Попаданец для драконши (СИ) - Рудницкая Алиса - Страница 148

- Не обольщайся, гость, - проскрипел голос, который, видно, принадлежал второй богине, Тьме-птице. - Все не так просто, ибо тебе выпала честь загадать три желания. Одно подари врагу своему, второе - другу, третье - семье.

- Конечно, любое из них ты можешь забрать себе, - зазвенела весело Свет-птица.

- Желай, - продолжила Тьма. - Мы можем исполнить все, что угодно. Например - дать тебе крепкого мальчика в сыновья. Снять проклятье. Утопить тебя в золоте. Сделать королем, энохом, даже богом. Все, что пожелаешь. И тебе за это ничего не будет. Никакого подвоха, принц.

- Начинай, - зазвенела Свет-птица. - Первое желание подари врагу, или оставь себе.

Я уже открыл рот, чтобы забрать себе желание и пожелать избавления от проклятия... но остановился. Мне вспомнился мой поход в храм тьмы-птицы. Вспомнилось, как я силился всю ночь найти хоть одно доброе дело, которое я совершил в своей жизни. И эти воспоминания заставили меня задуматься. Крепко задуматься.

Птицы ждали, а я висел перед ними в пустоте как последний дурак, и во мне боролись благородство и корысть. Боролись страшно и на смерть. И, спустя добрую минуту, благородство победило.

- Я хочу чтобы гречи наконец примирились с пшеницами, - сказал я. - Чтобы больше не было войны между Вадгардом и Форгейтом.

После того, как шакал Норлейв убил гречневого кронпринца, Хего Шора, гречи попытались напасть на нас. Но это нападение было подобно тому, как голодная собака из последних сил набрасывается в безумии на своего обидчика. Ласла и так душила их данями, а потом - такая пощечина. Но нападение Вадгард отбил. Голова гречневого короля покатилась по земле пшениц. Любой другой на месте Ласлы пошел бы да и захватил Форгейт, но наша королева плюнула и оставила их в покое. И не потому, что ей не нужны были деньги и территории, а потом, что она прекрасно понимала, что чтобы захватить материк гречей придется устроить полный геноцид целого народа... а на это она не собиралась идти ни при каком раскладе.

- Хорошо, - с какой-то особой любовью сказала Свет-птица, взмахнула крыльями и осыпала меня белыми искорками. - Обещаю, что это желание исполнится. Желай же дальше! Отдай желание другу или оставь себе.

- Я хочу, чтобы Арлейв оттаял, - не колеблясь попросил я. - Это можно сделать?

- Мы можем все, - отозвалась окружающая меня тьма. - Я лично займусь этим желанием.

- И последнее отдай семье или оставь себе, - от полного любви голоса Свет-птицы сладко защемило сердце.

- Я хочу чтобы Ласла исцелилась от своего бесплодия, - попросил я, чуть пришибленный таким влиянием.

- Неужели ты не хочешь чего-нибудь для себя, глупый мальчишка? - спросила Тьма раздраженно. Мы может все, только пожелай!

- Нет, - ответил я. - Видят... боги от жизни я и так получил слишком много подарков. Теперь же я хочу помочь кому-нибудь, чтобы мне было что сказать тебе, Тьма, когда я снова приду в твой храм. Потрать я эти желания на себя... я бы жалел о том, что не помог людям до конца дней своих. Что истратил на пустое... во мрак мои ноги. Во мрак позвоночник. Я неплохо живу и так.

- Дитя, мы услышали все твои желания, - сказала Свет-птица. - А теперь иди. Тебя уже все заждались.

***

Вокруг бушевала страшная гроза, но я все равно несся на лошади вперед, крепко пристегнутый к седлу. Ветер раздувал теплый походный плащ, хлестал по лицу. Если бы не защитный купол, я давно бы вымок - лило как из ведра. Хорошо хоть лошадь попалась такая же бесстрашная, как и я. Я даже подумывал, а не выкупить ли мне эту гнедую, с таким рвением бегущую галопом по грунтовке, идущей по жиденькому подлеску. Ее не пугали ни гром, ни сверкающие молнии. Хорошее животное.

