Первый горн (ЛП) - Швартц Ричард - Страница 14

— Ещё недолго мёртв.

Он огляделся в конюшне, взглянул наверх, где за нами наблюдала остальная семья, потом снова на нас.

— Вы ничего не слышали? — задала Лия вопрос, который крутился у меня на языке.

— Сегодня утром животные были неспокойными. Я уже собирался спуститься вниз и лично подоить чёртовых коров. Было бы не плохо, иметь тёплое молоко к завтраку.

Но больше я ничего не заметил.

— Вы стояли на страже? — был мой вопрос.

Погружённый в мысли, он почесал между ног и выплюнул кусок жевательного табака. Его плевок чуть не попал мне на сапог.

— Не в том смысле, о котором думаете вы. Я сам лежал возле лестницы. Мы наложили друг на друга тюки сена, таким образом выстроив помещение… Чтобы добраться до моих господ, кто-то должен был сначала перелезть через меня. Кстати, меня зовут Штернхайм.

— Я Хавальд, это Маэстра де Гиранкур.

— Ваша дочь? — спросил Штернхайм

— Нет, — лаконично ответила Лия. Мы все зачарованно смотрели на то, как её лицо залилось румянцем. — Он мне не отец.

Штернхайм пожал плечами.

— Вкус у всех разный, — он снова посмотрел на мёртвого конюха, потом поднял взгляд к лицам наверху.

— Это вызовет проблемы. Он потребует, чтобы для него освободили комнату.

— У меня больше нет свободных комнат, — напомнил ему хозяин постоялого двора. Штернхайм снова пожал плечами. — Вообще-то, по большей части он благоразумен, но иногда…, — он сделал отличительный жест рукой возле своего виска. — Это будет напряжённый день.

— И вы действительно ничего не слышали? — переспросила Лия. — Ничего?

— Ничего похожего на то, что должен был бы услышать, — он посмотрел на мёртвого парня. — Он не выглядит так, будто умер тихо.

— И вас это не беспокоит? — спросила Лия.

— Меня? — снова пожатие плеч. — Если он приблизится ко мне, то получит сталь в живот, а значит тема для меня закрыта. Мне только интересно, где эта тварь спряталась.

Я взирал на него, пока он не посмотрел мне в глаза.

— Это, друг мой, очень хороший вопрос, не находите?

7. Бестия

— Что мне делать? — тихо спросил хозяин постоялого двора.

Я посмотрел на него.

— Позаботьтесь о животных.

Мы обменялись с Лией взглядами. Она слегка кивнула.

— А мы позаботимся о парне и собаке, прежде чем они примёрзнут к земле.

Пока мы этим занимались, другие гости осторожно проходили мимо, бледные лица и распахнутые от ужаса глаза смотрели на нас и на то, что мы заворачивали в старые простыни. Собаку и её молодого хозяина мы отнесли в складское помещение, которое находилось рядом, и уложили в ящик. Там было достаточно холодно.

Затем я соскоблил землю. Утомительное занятие, потому что она уже начала замерзать, сложил её в мешок и решил мешок тоже поместить на складе в ящике, рядом с телом парня. Когда я с мешком в руке зашёл на склад, я увидел, как Лия стоит на коленях перед небольшим алтарём и молится.

Я молча избавился от мешка с пропитанной кровью землёй и стал ждать, когда она закончит.

— Нам понадобится любая помощь, — сказал я.

Она медленно кивнула, а потом спросила:

— Могу я что-нибудь сделать?

— Принесите бутылку вина из трактира. Я помогу хозяину постоялого двора подоить коров.

— А для чего вино? Вы же не хотите с утра пораньше…

— Просто принесите. Потом всё увидите, — она бросила на меня вопросительный взгляд и ушла.

Вдвоём это был вопрос всего нескольких минут, и мы подоим всех оставшихся коров. Ещё прежде, чем я начал, хозяин постоялого двора уже большинство из них облегчил.

— Сэр, — позвал он. — Посмотрите на это.

Я подошёл к нему, он был бледен, ещё бледнее, чем, когда увидел паренька. Он протянул мне ведро; незадолго до этого он опорожнил его в большой чан, поэтому в ведре было не так много молока. Оно выглядело странно, потом до моего носа дошёл запах.

— Посмотрите, — он протянул руки к вымени и коротко подоил. Корова несчастно замычала.

