Первый горн (ЛП) - Швартц Ричард - Страница 69

— Или же респектабельная женщина, — наконец сказал он.

— О, вы знали, что она респектабельная? Что-то этого не было заметно, — цинично произнёс я.

Он поднял взгляд.

— Как вы думаете, сколько потребовалось бы времени, чтобы один из моих людей поимел её, если бы я не заявил на неё свои права?

— Если бы, да кабы! Вы хотели её защитить? Сейчас об этом легко говорить.

— Да. Но почему вы должны мне поверить? — он вздохнул, вытащил из дублета деревянную ложку и начал хлебать суп.

Я не видел причин отвечать. Я ему не верил.

— Он хорош, вам следует тоже попробовать.

— Вы подсели ко мне по этой причине? Чтобы поговорить о супе?

Он чуть помедлил.

— Нет, конечно нет. Я думал, что вы захотите узнать что-нибудь о бароне. Я удивляюсь, что вы не задаёте вопросов.

— Насколько я могу судить, барон спланировал всё заранее, — сказал я.

Я предполагал, насколько заранее это было.

Янош помахал ложкой.

— Он уже много месяцев назад связался со мной. Он нашёл меня в Лассандааре.

— Почему он выбрал вас?

— Он искал кого-то, кто сделал бы грязную работу. Не то, чтобы у него были угрызения совести, но он любит перекладывать такие дела на других.

— И тогда он подумал о вас.

— У Яноша Тёмной руки есть определённая репутация. Дело, но прежде всего оплата меня устроили. Я собрал пять человек, которым была известна моя репутация и направился сюда.

— Какое у вас было задание?

Он откинулся на спинку стула.

— Кроме грязной работы? Отвлекать внимание. В то время, как все со страхом смотрели на нас, но мог действовать незаметно.

— Что вы можете рассказать мне о нём?

— Я не знал, что он некромант, не знал, что нечто подобное вообще существует. Я считал его Маэстро. Он и его люди очень хорошие бойцы и абсолютно безжалостные. И…, - он колебался, — вроде как чокнутые. Две воительницы, которых он выдавал здесь за своих дочерей и двое его мужчин подчиняются ему во всём. Он каким-то образом их контролирует. Со Штернхаймом я не совсем уверен. Он его правая рука, и он передавал мне приказы, — он посмотрел на свою тарелку. — Я однажды видел, что он творит со своими женщинами. У них есть больше причин, чем у кого-либо другого, убить его. Барон извлекает свою силу и страсть из крови, отчаяния и боли, возможно, и свою магическую силу… Вы видели, что он сделал с шахтёром.

— Хороших же друзей вы себе выбрали. Вы знаете, чего он добивается?

— Он предложил мне часть сокровищ, но он ищет кое-что другое. Он ищет ключ, и фантазировал о том, что станет самым могущественным магом, который когда-либо существовал.

— Император Талака и Асканон обрадуются, услышав об этом, — сухо сказал я.

— Я не знаю, жив ли ещё Асканон. Талак же, напротив, уже должен знать о бароне. Так как он дал мне красное золото империи Талак, чтобы нанять других.

— Он работает на империю Талак?

Янош кивнул.

— Я так думаю. Преследует ли он какие-то собственные цели, об этом знает только он сам.

— Что вы знаете ещё?

Янош ухмыльнулся.

— Ему снятся кошмары. Мужчина преследует его во сне. Это просто наслаждение, видеть, как он скулит, когда просыпается. Я слышал, как он кричал: сержант, нет, нет! Снова и снова, — Янош оскалил зубы. — Поделом ему, — он увидел моё лицо и приподнял вверх бровь.

— Почему вы так мрачно улыбаетесь?

— Я рад слышать, что сержант смог это сделать.

— Вы знаете сержанта?

— О да. Вы тоже ещё с ним познакомитесь, — кое-что другое пришло мне в голову, и я выпрямился на стуле, чтобы испытующе посмотреть на него. — Янош, Тёмная рука командует сотней человек. Почему вам нужно было собирать людей?

— Моя удача оставила меня полгода назад, королевский отряд уничтожил моих людей.

— Вы смогли сбежать?

— Я ведь сижу здесь, не так ли?

— Можно было бы подумать, что такая новость быстро распространится, — сказал я.

Он пренебрежительно махнул рукой.

— Я не знаю, почему солдаты королевы не хвастаются своими подвигами. Может они хотели поймать других.

— Может быть.

Я снова откинулся на спинку стула.

— То, что вы мне рассказали, не так уж и много. У вас есть что-то, что было бы для меня полезным? Я тоже считаю, что он заслуживает эти кошмары, но какой мне от этого прок?

