Петербургские каникулы (СИ) - Шалак Анна - Страница 10

Во время поступления мы с родителями почти месяц здесь жили. Я экзамены сдавала, они по городу гуляли. Потом мы вместе ходили, пока результаты ждали. И опять нам просто времени не хватало, чтобы везде побывать. Я думала, что вот поступлю, и тогда уж точно везде нагуляюсь. И я поступила. Легко поступила. На бюджет. Да еще и общежитие дали. Представляешь, какая я счастливая была, когда списки вывесили. Да я летала от счастья.

А когда я приехала сюда уже учиться, тут-то жизнь и начала быть ключом. Большим таким, гаечным, - Лера хмыкнула, но не весело, - Началось с того, что поселили меня со старшекурсницами. А у них каждый день, то одни в гости придут, то другие. И каждый раз вино, водка. В комнате дым стоял коромыслом, хоть топор вешай. Я только в выходные и отсыпалась, когда они в ночь с пятницы на воскресенье уходили по клубам тусить. Как они до третьего курса доучились, не представляю. Как их не выгнали?..

Я, чтобы реже в общаге находится, да и чтоб от родителей финансово не зависеть, пошла работать в кафе официанткой. Здорово было. Кафе рядом с общагой, я сразу после пар туда и до закрытия. Коллектив был нормальный. Вроде полегче стало. Там я и подружилась с Анькой. Она тоже у нас официанткой бегала. Только мы в разных институтах учились. Я на дизайнера, она на инженера-технолога. Потом она со своей одногруппницей решила квартиру снять, предложила с ними жить, чтобы вообще со своими соседками не встречаться. Я согласилась, конечно. И думала, что мои временные трудности кончились, - Лера вздохнула. Помолчала и продолжила, - Если бы кто-нибудь мне сказал тогда, что эти трудности это так, маленькие затруднения, я бы ни за что не поверила бы. Эх, знал бы прикуп, жил бы в Сочи. Родителям я сказала, что живу у подружки, у которой своя квартира в Питере есть, чтобы не напрягать их, что надо за квартиру платить. Только вот работать теперь надо было больше. И я ничего не видела. Утром пары, вечером и в выходные кафе. Домой приползала и вырубалась. Учиться совсем некогда стало. Начали хвосты отрастать, - Лера опять хмыкнула, - Первую сессию завалила. Думала, выгонят. Нет, оставили. Сказали, что можно до следующей сессии хвосты досдать. Я домой приехала на каникулы, как принтер рисовала, чтобы все долги погасить. Кое-как к апрелю обрубила все анатомически-лишние конечности. Правда, света белого опять не видела. Иногда даже есть забывала. Хорошо, надо мной в кафе наша повариха тетя Шура шефство взяла. Она следила, чтобы я хотя бы раз в день горячего поела.

Анька из кафе ушла, сказала, что учиться не успевает и ей родители теперь деньги присылают. Это потом оказалось, что она, оказывается, из института вылетела вместе Ларисой (это ее одногруппница, которая в нашей квартире третьей жила) и деньги ей не родители присылали, а ухажер давал.  Этот Вадик к нам часто приходить начал. И не один, а с друзьями. Иногда ночевать оставался, мне тогда приходилось в общагу тащиться. Там мне тоже рады не были. А куда деваться?

Так первый год у меня и пролетел. Институт-работа-дом, институт-работа-дом. Вторую сессию тоже завалила, только и хвостов было больше, и настроение уже ниже плинтуса было. У меня вообще единственное желание было тогда - выспаться! Я летом домой приехала сутками спала первые недели две. Уже к концу лета поняла, что на фиг никакой Питер мне не нужен. Но я думала, это просто усталость. Да еще и мама уговаривала, что первый год в институте всегда самый сложный. Короче, в сентябре начался второй акт марлезонского балета. Только всё жестче стало.

Кафешку нашу закрыли. Пришлось другое место искать. Нашла быстро. Правда уже не так близко, но и денег было побольше, меня повысили до бариста. Я еще на старом месте начала учиться кофе варить. Так что на новой работе были рады такому приобретению. Даже отправили меня на курсы барменов, чтобы я могла не только кофе варить, но и коктейли смешивать. На курсах в основном парни были, нас там девушек было всего три. Золотое время было, - Лера откинула голову и улыбнулась, вспоминая, - нас только что на руках не носили. Правда, там меня курить научили. Как говорится, с кем поведешься, тот сам и виноват.