— Свернулось.

Свернулось в вымени. Хозяин и я онемели. Корова стояла недалеко от того места, где лежал паренёк, и она была не просто возбуждённой. Когда я положил руку на её шкуру, я почувствовал, как она дрожит.

— Никому не рассказывайте об этом, — приказал я хозяину постоялого двора.

Он только кивнул и продолжил доить корову. Я не знал, что с ней случится, если это молоко останется в вымени, да и не хотел знать.

Я закончил с моей последней коровой, когда появилась Лия с бутылкой в руке. Я подошёл к ней, отбил кинжалом горлышко бутылки и залил один глоток в горло, за что заработал неодобрительный взгляд с её стороны.

— Не самого лучшего года, — поморщившись сказал я.

Кислое, как и большинство вин. Но хорошо подойдёт для того, что я собирался с ним сделать. Я распределил содержимое по полу.

— Животным не нравится запах вина. Но всё же он нравится им больше, чем запах крови.

Она посмотрела на меня и поняла.

— Меня успокаивает то, что вы не пьяница.

— В нынешней ситуации это не имеет значения. Мы все вынуждены полагаться друг на друга, пьяницы или нет.

Я выбросил бутылку в бочку, где уже лежал другой мусор и подошёл к моему жеребцу, который поприветствовал меня укоризненным взглядом, говорящим, что я слишком мало заботился о нём.

Лия тоже подошла к своей лошади, мы вывели обоих из стоила и провели спокойное и безмолвное время, чистя и кормя наших животных. Она ездила верхом на кобыле, и как мне показалось, наши лошади разглядывали друг друга так же недоверчиво, как иногда делали их наездники.

Я как раз чистил копыто Зевса, когда Лия нарушила тишину.

— Итак, Хавальд, что вы думаете?

Я вытащил грязь из копыта и жестом показал Зевсу поднять другое, что он послушно и сделал.

— Две вещи: оно ещё здесь, и это не обычное животное.

— Да, — сказала она. — У меня появились подобные мысли, даже если мне сложно в это поверить. Полагаете, парень был целью, или это просто совпадение?

— Понятия не имею, — ответил я и повернулся к задним копытам Зевса. — В следующий раз будем знать.

— Думаете, будет следующий раз?

— Да. Что бы это ни было, он хищник. Хищники, когда могут, жрут каждый день. Он не сможет устоять, — я похлопал Зевса по спине, и тот повернув ко мне свою голову, посмотрел своими большими глазами.

— Готово, мой мальчик.

Я отвёл его обратно в стоило и дал сморщенное яблоко, которое украл из небольшой бочки возле входа. Зимнее яблоко или нет, Зевс быстро с ним разделался.

— А здесь еды в изобилии, — я поднял руку вверх, так чтобы Лия её видела. — Когти шире, чем мая рука, когда я расширяю пальцы. Следовательно, оно большое, возможно такое же большое, как я. И сильное. Я не смог бы бросить собаку так далеко, как её бросил этот зверь. У него морда такая же большая, как у медведя, возможно даже больше. Но это не медведь.

— А что тогда?

— Этого я не знаю. Но я кое-что покажу вам.

Она отвела свою лошадь назад, заперла стоило и последовала за мной. Я использовал свой кинжал, чтобы вырезать кусок земли и прислонил его к двери конюшни, чтобы тот быстрее замёрз. В куске, пропитанной кровью земли, остался отпечаток лапы.

— Я не помню, чтобы видела там следы, — сказала она.

— А их и не было видно. Вот этот, был скрыт под тканью куртки паренька.

— Вы хотите сказать, что зверь устраняет свои следы?

— Да.

Мы исследовали отпечаток. Он и в самом деле был такой же большой, как медвежья лапа. Но такие следы были мне знакомы, я достаточно часто встречал их в снегу и знал, что речь идёт о чём-то другом.

— Волк, — сказала она.

— Да, вероятно. Но волк внушительных размеров.

— Только не говорите мне, что это оборотень! Это всё сказки, — сказала она в надежде, что тема будет закрыта, но в то же время сама в это не верила.

— Говорят также, что драконов не существует. Но я сам видел одного.

— Ну, насчёт драконов я и сама знаю. Но всё же с удовольствием послушаю вашу историю, — сказала она в ответ.