Некоторые вещи не покупаются (СИ) - "Gierre" - Страница 17

— Приду, — пообещал Максим.

— Только не как в тот раз, ладно? Там мест мало, я тебе выпрошу, но если ты опять не придешь, то больше не разрешат.

— Договорились.

Он с тоской подумал, что она все еще думает о своем каратэ.

— Как с мальчиками?

Люда насторожилась. Максим знал этот внимательный взгляд по самому себе. Он тоже смотрел так, когда ни на грош не верил собеседнику.

— Ты почему спрашиваешь?

— Просто так. Тебе же четырнадцать, должны появиться мальчики.

— У тебя вот дядя Игорь появился, — Люда выпалила фразу так резко, как будто собиралась ей защищаться.

— Да, конечно, у меня дядя Игорь, а у тебя кто?

Люда отвернулась. Максим тяжело вздохнул — да, все сходится.

— Макс? — тихо спросила она.

— Что, заяц?

— Макс, ведь бывает так, чтоб как у тебя с дядей Игорем, только наоборот, да?

Максим поперхнулся.

— В смысле?

— У нас девочка одна есть. Ее в прошлом году перевели к нам. Она во Франции жила два года.

Люда долго смотрела, как он смеется. Молчала, пилила внимательным взглядом.

— Прости, — сказал Максим в конце концов. — Прости, заяц, просто я себе уже всякого напридумывал. Я думал, ты беременная.

— Я?! — Люда чуть не взвизгнула. — Ты что, Макс, я же все знаю. Презервативы, все такое. У нас уроки были. Да мне рано. Макс, ну ты что? Я же тебе обещала, что ничего плохого не сделаю.

— Разве это плохое? — удивился Максим.

— Залететь в четырнадцать лет? Макс, ты рехнулся, что ли? Конечно, плохое! Что мне Егор-то скажет? Нет, я хочу детей, но просто… потом, когда-нибудь. Я же еще черный пояс не получила.

— Ясно, — Максим улыбнулся. — Ну и что с этой девочкой?

— Да ничего, — Люда смутилась. — Я ее в кино позвала. Сходили. Так вроде общаемся пока. Не знаю, Макс, а как ей сказать?

— А она не знает?

— Может и знает.

Пока Люда мечтательно смотрела за горизонт, Максим успокаивал себя. Сестра не беременна, записка была написана из-за того, что у кого-то мозги остались в прошлом веке, а директриса просто неверно поняла мысли мальчишки. Кто его знает, может влюблен он в Люду, а та сохнет по девочке. Все решилось так хорошо, как он не мог и надеяться.

— А у тебя как, Макс? — спросила Люда.

— У меня? Отлично!

— Непохоже. Ты грустный. Ты еще в прошлый раз был грустный, а это был мой День рождения. Знаешь, что я загадала?

— Нельзя говорить — не сбудется.

— Мечты сбываются не от свечек, Макс. Так сказать?

Он кивнул.

— Я загадала, чтоб ты больше не грустил так. Весь год. Понял? Так что это мое желание и выполняй, как хочешь.

Они расстались возле подъезда дома, где жила Люда. Максим на такси поехал дальше.

— Сестра? — спросил водитель.

— Да, живет с мамой.

— Ты молодец, — сказал водитель. — Присматриваешь за ней. Отца-то нет?

— Нет. Летчик он.

— Ага, как же, — водитель рассмеялся, и Максим подхватил его смех.

Много лет назад так же легко он говорил с Сергеем. Потом Сергей пропал на работе, а потом — где-то еще. Максим не вникал. Нужный номер нашелся сразу.

— Есть время поболтать? — спросил Максим.

— Прямо сейчас? — голос Сергея перебивал шум стиральной машины и детский крик.

— Могу попозже.

— Нет, давай сейчас. До «попозже» я не доживу, парень.

Встретились в бюджетной чебуречной. Сергей выглядел ужасно, но улыбка у него растянулась от уха до уха.

— Привет, Макс, я уж думал, не увижу тебя. Ты как-то потерялся. Все нормально?

— Уже да, — Максим заказал еды и заплатил сам. У него возникло чувство, что по отношению к Сергею здесь и сейчас это будет правильно. Дешевая обувь говорила сама за себя.

— Ладно, тогда зачем вспомнил? — Сергей хлебнул кофе.

— Как у тебя с Крисом?

Сергей поперхнулся кофе, пролил его на Максима, на стол и даже на пол.

