да банально, все, без кого не обойтись, могли взять и умереть. Что тогда делать? И я с вами сыграл в игру. Дал вам возможность исключить меня из рядов тех, кто принимает решения. А все остальные ничего Максиму не обещали.

— И мы тебе подыграли, — печально сказала Ризма.

Ей ведь с самого начала казалось, что он все подстроил. Жалко, что тогда остановиться и все проанализировать было уже невозможно.

— Не говори об этом Ижену, — серьезно попросил Тилар.

— Боишься, что он тебя убьет?

— Боюсь, что он лопнет от злости.

— Какой добрый, — фальшиво восхитилась Ризма и встала.

К демонам эти переговоры. Они ничего не дадут просто потому, что Тилар попался по собственному желанию. И получить свободу он на самом деле не хочет. А следовательно, и торговаться с ним бесполезно. Хоть бери и обещай, что в противном случае пинком отправят на волю.

Правда, и это уже бесполезно. Не успеет она всех уговорить и доказать свою правоту до того, как спасатели мира начнут его спасать. Ризма это чувствовала, знала.

Тилар — струна. Он все просчитал.

Сволочь смазливая!

За Максимом опять таскались неизвестные личности. Парень этому вяло удивился и стал их игнорировать. Вот, действительно, пользы с того, что они ходят следом, если он в любой момент может попросту исчезнуть из этого мира. Или они надеются опять кого-то поймать?

Странные люди, в общем.

Папаша почему-то больше не появлялся. Поговорить с Тиларом не предлагал. Да и вообще, было тихо и спокойно.

На третий день Максим решил, что это затишье перед бурей.

На четвертый заподозрил, что это опять говорит паранойя и никакой особенной бури на самом деле не будет.

А может, это говорила скука. Как-то он отвык, что каждый следующий день похож на предыдущий. Всех развлечений — получить по физиономии в школе Коярена и выслушать очередную страшную историю из жизни младенцев на курсах для молодых родителей.

На пятый день к Максиму подошла девушка, которая проверяла правду он говорит или нет, подергала за рукав, похлопала глазами, а потом ткнулась носом в ухо и прошептала:

— Возьми ее.

Максим даже шарахнулся. Почему-то в первое мгновение показалось, что ему предлагают кое-что неприличное. А потом он ощутил, что в ладонь вкладывают бумажку, и послушно ее взял.

Эта бумажка жгла сначала его руку, а потом, когда была положена в карман, бедро больше часа. Парню казалось, что все бросить, забиться в темный угол и прочесть ее было бы слишком подозрительно. За ним ведь следят! Поэтому он спокойно занимался своими делами, а потом столь же спокойно отправился в спальню, где вроде бы не следили. И наконец прочел записку.

Впрочем, он и так догадывался, что там. Очень примерно догадывался. Увидеть сфотографированный незнакомый пейзаж он точно не ожидал.

— Как можно быстрее идти сюда, — пробормотал парень. — Вот будет хохма, если это папа так шутит и проверяет, пойду я или нет.

Но в шутку и проверку почему-то совсем не верилось.

А еще очень хотелось действовать.

И до сих пор не было понятно, что же делать с городами. Вот чем его фантазия может им помочь?

Максим немного посидел на кровати, стараясь ни о чем не думать. Глубоко вдохнул и, изображая успевшую стать привычной скуку, отправился искать жену.

Нашел он ее в комнате Данки, в компании Танкье, Эсты и Матиля. Они сидели за столом и мирно пили чай.

— Так, — сказал Максим и поскреб переносицу.

Сестра почему-то выпрямилась и замерла.

— Так, — повторился Максим. — Сейчас все вы берете ноги в руки и отправляетесь гулять.

— Куда? — заинтересовалась Данка.

— За город. Не забудьте прихватить с собой Вову. А еще… А еще я сейчас напишу записку и Матиль отдаст ее Серой Кошке. Не читая.

Равновесник кивнул. Эста и Тайрин переглянулись. А Танкье так прижала очередную собачонку к животу, что та взвизгнула. Одна Данка так ничего и не поняла.

— Зачем гулять? — спросила она.

— За «надом», — отрезал Максим. — Дана, просто поверь мне. Я очень серьезен. Вообще все очень серьезно. Даже в другой мир сбежать нельзя. Вы можете элементарно не успеть. Я понятия не имею, что случится с границей в самое ближайшее время, но с ней обязательно что-то случится. Поэтому отправляйтесь за город. Мир точно выживет.

— А города не точно, — пробормотала Эста. — Матиль, неси записку и увози девочек, а я… а мне надо своим сказать!

И сорвалась на ноги.

— Ну вот, я так и знал, — пробормотал Максим и сел писать записку. Длинную, с пояснениями и ссылками на Такату и папашу.

Тетя Айра родственников точно выведет.

А может, даже сможет придумать что-то такое, что заставит хоть часть жителей тоже уйти за город. Ничего больше Максим сделать не мог. Не бегать же по городу с транспарантом, теряя время и нарываясь на неприятности.