Япония, японцы и японоведы - Латышев Игорь - Страница 224

Примечательно, что в своем рвении угодить японцам авторы названной книжки пошли даже дальше территориальных притязаний японской стороны. Подлаживаясь под далеко идущие планы тех, кто "заказывал музыку", один из авторов, А. Загорский, в своей статье поставил под сомнение правомерность включения в состав России не только четырех Южных Курильских островов, но и всех Курил, а также Южного Сахалина. "При жесткой трактовке международного права,- витийствовал этот открытый враг целостности нашей страны,- СССР не получил никаких прав не только на Южные Курилы, но и на все Курильские острова и Южный Сахалин. Формально они должны рассматриваться как территории с неопределенным статусом, судьбу которых должны решать страны-участницы Сан-Францисского мирного договора с Японией. Решения Президиума ВС РСФСР в этом случае имеют не б(льшую силу, чем одностороннее провозглашение Кувейта провинцией Ирака в 1990 году... Нашей границы с Японией просто не существует с точки зрения международного права, и создание целой области в составе Российской Федерации, Сахалинской, по сути, незаконно... Все Курилы, как и Южный Сахалин, пока не могут считаться законной частью российской территории"153.

Вот какие "принципиальные" борцы за японские национальные интересы выросли в горбачевские времена среди японоведов таких академических научных центров как ИВАН и ИМЭМО! Выросли на долларовых подачках Японского фонда с благословения своих академических начальников-русофобов. Да и чего иного можно было ожидать от таких "шестерок" как Загорский, если сам Владлен Мартынов - директор ИМЭМО, в котором названный японовед работал в те годы, то и дело гастролировал на Японских островах, выступал там то с лекциями, то с докладами, то с интервью, в которых заверял японцев в том, что и он, и сотрудники его института горой стоят за "возвращение Японии" сначала двух спорных островов, а затем и всех четырех. Чтобы не быть голословным сошлюсь на сообщения газеты "Ёмиури" о двух таких наездах в Японию господина Мартынова. В первом сообщении, опубликованном в этой газете 26 февраля 1992 года, говорилось, что директор ИМЭМО Владлен Мартынов, пребывая в Токио, в специальном интервью заявил, что "во-первых, надо сначала вернуть Японии два острова (Хабомаи и Шикотан), положив при этом в основу Совместную японо-советскую декларацию, где ясно говорится об этом, а во-вторых, надо начать затем переговоры по поводу двух других островов и таким образом в два этапа решить вопрос". Спустя полтора месяца Мартынов снова побывал в Японии (на этот раз для участия в заседании так называемого "Совета безопасности" - организации японских консервативных политиков, сотрудничавшей с ИМЭМО) и снова обратился к японской общественности через ту же газету, подчеркнув в своем интервью "необходимость" скорейшего завершения территориального спора двух стран на основе формулы "два плюс альфа". В этом его так же активно поддержал другой прибывший из Москвы гастролер - торговец русскими землями, все тот же К.Саркисов154.

Пропагандистский залп, обрушенный на российскую и западную общественность ревностными агентами японского влияния летом 1992 года в канун предполагавшегося тогда, но не состоявшегося визита Ельцина в Японию, включал в себя и несколько других подготовленных наспех мерзких публикаций. Об одной из них, книжке О. Бондаренко "Неизвестные Курилы"155, стоит сказать хотя бы потому, что была она издана в Москве большим тиражом в красивом переплете и продавалась по бросовой, явно убыточной для издателей цене - и не по недоразумению, а лишь потому, что расходы на ее издание, как выяснилось впоследствии, оплатили японцы - редакция газеты "Хоккайдо Симбун", имеющая в Москве свое отделение156. Автор книжки - человек, до последнего времени не имевший никакого отношения к изучению истории России и Японии, был использован как подставная фигура теми, кто орудовал за его спиной и снабдил его материалами. Использован для протаскивания в виде "личных впечатлений" угодных японцам мыслишек и версий. В книжке этой яростно осуждался, например, "захват Курил" Советским Союзом в 1945 году. "Захват Курил,- писал этот японский прихвостень,- был агрессией в самом чистом виде - в форме насилия победившей колониальной державы над проигравшей. И основывался он на старом колониальном принципе (гениальном в животном мире): "горе побежденным"157.

