Коллекция: Не в первый раз замужем - Оселедчик Михаил - Страница 13

— Так вы приехали надолго?

— На полгода. Потом я отправлюсь в Акапулько.

— Смею ли я предложить вам свою дружбу и показать вам настоящую Аргентину?

— Я польщена вашим вниманием, дон Эухенио. И буду счастлива дружить с вами.

Эухенио оказался совершенно невероятным человеком с удивительной судьбой. Его родители с огромным трудом дали ему высшее образование, но это окупилось сторицей. Эухенио стал антропологом и много лет проводил исследования оставшихся племен индейцев в сельве Эквадора и в верховьях Амазонки. Много лет он прожил в племени шуаров, а потом находился в районе Пантанала на бразильско-боливийской границе на берегу реки Парагвай, где жили племена гуато и ипики. Потом работал с аргентинскими индейцами: мапучес, коллас, тобас и матакос.

В сельве Эухенио провел несколько лет, жил в индейском стойбище, учился выживать в условиях дикой природы, изучал обычаи и языки этих людей.

— Вам не было одиноко, дон Эухенио?

— Нет, сеньорита Юлия. Это были очень добрые миролюбивые люди. Какое-то время они даже считали меня своим.

— А была ли у вас женщина?

— Право, вы смущаете меня, сеньорита…

— Почему же? Вы мужчина, это вполне естественно.

Эухенио улыбнулся и бережно поцеловал Юлькину руку.

— Вы поражаете меня, сеньорита Юлия. Неужели все русские женщины так же смелы и прямодушны?

— Видите ли, дон Эухенио, отношения между полами — то, что меня интересует больше всего на свете.

— Матерь Божья… — пробормотал изумленный аргентинец. — Какая женщина! Я восхищен вами, сеньорита!

— Так вот, секс и любовь — движущая сила, заставляющая мир быстрее вращаться вокруг своей оси. Не стоит быть ханжами и молчать об этом. Наоборот, это нужно обсуждать и изучать.

— Сеньорита! Вы вселяете в мое сердце надежду!

— Смелее, кабальеро! И расскажите мне о женщинах и любви у индейцев.

Эухенио рассмеялся, крепко взял женщину за руку и приложил ее ладонь к своему сердцу.

— Хорошо, сеньорита. Слушайте. Женщина у меня была. Один из мужчин погиб во время охоты, поэтому по приказу вождя меня поселили в его хижине, а его вдову временно сделали моей женой. Надо вам сказать, что индейцы удивительно чистоплотны. Мужчины моются два раза в день, а женщины и дети — три. Прежде чем заняться любовью, женщина тщательно моет своего избранника и натирает его тело цветочными лепестками. Потом моется сама и украшает циновку множеством цветов.

— И что же дальше? Рассказывайте!

— У шуаров обнаженная женщина ложится на спину, чуть сгибает ноги и раздвигает их, чтобы мужчине было удобнее. Во время любви она поет древнюю песню, чтобы задать ритм этому священнодействию!

— Великолепно! Что еще?

— О Боже! Сеньорита, вы заставляете меня краснеть!

— Дон Эухенио! Я ценю вашу учтивость, но прошу рассказать мне все.

— Ну хорошо! Так вот, очень часто женщины там требуют, чтобы мужчина лег на спину, а женщина была сверху.

— Почему? Им так больше нравится?

— Многие женщины считают, что так легче петь положенную песню. К тому же так звуки голоса разносятся дальше, чтобы никто из посторонних им не помешал.

— Удивительно! Вам было хорошо, дон Эухенио?

— Да, сеньорита, мне было хорошо. Я с радостью вспоминаю те времена!

— Почему же вы не остались там навсегда?

— Это был не мой мир. К тому же заболели мои родители. Мне пришлось вернуться в Буэнос-Айрес.

— И что было дальше?

— А дальше, моя прекрасная сеньорита, все было обыденно и скучно. Я вынужден был бросить антропологию, университет. Поступил работать консультантом в крупную фирму, потом сам занялся бизнесом. В общем, ничего особенного.

— И все же?

— Ну, у меня есть кое-какие предприятия, немного торгую, немного произвожу. Это очень скучно, сеньорита. Может быть, я поведу вас на прогулку по Буэнос-Айресу? Я покажу вам город, который не откроется иностранцу.

— Что ж, дон Эухенио. Я с удовольствием вверяю себя в ваши надежные руки. Вперед, мой кабальеро.

Город произвел на Юльку удивительное впечатление. Большая часть населения Аргентины — белые, причем говорят они по-испански с итальянским акцентом. Буэнос-Айрес оказался исключительно элегантным, напоминающим одновременно столичные города Старого Света — Париж, Лондон и Мадрид. Рядом с гигантскими небоскребами органично соседствовали старинные испанские кварталы.

