Самба (СИ) - Абсолют Павел - Страница 111

— Я не возражаю, — слабо улыбнулась сумеречная луна. По-моему, она первый раз мне улыбнулась с того момента, как узнала про закладки.

— Я бы тоже могла показать несколько приемов с печатями, — предложила Маки. — Хотя печати Амакава отличаются от обычных. Но больно уж легко тебя пленили цутигумо.

— Э-э, с удовольствие поучусь у Маки-сенсея, — отвесил я поклон.

Насколько мне известно, родовые умения Амакава не особо афишировались. Вернее, большую известность получили наши печати, которыми вовсю торговали, чем другие грани светлой магии. Охотница из Тсучимикадо, видимо, считала, что именно печати составляют основную часть моего боевого арсенала, поскольку еще не видела меня в бою. Кстати, с собой я взял пачку бумажных личнозачарованных амулетов: ошеломление, подчинение. И пара оставшихся барьерных. Пока что я их распихал по карманам, но у Тсучимикадо имелись специальные пеналы по типу кобуры подмышкой. Они так и назывались — печатницы. Шидо обещал достать одну для меня по приезду.

Академия располагалась в западном районе Лондона, не густонаселенном. В основном частные дома и участки. Куэс сказала, что раньше это место считалось отдельным поселком, который в одно время стали относить к столичной территории. Над входом крупными буквами значилось название академии. Когда я на них смотрел, взгляд словно соскальзывал из-за какой-то магии, поэтому вопрос про обывателей отпал сам собой. Наверное, неодаренные не видят этой надписи, или видят что-то обычное. Ниже значился девиз "Magicis illuminatio mea", что означало "Магия — просвещение мое" или "Магия — мой свет", как пояснила Куэс. Занятно, что девиз Оксфорда был "Dominus illuminatio mea" или " Господь — просвещение мое". Колдуны в целом не были никогда религиозным народом, отчего в средние века часто возникали конфликты. Инквизиция, очистительные походы и прочая ересь.

Минут двадцать мы шли по этаким классическим английским провинциальным улочкам, залитым лучами заходящего солнца и утопающим в зелени. Изысканные особняки с лужайками и небольшими садами.

— Тетя Маргарет живет дальше по Тисовой улице.

— Приятное местечко.

— Стоп! — остановил нас мужчина с планшетом для бумаг в руках. — Дальше идут съемки, прохожим появляться нельзя. До девяти часов.

— Ох, я и забыла, — изобразила фейспалм Куэс. — Там же этих книг тьма тьмущая. Про Гарри Поттера, — пояснила мне колдунья.

Я шикнул на Ди-ниджу, который заиграл заглавную тему из озвученной киноэпопеи.

— Супер! А какая часть серии?

— Дары смерти, первая часть, — ответил сотрудник.

— God damn, вы что, еще больше этот дурацкий сериал решили растянуть? — вспылила Куэс.

— Мисс, нам очень важно ваше мнение, — фальшиво улыбнулся рабочий.

— Юто, пойдем в обход, дворами.

— Хм-м, не хотелось бы мешать съемочному процессу, — засомневался я.

— Мисс, у нас есть разрешение на съемки, — возмутился мужчина. — Час обходится в не один десяток тысяч фунтов, так что вам могут выписать серьезный штраф.

— Юто, — прошептала мне Куэс. — Есть чем приложить его?

Свое экспериментально-паучье подчинение использовать не стал, боясь за здоровье человека. Сделал знак Химари, и кошка без лишних рассусоливаний активировала дедовскую печать.

— Вы нас не видели, — бросила осоловевшему мужику Куэс, и направилась вперед, пройдя под специальной натянутой лентой.

Мы с любопытством последовали за проводницей. Колдунья осторожно выглянула из-за угла улицы, скомандовав нам соблюдать тишину. После чего вернулась и принялась раздавать указания:

— Лезем через ограду, дома обходим сзади. Старайтесь соблюдать тишину. Нам нужен четвертый дом с этой стороны улицы.

— Ты уверена, что колдунья дома?

— Да, я ей звонила, она обещала быть вечером дома.

— А ты сама не можешь сделать что-нибудь вроде отвода глаз?

— Я могу поджарить все вокруг в радиусе километра. А если попытаюсь наколдовать заклинание незаметности, попавшие обыватели оставшуюся жизнь проведут в состоянии овоща. Знаю-знаю. Меня саму ужасно бесят эти телевизионщики. Могли бы найти другое место для съемок.

