Геометрия любви: Банальный треугольник - Браун Лора - Страница 16

Тибби стояла перед дверью номера и собиралась с духом, чтобы войти. А это было сделать трудно, даже страшно. И еще ужасно стыдно. Волна раскаяния захлестнула ее: ведь Пит — единственный, наверное, человек, который ее по-настоящему любит. (Вот взять, например, даже служащих этой гостиницы — никто, даже для виду, не обрадовался ее возвращению.) А она причиняет Питеру столько страданий. Нельзя так…

Дверь распахнулась сама. На пороге стоял бледный осунувшийся друг детства. У Тибби защемило сердце. Питер смотрел на нее недоверчиво, словно был уверен, что это галлюцинация. Она робко произнесла:

— Привет…

Питер, не говоря ни слова, бросился к ней и сжал в объятиях, точно вновь обрел самое дорогое в жизни… или миновала угроза потери этой драгоценности.

Тибби не сдерживала слезы. Они текли по щекам, обжигали, скатывались Питеру на рубашку… и очищали душу, обновляли ее, как сильный дождь, проливающийся на землю после знойного дня, давали осознание смысла страдания и приносили облегчение. После таких рыданий, как бы тяжело ни было на душе до этого, вновь хочется жить…

Питер осторожно и бесконечно ласково, продолжая обнимать плачущую Тибби, ввел ее в комнату и тихо закрыл дверь. Боже, если бы он мог оградить ее навсегда от всей боли на свете!

В доме миссис Блейлок случился переполох: все были заняты поисками рыжеволосого сокровища Дэниэла. Беспокойство родилось, когда Тибби не вышла к чаю. Была выдвинута версия (естественно, хозяйкой дома), что хороший английский чай неприятен молодым особам американского происхождения, которые могут употреблять исключительно пепси со льдом вследствие неразвитости вкуса.

Взъерошенный, Дэниэл сбежал по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки.

— Куда же могла направить свою метлу твоя Рыжая Ведьма? — Миссис Блейлок не могла удержаться от того, чтобы не подпустить шпильку, даже в такой ситуации. Дэниэл только мрачно посмотрел на нее исподлобья и выбежал из дома. Молодой человек был не в том состоянии, чтобы объяснять одной дорогой для него женщине, как она не права в отношении другой.

Дэниэл крепко вцепился в руль. Может быть, излишне крепко: суставы сжатых пальцев побелели. Побелела и закушенная нижняя губа, а непослушные волосы упали на лоб. Он хмуро смотрел на дорогу. Ему было страшно — страшно от того, что он не знал, где ее искать, не знал, почему она исчезла… В голове теснились догадки: «Я ее чем-то обидел… Нет-нет, это тетка, будь неладен ее аристократизм!..»

— Черт! — Дэниэл резко ударил по тормозам, так пронзительна была мысль. Он даже не заметил, как стал думать вслух. — А вдруг… вдруг она увидела, как Бетти обнимала меня?.. Что она подумала?.. Какой же я идиот… — Дэниэлу очень хотелось врезать себе как следует, он даже сделал похожее движение… — Тибби! Ну что ж все так бестолково получилось!..

Поверит ли она ему теперь? Опыт общения подсказывал: весьма вероятно, что и не поверит…

Но нет. Все будет хорошо. Если это солнечное создание — любовь всей его жизни, то не может все рухнуть из-за нелепой случайности… Надо только подумать — очень хорошо подумать, как ей объяснить…

Дэниэл глубоко вдохнул.

За окном мелькали пологие холмы, зеленеющие поля разбегались в обе стороны от дороги. Вскоре слева от Дэниэла показались фруктовые сады. Этот же пейзаж они наблюдали накануне вместе с Тибби. Но все было иначе, день казался более солнечным, небо чистым и ясным, все было открыто для жизни и любви. Теперь же на всем, что видел Дэниэл, лежал отпечаток его собственной тревоги. Помнится, Тибби пожалела, что сады уже отцвели, а он ответил, что, когда она рядом, мир и так бесконечно прекрасен. Сейчас вид деревьев наводил тоску.

Вот и «Сабвей», маленькое придорожное кафе — такое навязчивое напоминание о цивилизации здесь, среди полей и садов, где хочется только вдыхать поглубже и не вспоминать, что где-то есть суета большого города, усталость после ночной смены… и пластиковая посуда.