Часами Юлька и дон Эухенио бродили по старому городу. Забредали на старинное кладбище Ла-Риколетта, заходили в старинные церкви. Гуляли по Авенида Санта-Фе, по торговой улочке Флорида. Любовались садами и парками на улице Палермо, заглядывали в бары, где по вечерам танцевали танго, в антикварные лавки. В воскресенье ходили на антикварный рынок на улице Сан-Тельмо. Восхищались обелиском — символом города на улице Девятого июля, рассматривали прекрасные здания на Плаза дель-Махо.

Устав, они заходили в многочисленные кофейни и кондитерские, где можно было полакомиться восхитительными сладостями или выпить мате: в специальную посудину из дерева или тыквы засыпают траву и заливают горячей, но не закипевшей водой. Такой напиток пьют через специальную трубочку — бомбиллу.

Дон Эухенио оказался занимательным собеседником, который искренне любил свою страну и часами мог рассказывать о ее истории: о конкистадорах, о войне за независимость, о переворотах, о войне за Фолкленды. Он поведал Юльке о разнообразии природы Аргентины, о ее кухне и обычаях.

Юльке очень нравилась его сдержанная учтивость и ненавязчивость. Она видела, что очень нравится мужчине, но почему-то попыток сблизиться он не предпринимал.

Юлька подумала, что это уже было в ее жизни. Значит, шаг навстречу ей придется сделать самой. Как ни странно, с момента вылета из Москвы она ни разу не спала с мужчиной. Такой монашеский образ жизни ее почему-то не тяготил, хотя изрядно веселил.

«Старею?» — с тревогой спросила она себя. Подбежала к большому зеркалу в номере, сбросила одежду и внимательно стала себя разглядывать. Ее лицо и тело удовлетворяли самым высоким стандартам: подтянутая аппетитная фигурка, крепкая маленькая грудь, сильные ноги, упругая попка, плоский живот, гладкая шея и нежная юная кожа. Юлька чуть приподняла руками груди и стала вертеться перед зеркалом, представляя, как она выглядит со стороны. «Неплохо, даже очень неплохо, — одобрительно подумала она. — Даже, можно сказать, хороша».

В этот момент в дверь номера постучали.

— Кто там? — весело спросила Юлька.

— Это я, с вашего позволения, сеньорита, — раздался голос дона Эухенио.

— Отлично, — засмеялась Юлька. (Это знак. Сейчас мы подразним нашего Иосифа Прекрасного.) И громко сказала: — Прошу вас войти, дон Эухенио.

Стоя лицом к зеркалу, Юлька увидела, как позади нее открылась дверь в номер. Сначала в комнату вплыл очередной огромный букет белых роз, а вслед за ним порог пересек и сам кабальеро. Юлька с интересом наблюдала, как он поднял глаза и мгновенно залился краской, увидев зрелище, достойное кисти Рембрандта или резца Микеланджело.

— Бог мой, сеньорита! Вы подвергаете меня более чем жестокому испытанию!

— Вам нравится то, что вы видите, дон Эухенио?

— Я не слепой, сеньорита Юлия, — сухо ответил Эухенио, совершенно не понимающий, как ему вести себя: развернуться и удалиться или броситься на женщину и удовлетворить свою страсть.

Юльку эта гамма чувств, явно читающаяся на его лице, забавляла чрезвычайно.

— И все же вы не ответили на мой вопрос, дон Эухенио! — деловито сказала она.

— Вы прекрасны, сеньорита, — задыхаясь, ответил обескураженный происходящим мужчина.

— Так почему же вы медлите? — спокойно спросила Юлька, внимательно рассматривая его отражение в зеркале.

— Матерь Божья! — воскликнул аргентинец и бросился к ней, не забыв при этом запереть дверь на ключ.

Эухенио обнял ее сзади и стал страстно целовать плечи, шею и затылок. Потом он заставил ее обернуться, поднял за талию и прижал спиной к зеркалу. Юлька обвила его шею руками, а ногами плотно обхватила за талию. Эухенио мгновенно вошел внутрь и с силой задвигался, полностью заполняя ее. Юлька закрыла глаза и отдалась приятным ощущениям. Мимоходом она подумала, что дон Эухенио — исключительно сильный человек. Мало кто способен долго любить женщину в такой позе, это требует недюжинной физической подготовки. Но тут Юлька с неудовольствием вспомнила, что забыла о своем обязательном правиле не заниматься сексом без презерватива.