Игра: Дочки-матери (СИ) - Никитина Валентина - Страница 29

- Кто такие? - вяло поигрывая пистолетом, подошёл один из них. Лица были незнакомые, не из тех, с которыми мы столкнулись прежде. Я облегчённо вздохнула и затянула песню. Цыганята её подхватили, высыпав из кибиток, окружили подвыпивших мужчин. Девушки - цыганки выпорхнули на дорогу попугайской стайкой и подхватили припев, кружась вокруг мужчин, дразня их взмахами юбок и весёлым смехом.

Те растаяли, захлопали в ладоши.

Старший косился в их сторону, но упорно ждал ответа.

Попутчики протянули две подорожных и документы.

- Едем к друзьям в столицу с подарочками, - подмигнул он, - хороши, чертовки?

- Хороши! - завистливо пробурчал тот, - а в столицу с ними нельзя.

- Остановимся в Гатчине и отправим посыльного за приятелями.

- Проезжайте!

- Ну, нет, пусть они нам споют! - возмутились его соратники, - и станцуют!

- Не заплатили, а уже понукаете? - с усмешкой спросил Илья, - Мы их наняли для развлечения своих столичных друзей. Через недельку приезжайте в Гатчину и забирайте.

- А это - кто такая? - куражась, ткнул один из них пальцем в Наталью, - может быть она та самая дворянка, что мы ждём?

- Дворянка? - «удивился» Илья - слышь, Анатолий, я говорил, что её за барышню принять можно, а ты не верил! - он протянул какую-то бумагу.

- «Крепостная господ Пушкиных Мария...» - вот это да!

- Я же говорил, что мы к друзьям с подарками! - захохотал Анатолий.

- И правда, эта слишком молода. Говорили, что та старше: лет тридцать, тридцать пять. С девочкой. Да и не поедут они этой дорогой. Их упустили где-то у Ржева. Они на Торжок или Валдай поехали. Тем путём и искать их надо было. А сейчас они уже, небось, в Петербурге давно.

Пританцовывающих цыганок загнали обратно в кибитки.

- Эй, вы ничего не украли? - спохватился старший патруля.

- Только твоё сердце, красавчик, - смеясь, ответили девушки. Тот, хохотнув, сплюнул.

Когда мы отъехали, Наталья проворчала:

- Тридцать - тридцать пять лет? Это я выглядела такой старухой?

- Строгий наряд и строгое поведение делает женщину старше, мадам! - ответил Сергей Петрович, - немного свободы, веселья на лице, светлое платье - и вот, вы уже юная девушка.

- Юная, скажете тоже! - смутилась Наталья, поняв, что невольно напросилась на комплимент.

Путешествие становилось монотонным и скучным. Цыгане в основном спали в кибитках, сменяя друг друга за вожжами.

Наталья с князем Сергеем всё больше путешествовали бок о бок. Кони их шли голова к голове, а сами они, склоняясь друг к другу, о чём-то тихо беседовали.

Приятели Пушкина приуныли, лишившись предмета своего интереса и причины для соперничества.

12 глава. В столице

Часть 5

В столице

Так, благополучно минуя заставы, наш импровизированный табор подъезжал к Петербургу. Оставив цыган в пригороде, расплатившись с ними, мы разделились.

Я купила у цыганят мальчишескую одежду бедноты, и мы с князем и несколькими слугами, на лошадях попроще, поехали к нему в особняк. Матушка с друзьями Пушкина и оставшимися слугами выехали чуть позже за нами.

В особняке уже спали. Привратник радостно завопил:

- Князюшка дома!

Слуги подняли радостный переполох. Дом засиял огнями.

Князь приказал греть воду для ванн.

- В гостях будут двое мужчин, одна дама и девочка. Аннушку вон уже надо помыть, переодеть и спать уложить, - указал он на меня, - а то ребёнок давно валится с ног. Мне позовите доктора - я ранен... не сейчас ранен! - остановил он охнувших людей, - Раны уже поджили, но ещё сильно беспокоят. И мне тоже - ванну!

Как приехали матушка Наталья и её спутники я уже не видела. Мне выделили комнату с ванной. Служанки отмыли меня до скрипа, закутали в большое полотенце и оставили одну. На столике стояли фрукты и закуски, но мне было не до них. Я упала на кровать и провалилась...

* * *

Я спала.

