Потерянная Морозная Девочка (ЛП) - Уилсон Эми - Страница 38

— И это все? — прерываю его я, немного уязвленная тем, что меня назвали «маленьким безобразием». — Значит, вот в чем дело?

— В чем еще? — спрашивает он, смотря на меня. — Когда ты существуешь только по одной причине, а другая вмешивается в это, то нет большего стимула для ярости.

— 44-

— Мы должны помочь, — шепчу я Айвери и Мэллори, пока внимание Зеленого Человека обращено к спору, происходящему на поляне у озера. — Джек численно превосходит, так ведь?

Айвери с каменным выражением лица пожал плечами.

— Владычица Озера не заступится за него — она никогда это не сделает. Майская Королева и Граф против Джека и Северного Ветра… Не уверен, кто победит.

— Но все… все спрайты и гоблины на стороне Графа. Разве не видишь? — мы выходим к собранию из ветвей Зеленого Человека. — Они думаю, что Джек борется против гармонии природы или вроде того.

— Он вроде как делает это, — говорит Айвери.

— Но разве это не так? Природа — это же не только ромашки и радуги, да?

— Нет, это не так, — говорит Мэллори. — Есть и опасность, и непредсказуемость… вот что делает это тем, чем оно является.

Айвери с удивлением смотрит на нее.

— Что? — горячо спрашивает она. — Просто потому, что я человеческое пятно, это не значит, что меня это не волнует. Я такая же значимая часть мира, как и ты, понял? — она задирает подбородок, и Айвери, покачав головой, ухмыляется.

— В любом случае, — говорю я, — факт в том, что Граф мухлевал, когда пытался изгнать Джека. Он планировал это годами. Мы должны призвать его за это.

Прежде чем я смогла сказать что-либо еще, Айвери выдвинулся из убежища Зеленого Человека, вызывая свирепый ветер, который раскинул ветки и листья с нашего пути. Я схватила Мэллори и пошла за ним, пока он направлялся прямо к Королевскому Суду, едва слыша удивленный рев позади нас.

— Мальчик, возвращайся в свое укрытие! — взревел Граф, когда увидел приближающегося Айвери. — Мы разберемся с тобой позже!

Он двинулся к сыну, но Джек шагнул прямо между ними, подталкивая Айвери, покровительственно закрывая его одной рукой.

— Чего ты испугался сейчас, Граф? — требует он, все еще с юмором в голосе. — Какой постыдный факт твой сын имеет в рукаве?

— Смешно! — рявкнул Граф, его пестрая кожа потемнела, длинные ветви беспокойно шевелятся. Майская Королева уверено стоит на его стороне. Ее зеленые глаза свирепы, когда она смотрит на Джека с Айвери, а затем на Мэллори и меня, а гоблины скалят зубы, но среди спрайтов и фейри мгновенно возникает неразбериха. Они отвлекаются от Графа, вполголоса перешептываясь между собой. Из того, что я могу понять, отношения между Графом и Айвери их волнует, так же как и меня.

— Это смешно, отец? — низким голосом спрашивает Айвери, поймав взгляд Графа. — Ты, правда, думаешь, что я встану против тебя здесь без уважительной причины?

— Причины? — задыхается Граф. — У тебя очень мало причин, мальчик. Твоя мать позаботилась об этом. Она была слишком слаба для этого мира, и тебя коснулось то же безумие!

Он знает, я поняла. Он знает, что мы добрались до сути. Он знает, что если даст нам говорить, если он позволит Королевскому Суду действительно нас услышать, то окажется опозорен.

— Просто скажи это, — шепчу я, приближаясь к Айвери, скрещивая пальцы с его, огромная волна облегчения проносится через меня, когда он крепко сжимает мою руку и делает глубокий вдох.

— Ты с ней в сговоре! Она так же окрутила тебя? — ревет Граф, подходя ближе. Я чувствую дуновение его запаха: теплый и ярко медный, но под ними, вонь гниения. Майская Королева смотрит на меня, и я вздрагиваю. Ее глаза широко распахнуты, и они впитывают каждую мою частичку, и, кажется, видят меня всю, все, кем я могла быть. Они внушительны вместе, его ярость и ее молчаливая решимость решают все. Айвери отнимает свою руку у меня и выпрямляется, будто мы пойманы их заклинанием. Никто из нас не может сказать, что мы ожидали этого.

— Ты сделал это! — прозвучал голос Мэллори. Она делает шаг вперед, такая крошечная перед Графом, но еще и бесстрашная. Мое сердце стучит, и я заставляю себя двигаться, чтобы встать рядом с ней, но не могу пошевелиться. Взгляд Майской Королевы заманил меня в ловушку.