— Ебанулся? — вопрос был вишенкой на торте. Максим мысленно выкинул на помойку штуку евро — белую шелковую рубашку, галстук и легкую куртку можно было выбрасывать сходу. Разговор выходил не из дешевых.

— Прости, я особо не в курсе ситуации, вот и спросил. Расстались?

Сергей долго приводил в порядок себя и стол, взял стопку салфеток у кассы, даже сходил вымыть руки. Купил себе еще кофе, сел и ответил:

— Да.

Максим решил не пытать и сменил тему.

— У тебя там ребенок кричал. Твой?

— Ага. Мой и Светы. Растим потихоньку. Ты детей завести хочешь?

— Нет, просто хотел узнать, как ты.

— Да не морочь голову, говори, как есть.

— Помнишь, ты называл себя милым бисексуальчиком?

Сергей долго и пристально смотрел на Максима, а потом театральным жестом щелкнул пальцами и обратился к официантке за стойкой:

— Водки, пожалуйста. Поллитровочку.

***

— И когда она сказала про девчонку эту, я подумал, да какого черта. Нам нравятся те, кто нам нравятся, так? И мы ничего не можем с этим поделать, верно?

— Именно.

— Вот я и думаю, на кой черт мне все это терпеть, если я, в конечном счете, не люблю его. Понимаешь? Не люблю! Вот я тебе говорю все это, и мне легче. Слышишь? Я его не люблю. Он отличный мужик, все у него прекрасно, здоровье там, одежда, прическа, что там еще… Все, короче. Но я-то его не люблю. Так и зачем?

— Точно.

— Но что я теперь могу сделать? Вот Крис говорит, попроси, мол, его отпустить тебя. Но кто он мне, в сущности, такой-то? А? Или вот он мне говорит, что надо завязывать с семьей…

— Кто?

— Игорь.

— Ясно.

— Вот он мне и говорит, что надо завязывать, а я бы и рад, но раз я тут, то и они тут, правильно?

— Конечно!

— Ну и раз я тут, то как я могу о них не заботиться? Это же не по-чело… не-по-чело…

— Точно.

— Но я вот смотрю на нее.

— На кого?

— На Люду.

— На сестру?

— Да.

— Это неправильно.

— Что неправильно?

— На сестру смотреть нельзя.

— А если надо?

— Не надо, Макс. Не смотри.

— Ладно, не буду. Все, давай, за родителей и по домам.

***

Картина висела прямо на стене. Максим достаточно долго увлекался живописью, чтобы знать, насколько она дорогая. Картины вполне хватило бы на достойное существование паре подростков. Но отдавать деньги матери он не мог. Глядя на произведение искусства, он сидел на диване и думал, как достать Люде и Егору достаточно денег, но не сидеть возле них всю жизнь.

И, главное, как порвать с Игорем. У него не было настолько долгих отношений ни с кем, и то, что Игорь был на двадцать с лишним лет старше, добавляло сложностей.

— Вернулся? — вместо приветствия сказал Игорь, когда пришел из офиса. У Максима болела голова с похмелья, он не хотел спорить и молчал.

— Что с сестрой?

— Лесбиянка.

Игорь отвлекся от переодевания и замер.

— Так она не беременна?

— Нет.

— Поздравляю!

— Спасибо.

Максим подумал, если прямо сейчас он скажет, что им нужно расстаться, купит билет в ту же самую Турцию и уедет, можно ли будет попросить Игоря позаботиться о Людей и Егоре.

— О чем думаешь?

— Я вчера с Сергеем встретился.

— С каким Сергеем?

— Который с Крисом раньше был.

Игорь отвернулся.

— Зачем? — сухо спросил он.

— Хотел поговорить. Не знал, что он теперь примерный семьянин, с ребенком и всем остальным.

— Да, тебя в этом никто не упрекнет.

— Не смешно.

— Нет. Не смешно. Как поговорили?

— Хорошо, продуктивно.

— Ты ведь знаешь, что он не рассказывал Крису про семью?

— Ну я вот тебе рассказываю, помогает не очень.

Игорь промолчал и ушел в другую спальню. Максиму стало все равно. Он с тоской вспомнил первый год. Тогда у него была опора, а теперь — неподъемные кандалы и наручники. И все помещалось в одном человеке.

На следующий день он цинично считал. Сколько нужно на учебу, сколько — на жизнь. Умножал, делил. Вспомнил навыки с учебы. Подбил цифры, потом стер расчеты и стал ходить по квартире в поисках нужных вещей.