Любовь под прикрытием: Если он женат на работе - Стайлз Мелани - Страница 17

— Катя… — произнес мужской голос в прихожей, с перепугу показавшийся ей незнакомым.

Она закричала, и Доминику стоило немалого труда ее успокоить…

Придя в себя, Катя зажгла стоявшую на столике лампу. На полу валялись черепки, перемешанные с землей, — с испугу она смахнула со стола горшок с фиалками.

— Нервы ни к черту…

— Извини, это я виноват. Я… забыл тебе сказать…

— Что?

— Э-э… Не помню… Разреши, я помогу тебе прибраться.

Когда все было прибрано, Доминик опустился в кресло, как будто собирался остаться в нем навсегда. Катя обрадовалась. Неужели он действительно передумал? Неужели у них впереди еще одна ночь? Она села напротив.

— А ты когда-нибудь испытываешь страх? — спросила Катя.

— Конечно.

— А чего именно ты боишься?

Лицо Доминика помрачнело.

— Я боюсь ящериц, — соврал он.

— А разве ты не боишься попасть в тюрьму или погибнуть в перестрелке? — продолжала выспрашивать Катя.

— Мы все смертны.

— Конечно, но ведь никто не торопится на тот свет. Почему ты не выбрал другую профессию? Ты мог бы заняться розничной торговлей или стать врачом…

— Катя… — начал было он, но тут же замолчал.

Доминик понимал, к чему она клонит. Кате хотелось направить его на путь истинный. Но все ее попытки неуместны — ведь он и не сходил с пути.

— Хочешь, я узнаю, какие вакансии есть в нашем научно-исследовательском центре? — спросила она. — Ты где-нибудь учился?

Она задавала и задавала вопросы, пока наконец Доминик не понял, что больше не в силах скрывать от нее правду.

— Катя, я, наверное, давно должен был тебе сказать. Но я не мог — это не только моя тайна. В общем, я полицейский.

Катя оторопело молчала. Она не ослышалась?

Кажется, нет. Это она прочла в глазах Доминика.

— О Боже, как я счастлива! — прошептала она.

Доминик отлично знал, что ему следовало молчать, но уже не мог остановиться.

— Я тайный агент, работаю под прикрытием, — признался он.

— Расскажи мне…

Доминик грустно улыбнулся:

— Вот этого я не могу. Но кое-что…

И он рассказал ей о своем прошлом — об учебе в полицейской академии, где был лучшим на курсе, о наградах, которые сейчас не мог открыто носить. Он поведал ей то, о чем еще никому не рассказывал.

— Значит, ты подкапываешься под Винни? — выслушав его, спросила Катя.

— Не надо меня расспрашивать. Поверь, так будет лучше для нас обоих.

— Но я могла бы тебе помочь!

— Нет, полицейским запрещено привлекать к работе гражданских лиц, таковы инструкции, — солгал он.

Катя почувствовала, что теперь ее очередь открыть перед ним душу, и стала рассказывать ему о своей жизни, об отце, который не понимал ее, о матери, бросившей их ради бездарного музыканта… Они разговаривали до трех утра. Заметив, что у Кати слипаются глаза, Доминик спохватился.

— Ты устала, — сказал он, — я, пожалуй, поеду домой.

— Нет, останься, — попросила Катя. — Теперь, когда я знаю правду о тебе, у нас нет никаких причин расставаться.

Доминик покачал головой:

— И все же нам лучше не встречаться… По крайней мере пока я выполняю это задание.

— Разве агентам, работающим под прикрытием, запрещено иметь личную жизнь?

— Да, запрещено, — твердо сказал Доминик.

— Что ж, тогда иди, — после паузы холодно произнесла она.

И повернулась, чтобы проводить его до двери. Еще шаг — и все… Но Доминик снова заговорил:

— Пойми, Катя. Я буду пропадать целыми днями, а может, и неделями или месяцами, и ты даже не сможешь позвонить мне. О Боже, ты даже не знаешь мою настоящую фамилию!

Катя взглянула на него.

— Моя любовь не принесет тебе счастья, — закончил он.

— Я умею жертвовать малым ради достижения своей цели, а чем можешь пожертвовать ты? — заявила она. — Впрочем, вряд ли ты поймешь меня. Прощай.

