Нежная птаха для мрачного колдуна (СИ) - Шум Марго - Страница 4

- Ты кто такая?! И чего тебе тут понадобилось? - голос у него был неприятный, скрипучий и смотрел он на Жиль, как на воровку, что пришла сюда с нечистыми намерениями.

- Мне нужен Понк, - невольно выпрямила она спину, и голос ее прозвенел чистотой помыслов под сводами холла.

- А по что он тебе? - остановился карлик, не доходя до нее пары шагов, и еще настойчивее вперил в нее глазки-бусинки, чернее ночи.

- Чтобы проводить к управляющему.

- А управляющий зачем нужен?

- Я принесла ягоду для господина.

Кого имела в виду под господином она и сама не знала. То ли самого колдуна, то ли того мужчину в черном с рынка, а может и этого Понка, который никак не хотел прийти ей на помощь.

- Что за ягода?

- Крыжовник.

- Королевский?

- Королевский и самый лучший в долине, - в этот момент Жиль снова мысленно взмолилась, чтобы ягода оказалась свежей.

- Иди за мной, - кивнул карлик и резко развернулся обратно к двери.

- Вы проводите меня к Понку? - решилась уточнить Жиль.

- Я и есть Понк, дуреха! - зыркнул он на нее злющими глазенками и поковылял вперед еще быстрее.

Больше Жиль ничего не спрашивала. В ее задачу входило не отстать от провожатого, который принялся петлять по коридорам, сворачивая то вправо, то влево. Запомнить дорогу казалось нереальным. Это Жиль напомнило заброшенные шахты, в которых они с Монилой тоже прятались в детстве. Правда, никогда не углублялись в лабиринт, боясь заплутать. Да и всегда помечали стены куском известняка, на случай экстренного отступления.

Возле одной из неприметных дверей, которых им на пути встретилось великое множество, Понк остановился и велел:

- Заходи и жди.

Только вот он забыл предупредить, что за дверью располагалась кухня, на которой суетилась пышнотелая кухарка, помешивая что-то сразу в трех небольших котелках. И пахло так аппетитно, что Жиль сразу же вспомнила, что ничего с утра не ела.

- Ты откуда тут? - всплеснула руками женщина, завидев ее, но сделала это не зло.

- Понк велел мне тут ждать управляющего, - пробормотала порядком растерявшаяся Жиль.

- А почему здесь? - пуще прежнего удивилась женщина.

- Может, потому что принесла ягоду? - пожала плечами Жиль.

- Это ж какую ягоду ты принесла? - в глазах кухарки появился неподдельный интерес, а сама она приблизилась к Жиль и втянула носом воздух. - Неужто крыжовник?!

- Целую торбу, - гордость не заставила себя ждать.

- Целую торбу?! Ну покажи же мне это чудо скорее!

Пока снимала торбу со спины, да распутывала кожаный ремешок, держащий крышку, кухарка аж приплясывала от нетерпения рядом. Жиль же недоумевала: эка невидаль - крыжовник. Да его на рынке в долине не то чтобы завались, но продается много, особенно в сезон. Правда, не такой крупный и сочный, как у нее, и не приносящий с сезон по два урожая. Ну так и ухаживает за ним она как за малым дитем. И землю удобряет, подкармливает... А раз в год наведывается к местной колдунье, что матушку ее хорошо знала. Порошок та для земли особый готовит, заговоренный на второй урожай. Монет это стоит не мало, зато и окупается с лихвой. Ну и то что источник на их земле, делает ту особенно рыхлой и плодородной.

- Ах, загляденье! Так бы и смотрела... А вкус какой! Высшее наслаждение, - кухарка положила одну ягоду в рот и прикрыла глаза от наслаждения, раскусывая ту. - Не сок, а нектар. Не вкус, а райское наслаждение!

Жиль конечно льстила такая реакция, но все же она не удержалась от вопроса:

- Если вы так любите крыжовник, то почему не покупаете его на рынке, в долине? Могли бы сговориться с торговцами, и они вам оставляли бы хоть каждый день.

- Ох, деточка, - посмотрела та на нее так грустно, словно пожалела за что-то. - Молодо - свято. Живешь чистой жизнью и грязные слухи тебя не касаются. А ведь в тех слухах много правды. Но и неправды тоже хватает.

- Я вас не понимаю, - качнула Жиль головой.

- Так а чего понимать, тут знать нужно...