Я спала, помывшись в ванной.

Я спала на кровати.

Я спала на огромной кровати!

Раскинув ноги и руки звездой, как в своём детстве, в большом сугробе, я была счастлива.

Проснулась, я ещё перед рассветом и в полутьме долго нежилась в постели.

Комната была тихой и уютной. Старинная мебель... А может быть, в этом времени модная - откуда мне знать! Но для меня всё равно - старинная. Она была именно по-старинному приятной, с закруглёнными формами и завитушками. Обстановка при этом не была вычурной - всё в меру.

Я встала и поискала одежду. Мальчишеские тряпки, конечно унесли. В шкафу на плечиках висели мои московские наряды - видно Наталья вечером распорядилась.

Пошла осмотреть дом князя.

Я бродила по комнатам с высокими лепными потолками, радуясь простору и большим окнам. В тайне улыбаясь над собой, подставляла к окнам тяжёлые стулья с высокими резными спинками, и взбиралась на широкие, в полстолешницы подоконники. Сплющив нос об оконное стекло, разглядывала парк и дорожки в нём...

Мимо, по дорожке, прошла слегка сонная служанка и улыбнулась мне. Я в ответ, с высоты подоконника, помахала ей рукой.

Разувшись, взяла туфельки в руки и с удовольствием прошлась ногами по кожаным диванам в гостиной.

А что? В тринадцать-то лет можно позволить себе...

Помню, пыталась сына одёрнуть на эскалаторе в московском метро, когда он баловался:

- «Что ты делаешь? Ты же уже большой мальчик!» - а он в ответ:

- «Потом ещё старше стану. Тогда совсем не подурачишься!»

Вот, вот! Пока не стала старше, надо успеть подурачиться!

В нише на постаменте увидела прелестную белоснежную статуэтку девушки с луком и в греческой тунике, видимо Дианы - охотницы. Поводив пальчиком по складкам туники, положила ладонь на её обнажённое плечо...

И тут скульптура стала заваливаться прямо на меня... Упершись в неё макушкой, осторожно обеими руками восстановила равновесие падающей мраморной богини.

Ф-у-у! Чуть не раскокала!

Я думала, что она как-то прикреплена к постаменту. Но видимо на любопытных детей тут давно не рассчитывали.

Устыдившись своей беспечности, дальше по особняку пошла осторожнее.

На стенах висели картины со сценами каких-то, неизвестных мне битв. Где-то классических - герои были в шлемах с гребнем, как у греческих воинов и богов. Где-то в доспехах русских богатырей.

Попадались портреты в одеждах времён Петра I или Екатерины II. Лица женщин были белыми и плоскими с маленькими губками, а головы в огромных белых париках.

Мужчины сплошь с крепкими, обтянутыми трико ногами и у кого-то суровыми, у кого-то мудро-задумчивыми глазами. И кругом бархат, атлас и кружева...

Да, мода на живопись, та ещё!

Я усмехнулась: размер туфель у мужчин такой будто им мучили ступни тесной обувью, как у каких-то там... не то японских, не то китайских красавиц.

Утомившись, я вернулась в свою спальню и решила пока поваляться.

Слишком рано вскочила - тут завтраки начинаются поздно и народ почти весь спит.

Но уснуть уже не удалось, а просто лежать скучно. Потому, немного повалявшись, пошла по особняку, надеясь встретить кого-то и по - расспрашивать.

Народ тихо и незаметно занимался делами: мели, стирали пыль, готовили завтрак на кухне. Меня встречали приветливо и с любопытством. Показали спальню, где ночевала Наталья, кабинет князя Сергея.

Наших спутников в особняке не было. Оказывается, они вчера покинули матушку у ворот и отправились по своим родственникам.

Матушки в спальне не оказалось.

Нашла её с князем в его кабинете. Он был угрюм и молчалив. Наталья, растерянно смотрела на него.

Приехали. Дома. Чего же ещё?

- Что случилось, Сергей Петрович? - спросила я.

- Меня оболгали перед Государем. Я прочитал почту, в ней было письмо, подписанное императором. Якобы за сношения с врагами России, я подлежу специальному расследованию. Хорошо, что мы задержались в пути - они ловят меня на дорогах к столице, не знали когда я прибуду и соглядатаев у моего дома, видимо, не держали. Иначе я уже ночью был бы арестован.