Учебу я совсем забросила - курсы днем были, так что либо институт, либо курсы. В общем, на работе всё было классно. А вот дома. Мне фактически жить негде стало. Вадик практически поселился у нас. А в общаге две мои прошлогодние соседки уже привыкли вдвоем жить, и выживали меня качественно. Я тогда и поняла, что если язык не протянешь, сожрут. Спасибо им за науку, теперь я за словом в карман не лезу, а от моего языка все шарахаются. Ну, те, кто не привык. Но долго выносить своих кумушек я не могла, поэтому и предложила Аньке снять двушку, чтобы они с Вадиком в отдельной комнате обитали. Лариска тогда уже тоже съехала от нас. Вадик квартиру нашел, и даже с меня брать больше не стал. И вроде бы жизнь налаживаться начала, если не считать того, что институт я, практически, бросила.

А после нового года понеслось... Анька с Вадиком решили, что жизнь - это сплошной праздник, и новогодние каникулы у них затянулись до февраля. Откуда деньги брали, понятия не имею, но гуляли если не каждый день, то через день точно. Правда, меня это не сразу напрягать начало, поскольку это ж Анька моя. Она ж пельшая подружка дней моих суровых. Я даже с ними время от времени зависала. Весело было. Только мне утром на работу, а они спать. И получалось, что они отдохнут и ночером с новыми силами праздновать, а я...

Лера замолчала. Алексей тоже молчал, и даже пошевелиться боялся. Прошло несколько минут. Лера тяжело вздохнула и продолжила:

- В один прекрасно-ужастный день я решали поговорить с Анькой. И поняла, что занятие это бесперспективное, поскольку меня не слушали и не слышали. Решила я, что просто не буду больше участвовать в их празднике жизни, а им это не понравилось. И очень активно они начали меня в свою компанию затаскивать, - Лера снова замолчала и напряглась. Алексей понял, что она дошла до самого неприятного в своем рассказе, - И кончилось наше противостояние неожиданно и очень паршиво. В тот вечер я была после трех двенадцатичасовых смен. У меня одно желание было - вырубиться. И очень удачно дома никого не было. Я, по-моему, заснула даже раньше, чем до подушки добралась. А проснулась от того, что меня кто-то лапал, - Леру передернуло от воспоминаний, а ее лицо исказила гримаса брезгливости, - Оказалось, что Анька с Вадиком притащили домой из клуба компанию, чтобы продолжить банкет, и один из дружков Вадика решил, что я вполне ему подхожу на роль подружки сегодня ночью, - Лера опустила голову на колени, а у Алексея непроизвольно сжались челюсти, - Я еле отбилась, Анька помогла. Выскочила из квартиры в пижаме. Хорошо обуться успела. Как добралась до общаги, не помню. В комнате дверь мне не открыли, а ключей у меня не было. Так и просидела на подоконнике на лестнице до утра. А утром, когда комендант пришла, выяснилось, что общежития меня лишили, потому что мои соседки сказали, что я живу на квартире и в общаге не нуждаюсь. Хорошо, хоть вещи оставшиеся никуда не дели. Я вещи собрала, а куда идти не знаю. Позвонила Аньке, она мне сказала, чтобы я пока не приходила, потому что компания еще не разошлась. Спят все. Я попросила ее сообщить мне, когда можно будет прийти и на работу рванула. Вот тогда я и поняла, что сыта Питером по самые уши. Прямо с работы заказала билет домой, уволилась, вечером забрала из квартиры свои шмотки и сбежала домой. Ненавижу этот город! - С чувством произнесла Лера.

Алексей тихонечко дотронулся ей до плеча.

- Но это же не город виноват. Это же тебе такие люди попались. Но хорошие же тоже тебе здесь встретились.

Лера дернула плечом, скидывая руку:

- Были, но этот город меняет людей. Он выжигает из людей всё хорошее, а оставляет гадость. Анька классная девчонка была. А что с ней стало? Я чуть себя не лишилась. Хорошо вовремя сбежала.

- А я? А как же я? - Алексей попытался переключить Леру с мрачных мыслей.

- Ты? Не знаю, не знаю. - Лера скептически оглянулась на него, - Ты актер.  Может, ты притворяешься хорошим?