— У него есть военная подготовка, он может читать и рисовать карты, знает десятки разных языков. У него исключительно хорошие рефлексы, и он крепкий орешек, но сил у него маловато. Он может обращаться с мечом, но попытается быстро закончить бой, потому что быстро устаёт. Это всё, что я знаю, мы ведь не близкие приятели.

— Скажите, вы когда-нибудь слышали имя Бальтазар?

— Да. Однажды он слишком много выпил. Говорил о том, что Бальтазар всё ещё никак не успокоится, но скоро это закончится.

Тарелка была пустой, Янош вытер ложку о свои брюки и спрятал её.

— Есть ещё кое-что, — сказал он, когда вставал. — Он хочет стать богом.

— А кто этого не хочет. Куда вы идёте?

Он поднял тарелку.

— Если она не откажет мне, возьму добавку.

— У вас хороший аппетит для того, кто скоро умрёт.

— Ешь, пока можешь. Это первое, что узнаёшь, когда становишься солдатом. Умереть всегда успеешь, поесть нет.

— Когда вы были солдатом?

Янош ухмыльнулся.

— Никогда. Слишком много дисциплинарных мер.

Сказав это, он окончательно отвернулся. Я смотрел ему вслед, но слишком устал, чтобы размышлять о том, что он мне рассказал.

Были ещё некоторые вещи, которые не складывались. Подумаю об этом позже. Натянув на себя дублёнку, я закрыл глаза.

— Мы готовы, — услышал я голос, говорила Лиандра.

Я зевнул, потянулся и встал. Она стояла рядом и смотрела мне прямо в лицо.

— С тобой что случилось, Хавальд. Ты выглядишь отдохнувшим.

— Такой сон творит чудеса.

— Хотелось бы мне, чтобы у нас была свеча, отмечающая часы, но прошло скорее пять, а не три часа. Хавальд, твоё лицо…

— Что с ним?

Она подняла руку и нежно провела по моей щеке.

— Оно более гладкое, кажется моложе.

Я взял её руку и поцеловал.

— Видишь, как иногда необходим хороший сон.

Остальные стояли вокруг. Янош слева, Зокора справа. Я оглядел мой маленький отряд. Все в ожидание смотрели на меня. Я ненавидел обращения с речью, но иногда бывают моменты, когда они необходимы. Поэтому я посмотрел на каждого, прямо в глаза, чтобы проверить, будет ли кто избегать моего взгляда. Но никто из них не опустил глаз.

— Значит говорите, что готовы? — спросил я. — Вам не хватает ещё годика муштры, но добрые намерения для меня ценнее. Я буду командовать, Зокора разведывать, сэра Лиандра думать, а вот умирать привилегия за Яношем. Если кто хочет знать, почему командую я, ответ очень прост. У меня больше опыта. Мы разделимся на четыре группы. Один шахтёр в каждой группе, осторожно с арбалетами. Каждый из нас, а под нами я подразумеваю Яноша, Зокору, Лиандру и меня, поведёт одну группу. Итак, ты, ты, ты и ты — вы моя группа. Следуйте за мной.

Я прошёл к следующему свободному столу.

— Раз вы уже настолько готовы и хотите выдвигаться, снимайте свои доспехи и складывайте здесь на стол. Хозяин!

Эберхард поспешил ко мне.

— Мне нужен свиной жир. Кадки будет достаточно и сажа.

— Сажи у меня хватает, — сказал Эберхард.

Зокора посмотрела на меня, приподняла вверх бровь и улыбнулась. Затем она выбрала себе людей и отослала их ко мне.

— Вы четверо будите со мной. Идите к Хавальду и следуйте его указаниям, — сухо сказала она.

Янош и Лиандра тоже отобрали себе людей и приказали им подойти к моему столу.

У меня было собственное представление о том, что нам понадобится там внизу, и большую часть хозяин постоялого двора уже достал. Его склад и прежде всего его знание о том, где что находится, были действительно удивительными.

Четыре пакета изюма с орехами для каждого, четыре рациона мяса. Два кинжала, две пары перчаток, три пары носков. Пятьдесят болтов для четырёх арбалетов. Точильный камень. Восемь фонарей. Для каждого верёвка в десять раз длиннее человека, обмотанная вокруг талии. Крючок, верёвка для крючка, воск. Сорок звеньев для кольчуг и плоскогубцы для каждой группы из четырёх человек. Прокипячённое полотно, разорванное на полоски, три рулона на человека. И так далее. Это были не элитные солдаты, но я не видел причин в том, чтобы не обращаться с ними как с таковыми.