От начала и до конца своего опуса автор без зазрения совести мазал грязью всю прошлую историю освоения Россией Дальнего Востока, как и историю пребывания русских на Курилах. Главная цель его лживой книги состояла в том, чтобы в угоду японцам убедить курильчан в необходимости скорее отдаться под власть Японии. Вот какая "идиллия" была нарисована им для доверчивых читателей: "Итак, в случае передачи Курил Японии японское общественное мнение будет в пользу русских и курильчан. Иными словами, на Курилах сложатся обстоятельства возникновения небольшой русской общины численностью примерно от 5 до 15 тысяч человек. Нам бы следовало уже сейчас подготовиться к относительной возможности ее появления... при всем несходстве характеров россияне прекрасно впишутся в японские Курильские острова... Что будет с теми, кто не захочет остаться на японских Курилах? Думаю, участь их незавидна... Видимо, они получат денежную компенсацию от японцев в очень крупном размере (в соответствии с международными нормами до нескольких сот тысяч долларов и больше)... Я не исключаю того, что для русских, оставшихся на островах, будут организованы курсы японского языка, переквалификации, будут созданы небольшие государственные и - чуть побольше - общественные фонды"158.

Примечательно, что автор цитируемой книжечки - Бондаренко стал в 1992 году пользоваться покровительством не только японского посольства в Москве (что естественно), но и руководителей отдельных академических японоведческих центров типа К. Саркисова, узревших в нем "родственную себе душу". А радиостанция "Эхо Москвы" дала ему в те дни возможность в течение полутора часов вещать на столицу свои предательские идеи.

На деньги зарубежных "благодетелей" была подготовлена тогда же и вышла в свет в России, США и Японии книга еще одного российского японоведа дружка японцев Б. Н. Славинского "Советская оккупация Курильских островов (август-сентябрь 1945 года)". О тенденциозности автора, задавшегося целью внушить читателям мысль о "неправомерности" нынешних границ России и Японии и "необходимости" их пересмотра в пользу японцев достаточно ясно свидетельствовала следующая концовка этой прояпонской книги: "По мнению автора, Москве уже в ближайшее время следует подтвердить действие ратифицированной парламентами двух стран бывшего Советского Союза и Японии и ставшей международным документом Декларации 1956 года, которая зафиксировала готовность СССР возвратить Японии Шикотан и Хабомаи при условии заключения мирного договора. Что касается Кунашира и Итурупа, то Россия должна признать, что эти острова всегда находились под юрисдикцией Японии с самого первого российско-японского государственного договора 1855 года и до тех пор, пока советские войска не оккупировали их в августе-сентябре 1945 года. На этой основе уже в 1993 году можно было бы подписать мирный договор, а в последующие годы в разумной, заранее оговоренной последовательности осуществить передачу Японии островов Кунашир и Итуруп"159.

Думаю, что не столько скромность, сколько нежелание платить налоги и страх за свою карьеру не позволили господину Славинскому сообщить читателям его книжонки, сколько сребреников получил он из-за рубежа за те "ценные" советы, которыми он по японской подсказке потчевал наших дипломатов.

Конечно, упомянутые выше и им подобные прояпонские выступления московских японоведов представляли собой в совокупности не что иное, как часть большой пропагандистской кампании, затеянной в преддверии предполагавшегося в сентябре 1992 года визита в Японию президента России Б. Ельцина. Главным закулисным организатором этой кампании выступало тогдашнее руководство министерства иностранных дел России в лице А. Козырева, неоднократно ставившего в известность японскую сторону о своей готовности идти на уступки ее территориальным притязаниям к России. Именно в руководстве МИДа засела в тот момент группа откровенных агентов японского влияния, делавшая ставку на получение нашей страной финансовых подачек от Японии путем беспринципных, предательских уступок японцам важнейшего форпоста России на Тихом океане - Южных Курил. Будучи уверены в том, что Ельцин и его окружение окажут поддержку их преступным замыслам, руководители МИД России исподволь стремились убедить нашу общественность в том, что России не избежать потери Южных Курил. Именно в этом направлении вели эти временщики пропагандистскую работу как среди российской общественности, так и среди японского населения. Примером тому стали в октябре-ноябре 1991 года поездки на Сахалин и Курилы заместителя министра иностранных дел Г. Кунадзе, завершившиеся, правда, скандальным провалом его попыток найти у местного населения понимание мнимой "необходимости" уступить японцам русские земли. Как известно, в Южно-Курильске Кунадзе во время уличного митинга был сброшен с трибуны жителями города и едва не подвергся избиению.