Дэниэл остановился. Он не был голоден, но ему захотелось еще раз окунуться в атмосферу места, где они с Тибби провели такие чудесные минуты. Тогда по дороге она стала капризничать: ей, видите ли, захотелось вишневого сока — немедленно и в больших количествах. Дэниэл, как настоящий рыцарь, готов был из-под земли его достать. Но, как человек рациональный, понимал, что под землей найдет он в лучшем случае воду из какой-нибудь скважины. По счастью, им встретилось это кафе.

Занятый своими грустными мыслями, Дэниэл не заметил, как мимо проехал «фольксваген» экстравагантного розового цвета. Между тем, если бы он обратил внимание на этот автомобиль, был бы сильно удивлен, увидев водителя.

Дэн не стал задерживаться в «Сабвее»: кофе был холодный, а невеселым мыслям можно предаваться и в дороге. Проехав еще несколько километров, Дэниэл все-таки заметил на горизонте розовую точку. Вскоре он смог различить около автомобиля фигурку в каком-то развевающемся светлом одеянии. Как ни тяжело было у него на душе, улыбнулся и искренне заинтересовался вопросом: что же заставило обладательницу такого феерического наряда и экстравагантной машины остановиться посреди картофельного поля? Подъехав ближе, он чуть не рассмеялся: воздушное создание открыло капот и наклонилось над ним.

— Леди, могу я чем-то помочь?

И остолбенел: леди подняла голову. Бетти в своем лучшем шелковом палантине посреди картофельного поля копошится под капотом автомобиля! Изумлению Дэниэла не было предела. Если бы та не выразила такой бури восторга при его появлении, Дэниэл решил бы, наверное, что у него галлюцинация.

— О, Дэниэл, какое счастье, ты мой спаситель! Я так испугалась, когда это железное чудовище стало фыркать и передвигаться чуть ли не прыжками…

— Успокойся, сейчас мы решим твои проблемы. Кстати… — Дэниэл положил руки на плечи своей бывшей невесте и пристально посмотрел ей в глаза, — кстати, а что ты здесь делаешь, Бетс?

Блондинка хлопала ресницами. Она не ожидала, что встреча с Дэниэлом произойдет так скоро, и не успела придумать предлога.

— Ну… — Бетти смущенно улыбнулась. — Миссис Блейлок сказала, что у вас с Тибби какие-то неприятности, и я подумала: вдруг она расстроилась из-за меня… Или рассердилась… В общем, не важно. Я подумала, что мне нужно извиниться… Знаешь, я осознала свои ошибки, — взмах ресницами, — и решила тебе помочь.

Сочинив такую симпатичную ложь, Бетти почти поверила в нее сама и чуть не разрыдалась от сознания собственного благородства. Не иначе, в ней погиб талант актрисы…

Дэниэл был тронут до глубины души: это чудное создание поступало вопреки своим интересам, чтобы помочь ему обрести счастье… В порыве нежности он обнял ее с благодарностью.

— Бетс, ты прелесть. А еще ты настоящий друг. Я тобой горжусь. — Он прикоснулся губами к ее волосам и с легкой грустью вспомнил, сколько блаженства доставляли ему такие поцелуи раньше. Отогнал эту мысль. — Ну что ж, наверное, надо посмотреть, что с твоей машиной!

Поломка оказалась значительной. Дэниэл не мог справиться с ремонтом сам. Когда он сообщил об этом Бетти, она, не сумев сдержаться, просияла:

— Значит, мы должны вернуться в Тонбридж. Или мы не можем? Тогда нам придется, пожалуй, заночевать здесь! И мы будем ждать, пока не придет помощь…

Она почему-то восприняла ситуацию так, словно они оказались на необитаемом острове посреди Тихого океана. Однако что может быть лучше, чем оказаться на необитаемом острове с Дэниэлом?..

— Погоди-погоди! Во-первых, мы еще не так фатально удалились от цивилизации, чтобы долго изнывать в ожидании технической помощи. Во-вторых, с моей машиной пока что все в порядке. А в-третьих, я спешу в Лондон, и до него уже ближе, чем до Тонбриджа.

Бетти сразу сникла.

— Так что, — продолжал Дэниэл, — сейчас мы вызовем техпомощь из Лондона, подождем, пока они приедут, а потом поедем следом за ними. Время дорого, Бетс. Ты же вроде хотела переговорить с Тибби, а я, признаться, не знаю, где она и как ее искать. Так что нам надо поторопиться, пока эта леди не исчезла, окончательно заметя следы.