— У меня есть с собой несколько печатей для стирания памяти, если что, — добавила Маки.

— Идем! — скомандовала Куэс.

Колдунья что-то тихо прошептала, подул сильный ветер, подхватил девушку и перенес ее через высокую ограду. Маки немного помедитировала, сложила руки в странный жест, после чего выпустила порцию барьерной магии. Дальше, словно по лестнице, охотница перебралась через высокий забор. Мне захотелось покрасоваться, и я не стал использовать подготовленную стремянку. Напитав тело светом, я высоко подпрыгнул и перелетел через преграду. К сожалению, приземление вышло не очень удачным, и я перекатился по газону один раз. Спутницы комментировать не стали. Химари перепрыгнула сходу, Сидзука просочилась сквозь прутья забора. Ах ты моя терминаторша жидкая.

Первый дом был пуст и обычен, а вот следующий окружили слабым отталкивающим барьером. Куэс даже бровью не повела, выбросом огненной магии проделала внушительную дыру. Чувствовал себя каким-то вором-домушником. Мы бежали по заднему двору дома, как возле окна второго этажа здания почувствовалась сильная аура:

— Что вы здесь делаете? Темные твари?! Получайте!

Светловолосый мужчина взмахнул рукой и в нас полетело какое-то заклинание на основе воды, скорее всего. Неуловимым жестом Маки выбросила печать, и между нами и домом возник знакомый тсучимикадовский барьер, который и принял на себя весь урон. Мы продолжили бег и сходу перемахнули через живую изгородь, разделяющую территории между особняками. Преследовать нас не стали. Следующий дом был безлюден, и защитной магии в нем не наблюдалось. Мы добрались до четвертого дома, и Куэс громко постучалась в заднюю дверь здания. Нам открыла пожилая женщина в очках, вполне обычная на вид, хотя аура говорила о том, что она колдунья, хоть и слабая.

— Мисс Джингуджи! Кто это с вами? Почему темные твари без ошейников? — пронзительно взглянула на Химари старушка, отчего бакэнэко занервничала.

— Все в порядке, миссис Флетчер. Мой друг Амакава Юто из шестого великого клана экзорцистов. В своей работе он использует прирученных магических созданий. Я могу ручаться за их мирный характер, — бросила предупреждающий взгляд на Химари колдунья.

Я по-японски тихо предупредил вассалов, чтобы вели себя тихо.

— Совсем в Японии маги распоясались. Своих сил не хватает, к темным шастают. Не к добру это, мистер Амакава.

— Э-э, возможно…

— Ладно, раз моя бывшая ученица за вас поручилась, проходите в дом. Только вы двое — ничего не трогать, — строго обратилась к Химари с Сидзукой миссис Флетчер. — Держите свою магию в узде, не то я могу вас прибить случайно. В молодости много тварей перебила, так что не смотрите на мой возраст.

— Ма-а, старуха, конечно, поехавшая, но вы постарайтесь не провоцировать, — обратился я к вассалам на японском. Куэс открыла рот в возмущении, но промолчала, а старая колдунья бросила на меня подозрительный взгляд.

— Да, милорд.

— Конечно, братик Юто. Но мне она не нравится, нано.

Мы прошли в дом, обставленный весьма недурно. Куэс принялась объяснять, что из-за чертовых съемок нам пришлось пробираться дворами, и у нас возник небольшой конфликт с соседями.

— А-а, наверное, Малфой, я позвоню ему, успокою. Устраивайтесь в гостиной, — произнесла старушка и отошла к телефону. — Только твари пусть не садятся на мой любимый диван!

— Да, мэм, — смиренно ответила Джингуджи.

Я напряг память, вспоминая кинофраншизу про британских волшебников. Фамилия очень знакомая. Вроде там был мелкий парень с дурацким именем, а его отца звали…

— Неужто Люциус? — шепнул я Куэс.

— Нет, его зовут Френк. Он преподает в ЛАМИ прикладные чары. В Академии много преподавателей, около полусотни, плюс обслуживающий персонал. Писательница брала некоторые образы и фамилии оттуда. А Малфои — единственные, с кем она судилась по поводу использования персональных данных. Но имя персонажа так и не сменили.