Мэллори скрестила руки в жесте, который мне хорошо знаком. Теперь она не собирается отступать. Я никогда не была за нее так горда или так волновалась за нее. Граф нависает над ней, его лицо изображает шок и негодование, и весь Королевский Суд ждет, прислушиваясь, загипнотизированный их противостоянием.

— Ты отправил мать Совы к Джеку, давая свою силу заклинанию, которое она произнесла. Ты заставил их создать Сову, все, для того, чтобы опорочить Джека, чтобы суметь его выгнать!

Никто не шевелится. Даже бледные шары грибов, кажется, мерцают, когда слова Мэллори облетают Королевский Суд. Как будто она произвела взрыв: тихую, смертельную бомбу, которая на долю секунды потрясла саму суть этой реальности.

— Нет! — выдохнула наконец Владычица Озера. Она все это время молчала, наблюдая за всем этим, светясь изяществом, казалась совершенно непроницаемой. Сейчас это ушло. Ее кулаки сжались от ярости, пока она переводит взгляд от Мэллори к Графу и видит блекс правды в его глазах, прежде чем тот успел скрыть его. Майская Королева плавно отступает от него, как будто не имеет ничего общего с этим всем, пока сова планирует, чтобы приземлиться на плечо Владычицы Озера, и я нахожу, что снова могу двигаться.

Я бегу к Мэллори, беру ее руку в свою, встаю рядом с ней против возвышающей ярости, которую вижу в каждом дыхании Графа. Он оглядывается на собравшуюся толпу, почти инстинктивно отошедшую от него. Он осторожен, чтобы не взглянуть на Майскую Королеву, интересно, какую власть над ним она имеет, и будет ли он отвечать за все.

Джек и Северный Ветер подходят, чтобы встать рядом с Мэллори и мной, и Граф сейчас один напротив нас.

— Это еще что? — требовательно спрашивает он, с паникой в голосе. — Айвери!

— Да? — Айвери прорвался через нас и встал перед отцом.

— Что за безумие ты распространяешь? Я должен был оставить тебя в той лачуге. Я должен был оставить тебя умирать вместе с твоей ненормальной матерью. Я не должен был признавать тебя, давать тебе приют здесь, давать тебе место, как своему сыну! — слюна летит, пока он рыдает, каждое слово говорит об его отчаянии. — Это ложь! Зачем мне создавать больше таких, как вы, искаженного слабостью человечества? Зачем мне давать силу стихий человеческому ребенку? Что вы там выдумали между собой? Это Джек делает? Он сговорился, чтобы ты лгал передо мной?

Айвери сдерживается, чтобы не ответить на ядовитые слова своего отца, и я хочу вмешаться, я хочу заорать на Графа, подбежать и оттолкнуть его от сына, и вижу, что Мэллори чувствует то же самое — но мы не можем. Джек и Северный Ветер берут наши руки в свои. Их взгляды предостерегают нас.

— Почему? — отчаянно шепчу я.

— Это сражение Айвери, — шепчет Джек в ответ. — Не думаешь, что он заслужил это после стольких лет?

— Я услышал тебя, — говорит Айвери, тяжело дыша. — Ты не мог сдержать тебя, ты был так доволен тем, чего достиг. Для тебя не имело значения, что ты разрушаешь то, что установила на этом месте Мать Земля, что ты нагружал Сову невыполнимой работой ее отца. Ты избавился от него. Ты думал, что у тебя легкий путь, что осень сочетается с весной. Ты думал, что тогда случится с миром? Или ты был так одурманен ею, — он смотрит на Майскую Королеву, которая безмятежно наблюдает, казалось бы, совершенно не обращая внимания на его слова, — что ты забыл, зачем ты здесь, для чего это все? Ты действительно стоишь здесь и называешь меня лжецом, зная, что это не так? Неужели для тебя ничего не значит, что я… что я…

Его голос сорвался, и внезапно я что-то почувствовала в воздухе. Что-то что горит и жалит каким-то бешеным гневом. Нахмурившись, я смотрю на Графа и Майскую Королеву. И я вижу это там, в ее глазах. Разъяренная и переполненная злобой, она зарядила воздух своей силой: напряжение, которое густо собирается вокруг нее, просто ждет, чтобы его выпустили. Я смотрю на Джека и вижу, что он тоже почувствовал это — он просто не понял, от кого это исходит. Я пытаюсь указать взглядом на Королеву, но он не смотрит на меня. Он смотрит на Графа.