Кухарка вдруг замолчала и приложила палец к губам, глядя на дверь. И тут же та распахнулась, впуская господина в черном с рынка. Только на этот раз одет он был в длинный и яркий халат. А вот под халатом просматривалась все та же черная одежда.

- Опять языком мелешь, Гура? - строго посмотрел он на кухарку, вид у который был самый что ни на есть незаинтересованный.

- Ягоды пробую, господин Модир. Никогда еще такой вкуснотищи не пробовала, - протянула она и ему горсть, но тот на нее даже не посмотрел.

- Пришла, значит, не побоялась? - обратился он к Жиль.

- А чего мне бояться, господин Модир? - вспомнила Жиль, как назвала его кухарка. - Да и это моя работа, - кивнула она на торбу, из которой уже Гура проворно и ловко перекладывала ягоды в таз, приговаривая, что негоже такой красоте, да в тесноте быть.

- Истину говоришь, девушка, - одобрительно кивнул мужчина и достал из кармана халата увесистый мешочек.

Жиль решила было, что он сейчас отсчитает и даст ей монет. Каково же было ее удивление, когда мужчина протянул ей мешочек целиком.

- Должно быть, тут слишком много, господин, - не спешила она брать плату.

- Так и путь ты проделала неблизкий, девушка. Бери, раз дают. Это не милость, а плата за твою работу, как правильно ты сказала, - взял он ее руку, вложил туда мешочек и сжал пальцы. А вот выпускать не торопился, пытливо всматриваясь в ее лицо своими серыми и странно-прозрачными глазами. - Принесешь завтра еще ягоду - получишь столько же, - предложил. - А будешь носить каждый день, пока не соберешь весь урожай, еще и сверху добавлю.

Предложение его было очень щедрым. Если она только с крыжовника столько заработает, то другие ягоды можно не сносить на рынок, а заготовить на зиму побольше. И яйца можно будет выменивать на сыр, масло и молоко, а не продавать все. Да и что тут думать. Правильно она сказала Мониле - монеты на дороге не валяются.

- Я согласна, господин Модир. Если вам крыжовник мой пришелся по вкусу, значит, буду приносить, пока не отойдет.

Жалко только, что отойдет он уже скоро. Но это только первый урожай. К середине лета ягоды снова наспеют. Кто знает, может в замке и не успеют ими пресытиться.

Господин в черном в этот раз обошелся лишь кивком, видно, слова его дорогого стоили, не привык понапрасну расходовать.

- Гура, накорми нашу гостью своими изысками, - обратился он вместо этого к кухарке. - Дорога обратная ей предстоит неблизкая. Да и в глазах ее я вижу голод.

- Да я...

Хотела ему сказать Жиль, что не голодна, что возвращаться ей нужно поскорее, чтоб успеть на занятия, да не успела. Слушать ее в его планы не входило. Так же стремительно как вошел, господин Модир покинул кухню

- Да ты не стесняйся, малышка, - погладила ее по плечу кухарка. - За такую ягоду я просто обязана накормить тебя по-царски. Только вот сама я отлучусь с твоего позволения. Нужно мне переговорить кое с кем по делу.

Через пять минут перед Жиль стояла полная миска мясной похлебки, да такой густой, что даже хлеб в ней не тонул. А еще Гура налила ей кружку ароматного морса, пахнущего, правда, травами, а не ягодами. И ни единого знакомого запаха в целом букете Жиль не уловила. Но вкус морса, немного с горчинкой, ей очень понравился.

Не догадывалась Жиль, когда приступала к еде, что сбежала кухарка так поспешно, чтоб не сболтнуть при ней лишнего. В глазах управляющего та разглядела явную угрозу и не сомневалась, что не поздоровится ей за болтовню.

Не знала Жиль и о том, что пока вкушала вкуснейшую похлебку, за ней наблюдали две пары глаз сквозь потайные отверстия в стене.

И поблагодарить ей было некого за хлеб соль, когда миска и кружка опустели. А только Жиль подумала, как же она будет выбираться из замка, если даже примерно не запомнила дорогу, как дверь в кухню распахнулась, и вошел карлик - Понк.

- Наелась? А теперь давай, двигай на выход, - уже привычно грубо буркнул он.

И всю обратную дорогу, что следовала за карликом, Жиль размышляла на тему, что, видно, только в сказках они добродушные и веселые, а в жизни вон какие буки.