Спасти демона (СИ) - Ву Дарья - Страница 17

Я перевела взгляд на смирного щенка, не веря, что несчастные тараканы уже внутри игрушки. Мне оставалось только вздохнуть и позволить брату продемонстрировать способности малыша.

Аргус самодовольно улыбнулся и принялся отдавать команды Дункану Второму. Щенок послушно садился, подавал лапу, даже встал на задние лапки и прижал треугольные уши к голове. Аргус улыбался всё шире, отдавая новые команды. Дункан бегал по кругу и вилял коротким хвостом. Он хотел спрыгнуть со стола на пол, но промазал и угодил в коробку с сушителем.

- Нет! Плохой пёс! - крикнул на него Аргус. - Ты была права. Он недоработан.

Брат нажал и сдвинул грудку малыша, вытащил коробчонку с пойманными тараканами, и закинул отключённого щенка на стол. Аргус присел над поломанным сушителем, безнадёжно качая каштановой головой.

Я всегда любила старшего брата больше младшей сестры, а потому прикусила губу, но ничего не сказала и молча, медленно пятясь, покинула сарай.

Спустя три дня в моём шкафчике появилось новое послание. Я заметила его после первого урока и, прежде чем прочла, обвела взглядом своих одноклассников. Скопище бежевых рубашек и серо-голубых брюк никак не показало свою заинтересованность к единственной в классе девушке. Одни обсуждали предстоящее состязание, другие готовились к началу второго занятия, Жан дремал, а Патрик что-то рисовал, уткнувшись круглыми очками почти в самый лист. Я вновь осмотрела класс, отбросив из списка претендентов последних двоих - этим я точно не нужна. Жан видит во мне несмышлёную сестрёнку, а Патрик... Патрик не интересуется ничем помимо учёбы и рисования, хотя и записался в клуб изобретателей к Аргусу.

- Сели на свои места! - прокряхтел Тиббольт, покачиваясь в сторону учительского стола.

Он неторопливо отставил кривую трость и вальяжно уселся на стул, не постеснявшись пустить газы. В такие минуты я была готова броситься на шею Костроуна и расцеловать его за то, что мы сидим под самым дальним окном.

- В выходные проведут проверочные испытания, по результатам которых из каждого класса выберут пару студентов, для участия в ежегодном школьном состязании. Это так, для справки, обязали, - недовольно проворчал Тиббольт. - Всё запомнили, дармоеды? Тогда приступим к поистине важным делам. Сдаём домашнюю работу!

Я послушно передала исписанные листы, но мысли мои уплыли далеко как от пятого кабинета, так и от непрочитанного любовного послания. Лишь с окончанием последнего занятия я возвратилась к белому листу, положенному мною в мою же сумку. Его читала на улице, встав возле невысоких перил у края холма, на котором расположилась высшая школа алхимии.

Прелестная Альва! Твой аромат сводит с ума. На занятиях физкультуры мне сложно сосредоточиться на задачах, поставленных преподавателем и не подводить свою команду, так сильно приковала ты мой взгляд. Я лелею мысль о том, что когда-нибудь мы будем вместе! Твои чудесные глаза способны пленить...

- Что это тут у тебя? - бесцеремонно оторвал меня от прочтения Жан.

- Не твоё дело, Костроун! - огрызнулась я.

... любого, навсегда завладев его душой...

- И всё же? Дай глянуть! - и смуглая рука по-господски ухватилась за уголок листа.

- Не смей! - взвизгнула я, дёргая лист на себя.

Белая бумага разорвалась, а холодный зимний ветер вырвал мою часть из рук, унося через невысокие перила. Обрывок сделал сальто и, покачиваясь, спустился в реку. Он затонул неподалёку от Моргана и его друзей, кидающих камни в незамерзающую воду. Морган поднял голову наверх и наткнулся взглядом на меня, наклонившуюся над перилами. Он вновь повернулся к воде, где всего секунду назад затонул белый лист, но я уже пятилась от заборчика. Неведомый ком застрял в горле, сотрясая меня жгучим кашлем.

- Прости, - перепуганным голосом произнёс Жан и возвратил мне уже прочитанный отрывок послания.

Я всё смотрела на блестящую водную гладь, поглотившую бумагу и никак не могла откашляться. Когда же мысли, выбитые случившимся, вновь вернулись в мою голову, медленно повернулась к месту, на котором стоял Жан. От него и след простыл! Я, переполненная праведным гневом, одиноко направилась домой. Там ко мне поспешила служанка и, прочувствовав моё настроение, предложила успокоиться в душистой ванне. Я согласилась.

