Нежная птаха для мрачного колдуна (СИ) - Шум Марго - Страница 8

- Ландер мой господин и хозяин замка. Все мы, живущие и работающие у него, подчиняемся его приказам. И я в том числе. Сейчас мне приказано привести тебя. Что я и делаю...

- Но я не обязана подчиняться его приказам! - вспылила Жиль, чувствуя, как все сильнее он сжимает ее руку. - Отпустите. Мне больно, - тише попросила.

Модир словно опомнился и выпустил ее руку. Жиль невольно растерла то место, чувствуя как кровь с новой силой заструилась по жилам.

- Прости, - пробормотал управляющий. - И все же, несмотря на явное твое нежелание, я прошу тебя следовать за мной. Обещаю, от беседы с хозяином замка никакой беды с тобой не случится.

Странное дело. В его словах она услышала какое-то пророчество. И так на миг стало страшно, что даже волосы на голове зашевелились. Наложило отпечаток еще и то, что стояли они посреди темного и узкого коридора замка. Освещался коридор редкими факелами. Последний они уже давно миновали, а следующий призрачно мерцал где-то еще только за поворотом. И господин Модир вел себя довольно странно, но хоть схватить ее больше не делал попыток. И то хорошо!

Очень скоро к радости Жиль впереди замаячил дневной свет, что становился все ярче при их приближении.  Когда она вышла вслед за Модиром на просторную площадку, то дух захватило от той картины, что открылась взору.

Жиль не ошиблась в своих предположениях - земля находилась за замком. Ею были засыпаны выбоины в скале, круглой, прямоугольной и квадратной форм. И во всех них росли где карликовые деревья, усыпанные мелкими разноцветными бутонами (Жиль даже не могла припомнить, видела ли она где раньше такие деревья, настолько те выглядели экзотическими), где пышные цветы. Все это показалось ей безумно красивым, но таким бесполезным, что сразу же в душе зародилась жалость. Как можно использовать такую драгоценность, как землю, лишь для услады глаз? Когда на всех этих клумбах, каждая из которых больше всего ее огорода, можно вырастить столько полезных вещей.

На самом краю обрыва раскинулась витая беседка. И только сейчас Жиль заметила в беседке мужчину, что стоял к ним спиной, облокотившись на перила.

Модир снова повел себя странно. Какое-то время он молча стоял рядом с Жиль и смотрел в спину своему господину. Он словно ждал, что тот обернется, но этого не происходило. А потом он отрывисто бросил:

- С твоего позволения, оставлю тебя... обратно Понк проводит, - и скрылся в темнеющем за их спинами коридоре.

А ей что прикажете делать? Продолжать созерцать всю эту бесполезную красоту?

- Подойди, - услышала она голос, едва успела подумать, - раз уж пришла...

Можно подумать, она напрашивалась! Чем вызвано столько странное поведение и нотки раздражения в голосе? Она может и уйти, если ему так неприятна. И уж точно она не будет бояться, даже если перед ней самый злой колдун в мире.

Жиль сделала несколько шагов вперед и снова остановилась.

- Сердце птахи затрепетало? - вновь раздался его голос, и на этот раз в нем прозвучала насмешка.

Это он ее так назвал? А причем тут сердце? Оно спокойно, как и сама Жиль, разве что немного не уверена в себе, как и в том, что вообще здесь делает.

Размышляя так, Жиль приблизилась к беседке и вошла в нее. Хозяин замка так и не соизволил повернуться. А может, у него имеется тайный третий глаз на затылке? - мелькнула шальная мысль в голове Жиль, и тут же раздался его смех. А потом она увидела и лицо колдуна.

- Как же громко ты думаешь, птаха, - рассматривал он ее довольно откровенно с ехидной ухмылочкой на губах.

Жиль же тоже не теряла времени даром и буквально впитывала в себя образ колдуна. Все же, о ком так много думаешь, становится для тебя интересен, как редкая букашка. Редкая, ядовитая и опасная.

А он довольно красив, хоть и выражение глаз портит столь классические черты лица. А еще ему не мешало бы побриться, да пригладить волосы, что растрепал ветер с моря. Высок, статен, камзол на нем расшит золотом вдоль ворота и по манжетам.