— Неужели ты считаешь меня легкомысленным типом? — возмутился он. — Неужели ты думаешь, что я не хочу встречаться с тобой из-за какой-то прихоти? Да я был бы счастлив любить тебя, но я не знаю… могу ли я позволить себе это!

— Потому что это слишком опасно? — насмешливо спросила она.

— Да.

— Спасибо за работу на благо Чикаго и за заботу обо мне! А теперь проваливай!

Доминик нервно пригладил волосы. Расстаться с любимой женщиной? Как бы не так! Кстати, мафиози уже знают, что она его подружка. Поздно что-то менять!

— Мы можем договориться, как нам поддерживать связь во время моих отлучек, — сказал он. — Существуют разные шифры, коды и условные знаки.

Лицо Кати смягчилось.

— Я подумаю… Но только если ты скажешь хотя бы, как тебя на самом деле зовут.

— Меня зовут… Доминик Сальваторе Кордано!

— Ого! Проверить я не могу, поэтому верю на слово. Итак… ты, значит, решил, что нам все-таки стоит попробовать… любить?

— Да, если ты доверяешь мне. Но никому ни полслова! Ни отцу, ни подругам!

— Я астрофизик и умею уважать установленные правила — без них космос станет хаосом.

Доминик обнял и поцеловал ее.

— Сделаю Винни и его компашку и переведусь в отдел по борьбе с наркотиками или в полицию нравов. В сравнении с работой под прикрытием это детская забава.

Катя оттолкнула его:

— Я не хочу, чтобы ты забавлялся с проститутками!

— Ого! Да ты, похоже, ревнуешь!

Доминик остался… Проснувшись утром в его объятиях, Катя с нежностью тронула его отдыхающий член. Он вздрогнул в ответ. Как сладко…

— Хочешь, я приготовлю тебе завтрак? — спросила Катя, краснея.

Доминик скосил глаза на свой член, начинавший пульсировать в ее ладони.

— А ты разве не перекусишь со мной?

Раздался звонок телефона, Катя выпустила член и потянулась за трубкой к стоявшему на ночном столике аппарату.

— Алло… — Катя, куда ты пропала? — затараторила Лиза. — Вчера я оставила четыре сообщения на твоем автоответчике. Я уже подумала, что с тобой что-то случилось.

— Я в полном порядке.

— Мы с Мери приглашаем тебя пройтись по магазинам. Сегодня в «Эберкомби» и «Фитч» распродажи. Встретимся в полдень?

— Ты же знаешь, что я не любительница ходить по магазинам. К тому же сегодня у меня много дел.

— Странная ты стала какая-то…

— С чего ты взяла? Я с удовольствием встречусь с вами. Но не сегодня, а, скажем, завтра вечером.

— Договорились. Заезжай ко мне после работы, выпьем по коктейлю и поболтаем.

— Отлично. До встречи!

Катя положила трубку и откинулась на подушки.

— Чем мы займемся? — спросила она Доминика.

Доминик сел на кровати, любуясь обнаженной красоткой. Разметавшиеся по плечам волосы, на щеках румянец. Распухшие от поцелуев губы.

— Чем хочешь, — ответил он. — Можем сходить в ресторан… или в кино. Но я должен предупредить тебя… я не жаворонок и люблю поваляться в постели, если позволяют… обстоятельства. И потом… ты не ответила на мой вопрос о перекусе…

— Мы еще многого не знаем друг о друге, — закрыв глаза, медленно проговорила Катя, не отвечая на вопрос. Ее рука легла на его живот, затем стала опускаться ниже… ниже. — Тем интереснее нам будет вместе, — договорила она, прижав лицо к его груди.

Во второй половине дня раздался звонок в дверь. Преодолевая муку, Катя накинула халатик и выбралась из постели. Кого это несет нелегкая?

На пороге стояла Мери.

— Привет, — сказала она и бесцеремонно шагнула в квартиру. — Ты ужасно выглядишь.

— Спасибо за приятную новость.

— Как дела?

— У меня все в порядке.

— Я думала, ты заболела, а ты здорова, как лошадь.

— Я переутомилась, мне нужен покой.

— Мне необходимо поговорить с тобой, Катя.

— Прямо сейчас? — спросила Катя, поплотнее запахнув халат.

— Почему бы нет?

— Ну что ж, я тебя слушаю.

Они опустились на диван в гостиной.

— Вчера я гуляла по пристани, где идут строительные работы, — начала Мери. — И один из рабочих, симпатичный парень, свистнул мне вслед.