Теперь с радостью ощущала свободу, скинув ненавистный корсет и другие атрибуты школьной формы. Поверх лежащей одежды легла бархотка, сверкнувшая Звездой Тера. Тяжёлые пучки оказались освобождёнными из-под плена тугих сеточек. Пряди медных волос беспорядочно упали в пенную воду, давая голове отдых от своего веса. Я прикрыла глаза, погрузившись в раздумья о предстоящих испытаниях. Уже завтра! Совсем скоро!

Улыбка, против воли, растянула губы. И я совсем забылась, наслаждаясь теплотой воды и еловым ароматом, вместе с паром, заполнившим ванную комнату.

Утром я с радостью натянула свою обычную одежду, радуясь выходному и совершенно наплевав на то, что отправлюсь в школу в брюках и без корсета.

- Какой ужас! - воскликнула бабушка, встретив меня на выходе из дома. - В мою юность молодёжь не позволяла себе таких вульгарностей. Ты позоришь всю нашу семью, - почти плюнула она и скривила морщинистое лицо, презрительно произнеся, - северянка!

Я пожала плечами и беззаботно улыбнулась в ответ, покидая прихожую.

- Ты ещё волосы распусти, - надменно предложила бабушка.

- Скорее отрежу!

- Боги всемогущие! - услышала я бабушкино завывание.

И усмехнулась. Мои волосы слишком длинны, чтобы их распускать. Только помешают! По пути к школе поправила сеточку на пучках и махнула рукой, завидев Жана на пути к замку.

Снежок приятно хрустел под ногами, а белесое солнце отражалось от него ослепляя. Внизу журчала никогда не замерзающая речка, активная, как и я в ту субботу.

- Готов? - напористо поинтересовалась у Жана.

- Да, - смущённо ответил друг, отмечая мой настрой. - Вижу и ты тоже. А вдруг мы не сможем пройти?

- Глупый ты. Мы всё сможем!

- И особенно ты, - хихикнул Жан.

- А то! - я решительно не показала своих мыслей по поводу его сарказма. - Я всё смогу.

Преподаватели собрали первые классы на опушке густого заросшего старого сада. Поговаривали, что сад давно заброшен, и в нём поселились тени. Ещё в детстве Аргус любил запугивать меня байками об этом саде, ограждая от попыток влезть в полуразрушенный домик в сердце заброшенного сада. На самом же деле сад этот ежегодно использовала высшая школа алхимии для различных турниров, соревнований и просто занятий, так что заброшен он лишь с первого взгляда. И если в нём на самом деле проживают тени, то за ними упорно следят, не позволяя свободно нападать на студентов.

Я огляделась по сторонам и отметила, что каждый первокурсник решил проверить свои силы. Курт Вольф что-то вещал об аккуратности и бесстрашии. Он также показал нам ромб размером с ладонь взрослого широкого мужчины, переливающийся всеми цветами радуги. Такие спрятали по всему саду. Их предстояло найти. Нам раздали круглые медальоны на цепочках, как на занятиях по концентрации и поиску природной Силы. Предстояло зарядить свой медальон и с его помощью отыскать спрятанный ромб.

- На ромбах будут изображены птицы вашего класса! Берите только их, - строго наказал директор. - Для каждого класса спрятано всего два ромба!

Ребята вокруг меня зашептались, я же нервно сглотнула и посмотрела на Жана. Друг мой встряхнул чёрными спутавшимися волосами и беззвучно приоткрыл рот. Курт Вольф оглашал цель, сроки и правила задания. Я всё больше убеждалась, что хоть Жан мне и друг, но сейчас он мой враг. Жан тоже осознал это и недовольно бурчал себе под нос всякие ругательства. Мы оба хотели попасть на состязание, но не факт, что удастся у обоих. Даже, несмотря на то, что от каждого класса выдвинут двух участников!

- Начали! - скомандовал директор.

Студенты выхватили медальоны и ринулись в заброшенный сад. Никто не передвигался с осторожностью, боясь пропустить место Силы. Все, как полоумные, носились туда-сюда, то и дело, мелькая перед глазами и прячась в кустарниках. Спустя минут пять после начала Жан потерялся из виду, всё больше углубляясь в сад. Я пыталась не отстать, но совершенно растерялась и не понимала куда идти. Да и байки про живые тени уже не казались байками. Высокие раскорячившиеся деревья отбрасывали длинные тени, а воздух заволокло сероватым туманом. Будто вовсе и не светлый солнечный день, стоящий за пределами старого сада.