И все же он не понравился Жиль. Было в мужчине что-то отталкивающее. Возможно, все тот же холодно-пренебрежительный взгляд, которым он сейчас следил за ее лицом. А еще он самым бессовестным образом читал ее мысли, и это не нравилось Жиль больше всего. Кто дал ему такое право, если единственное, чего она не могла сделать, так это не думать ни о чем в данную минуту?

- Иди сюда, - протянул он руку, словно предлагал ей вложить в ту свою.

Но она слишком далеко от него стоит и отчего-то боится сокращать это расстояние. Ведь там, впереди, обрыв, а она боится высоты. Даже смотреть на море страшно, хоть и ужасно хочется.

- Я не дам тебе упасть, птаха. Подойди.

Жиль сделала несколько неуверенных шагов и оказалась от колдуна на расстоянии вытянутой руки. Вот тогда он сделал то, что планировал с самого начала, - взял ее за руку и притянул к перилам, поставил рядом с собой лицом к морю.

- Хотела бы летать над ним?

Смеется он над ней что ли? Он задает такие вопросы, ответов на которые либо нет, либо они очевидны.

- Я не умею летать, господин, - рискнула все же Жиль нарушить молчание.

- Птаха без крыльев, - задумчиво произнес он. - А хотела бы? - вновь всмотрелся в ее лицо.

- Нет, господин, не хотела бы. У меня есть дела поважнее.

Очень некстати Жиль вспомнила, что время идет, а она все еще в замке. Что совсем скоро начнутся занятия в школе, и на первые уроки она вновь не успевает. И все ради чего? Чтобы отвечать на нелепые вопросы?

- Знаешь ли ты, почему я беру у тебя ягоды? - удивил он ее следующим вопросом.

- Потому что они у меня самые лучшие в долине? Хотя, вы на своей земле могли бы получать еще больший и лучший урожай. При должном...

- Здесь не растет ничего, что могло бы сгодиться в пищу! - резко и довольно громко перебил он ее.

- Почему? - не удержалась от вопроса Жиль.

- Земля проклята. Она дарит мне красоту, но эта же красота и способна убить.

Этого уже Жиль не могла понять, но его слова о проклятии напугали. Кто же проклинает землю? И не побоялись они гнева Богини?

- Как печально, - отозвалась Жиль, и в душе ее поселилась грусть. Сейчас она жалела невинную землю, которую так сильно любила.

- Из ягод я готовлю специальную настойку, что продлевает мне жизнь, - продолжил колдун, и Жиль в страхе замерла, боясь даже дышать. На подобные откровения она не рассчитывала и слышать их не хотела и подавно. Но и заставить его замолчать не могла. - У меня редкое заболевание крови. С каждым годом она становится все жиже и бесполезнее. И если бы не настойка, то я бы уже не стоял тут рядом с тобой. Был бы не жив и не мертв, - усмехнулся он, но совсем невесело. И взгляд его был снова прикован к морю. Видно, в нем он тоже черпал силу.

- Зачем вы мне все это говорите? - поинтересовалась Жиль. Для чего он рассказывает такое о себе совершенно постороннему человеку?

- Чтобы посмотреть на твою реакцию.

- И какая же она?

- Вот ты мне и скажи. Что чувствуешь? Нет, не правильно, - тряхнул он головой. - Какие чувства я вызываю у тебя?

- Жалость, - не стала лукавить Жиль. Странно жалеть столь сильного и довольно молодого еще мужчину. Но именно это она и испытывала. А он спрашивал правдивого ответа.

- Вот как? - задумчиво протянул он и посмотрел на нее уже с большим интересом. - А ты смелая. Жалеть меня еще никто не отваживался, - уголки его губ тронула улыбка.

- Господин...

- Ландер. Меня зовут Ландер.

- Господин Ландер, я согласна и дальше приносить вам каждое утро ягоду, если она вам жизненно необходима. Надеюсь, ваша умелая кухарка сможет ею распорядиться и заготовить впрок, чтобы вы могли и дальше готовить настойку...

- Но? - улыбка его стала шире, словно он заранее знал, что услышит дальше.

- Но сейчас я очень спешу и прошу отпустить меня.

С ответом он не спешил, и его разглядывания Жиль уже порядком надоели. Щеки пылали, и она не знала, куда спрятаться от его внимания. Больше всего ей сейчас хотелось оказаться подальше и от колдуна, и от его замка.