Буря бушевала над столицей северного графства и над его окрестностями, потому на моем личном кораблике, Луне, добраться туда было невозможно - как на зло щиты накрылись прямо перед самым вылетом из Вадгарда. Еще с утра мене глодало какое-то плохое предчувствие. Именно поэтому я не стал пережидать бурю в ближайшем городе, а, взяв лошадь, стремглав кинулся на ней домой. Отна, заменившая Каю на посту моего личного рыцаря после нашей свадьбы с сипухой, неслась за мной на жеребце похуже. Бедолага то и дело норовил скинуть девушку со своей спины, фыркал и дергался от каждой вспышки молнии.

- Ты сумасшедший, высочество! - орала мне Отна. - Че тебе не сиделось в доме наместника! Ниче не случится с твой женой!

- Отстань! - отозвался я. - Все равно назад поздно поворачивать! К тому же меня что-то беспокоит!

- Великий, мрак, пророк! - огрызнулась Отна. - Да не несись ты так, будто у тя там замок горит или жена рожает! А то шею свернешь!

По земле прокатился еще один раскат грома, но какой-то странный, похожий на рычание. Мы с Отной испуганно закрутили головами, ища источник звука, но, не найдя, помчались дальше. Лошади вынырнули из подлеска и побежали по открытой местности. По правую сторону тянулось засеянное пшеницей поле - уже желтое, налившееся, готовое к сбору урожая перед сезоном дождей. По левую же раскинулось поле отдыхающее, на котором правили бал ярко-красные маки. Сейчас они закрыли свои бутоны, но все равно ярко горели среди темной травы словно раскаленные угли, брошенные на зеленый ковер.

Странный звук повторился, и мы все же остановились. Лошади испуганно заржали, норовя встать на дыбы.

- Не к добру это, - как-то испуганно сказал Отна. - Будто какой-то огромный зверь рычит. Высочество, давайте поднажмем что ли...

- Да, поднажмем, - согласился я, всматриваясь в низко нависающие тучи. - Давай... поехали...

Однако двинуться с места мы не успели. Будто огромный летучий корабль, из туч вдруг вынырнул дракон - ярко-красный на фоне сизых туч. Ничего страшнее я в своей жизни не видел. Словно коршун, увидевший свою добычу, он выставил вперед когти и полетел прямо на нас.

- О боги... - пробормотала Отна, и тут же дав мой лошади под зад, направила свою вперед. - Бежим!

Да уж, попробуй убеги от дракона. Зверюга обрушилась на нас с досмерти перепуганной лошадью, и мы в мгновение ока оказались зажаты в мощных когтях. Кобылка взвыла дурным голосом и, кажется, умерла от разрыва сердца. Я был близок к тому же. Сердце забилось в горле, перекрывая мне доступ к кислороду.

И вот, глядя, как крошечная из-за набранной высоты Отна уносится в даль, я с ужасом понимал - все. Кранты. Сейчас нами с лошадью однозначно пообедают, только до гнезда донесут. И предсказание сбудется - настанет моя смерть.

Однако мы все летели и летели неизвестно куда, и мысли, первое время испуганно метавшиеся, чуть прояснились. И я запоздало вспомнил, что на кете всего один дракон и он, как бы, на моей стороне. Ну, по крайней мере должен быть. Однако зверюга на мое желание пообщаться никак не прореагировала. Она просто несла меня над Вадгардом мрак знает куда вместе с лошадью.

Буря осталась далеко позади, и на горизонте неожиданно показался силуэт Красной горы. Давно потухший вулкан приветствовал нас своим широко распахнутым жерлом. Дракон снизил скорость, и вскоре мы уже опустились внутрь горы. Я был брошен на твердую породу, лошадь - немедленно съедена. А потом к моему удивлению дракон неожиданно поднялся в воздух... и улетел.

Оставшись в полном одиночестве я недоуменно уставился вверх. Небо стремительно темнело, на нем начинали проступать первые звезды. В жерле же вулкана имелось три больших провала, похожих на входы в пещеры. И вот, когда ночь окончательно опустилась на землю, во всех трех зажглось по паре глаз. Одни глаза были красные, вторые - карие, и третьи - желтые.

Я решил сидеть молча, ожидая, что же мне скажут похитившие меня боги. Оставалось только гадать, кто именно из них почтил меня своим появлением. Ну, один-то в любом случае дракон... а остальные?

- Понимаешь ли ты, человек, почему ты здесь? - прогремел голос - по ощущения доносился он из пещеры с красными глазами.

- Нет, - просто отозвался я. - Не понимаю.

- Ты вмешался в жизнь самих богов своими желаниями, - раздалось ненавидящее шипение из пещеры с желтыми глазами. - Жалкий смертный... как же я зла!