Гансауль и Хак (СИ) - Южный Владислав - Страница 24

    - Сейчас полегчает. Но нам надо идти.

    Гансауль поднялся и поковылял прочь от камышей. Хак тяжело вздохнул и двинул следом.

    Во время обеда переговаривались о пустяках, Цукенгшлор заметил, что Граус явно что-то или кого-то ждёт. Настало время десерта, Шайзер к тому моменту уже не одну дыру прожег взглядом в вице-короле, а Цукенгшлор довольно хорошо изучил обстановку. Дорогая мебель, явно варгавская, те всегда славились краснодеревщиками, на стенах целый десяток портретов славных предков нынешнего вице-короля. Стены выложены серым гранитом, швы настолько мелкие, такое впечатление, будто комната выдолблена в гранитном монолите. На полу роскошные фаваратские ковры, их узоры даже со временем не теряют цвета и чёткости рисунка. Такие на торгу стоят баснословных денег, как впрочем и остальное убранство. Граус, сэкономив на размерах резиденции, на обустройство средств не пожалел.

    Мальчишка-слуга шепнул Граусу на ухо, и тот поднялся из-за стола, на лице все та же услужливая улыбка.

    - Я пригласил ещё одного гостя, но он, к сожалению, задержался, и вот только что прибыл. Позвольте представить моего хорошего друга - Гусмаса, одного из влиятельных лордов Варгавы.

    Шайзер вскочил, глаза бешеные, заорал брызжа слюной:

    - Я так и знал! Предатель! Это измена! Страж... - подскочившие сзади прислужники Грауса бесцеременно скрутили бравого генерала, ткнув лицом в чашку с тушеной тыквой. Цукенгшлор отскочил, стул с грохотом опрокинулся, зажатая в руке вилка, конечно не оружие, но хоть что-то. Шайзера уволокли, Граус же с абсолютно спокойным лицом демонстративно уселся за стол. Дверь за спиной вице-короля распахнулась, и вошёл коренастый мужчина, одет просто - белая рубашка, серые штаны из плотной ткани, но в том, как держит спину, как смотрит - чувствуется властность и уверенность. Цукенгшлор пристально вгляделся, про Гусмаса ходит много слухов, и Имперская безопасность интересовалась этим персонажем. Сын крестьянина, Гусмас с малых лет пошёл кривой дорожкой, и к двадцати годам под его рукой было около сотни головорезов. Потом грянула война с Армидой, войско варгавского короля в битве под Валадисом разнесли в пух и прах, и тут подоспела помощь народного ополчения. Одним из предводителей стал жестокий, но справедливый разбойник Гусмас. Армидцев изрядно пощипали, обратив в бегство, а варгавский король на радостях жаловал разбойнику титул лорда. С тех лет Гусмас остепенился, занялся коммерцией, но по данным разведки Имперской безопасности былой хватки не потерял, и банда теперь состоит на полном довольствии королевства, гордо именуясь Народной дружиной. Ходят упорные слухи, что Гусмас давно уже правит страной, а не король. И если вскоре окажется на троне - никто не удивится.

    - Да вы присаживайтесь, ваше наисветлейшее величество, разговор будет долгий.

    Цукенгшлор перевёл взгляд с гостя на хозяина дома, а подскочивший слуга поднял опрокинутый стул. Гость неторопливо подошёл к столу, скрипнул отодвигаемый стул, Гусмас сел, молча придвинув блюдо с жареным поросенком,  оторвал истекающую жирным соком ногу. Цукенгшлор медленно сел, стиснутые кулаки легли на скатерть.

    - И? Что всё это значит, Граус?

    - Нам нужно обсудить один важный вопрос... без лишних ушей и глаз. Кстати, не беспокойтесь, в подвале моего дома - осколок Чёрного камня, так что заклятие, которое на вас наложили по приказу Высшего здесь абсолютно бессильно.

    Цукенгшлор ошарашенно вздернул брови, а в разговор вступил Гусмас:

    - У меня для вас есть заманчивое предложение...

    Неутомимый Гансауль ковыляет вновь и вновь, Хак, тихо проклиная всё на свете, плетется следом. Сколько за спиной осталось верст, сколько корявых перелесков, кое-где разрезанных неширокими речушками... Хака всё чаще одолевают мысли, что Гансауль просто прет напролом. Да и чёрт с ним, сам Хак уж точно не знает, где искать логово Дакара. Уж лучше идти, чем топтаться на месте. Ещё провианта бы поприличней, а то от одного вида этих мерзких кислых ягод рот скукоживается и отказывается открываться. Из оружия только дубины, и то необтесанные, просто наспех выломанные палки. Охотиться с такой - только дичь смешить.

    - Стой!

    Хак застыл, как вкопанный, пальцы сжали шершавую "рукоять" дубины. Гансауль чуть пригнулся, несколько осторожных шажков, и могучая фигура растворилась в кустах. Хак последовал примеру.

    - Что там?

    - Какая-то лачуга. И дымом тянет.

    - Видел кого-нибудь?

    Гансауль покачал головой, ладони тихо раздвинули ветки.

    - Ничего не видно.

    - Давай так - я тихонько обойду кустами,  - Хак махнул рукой влево - гляну, что да как. Если что - не рискуй - уходи!

    Гансауль хмыкнул:

    - Ты и тихонько? Да ты ж лезешь, как медведь через бурелом. Там уж наверняка слыхали.

    Хак нахмурился, но смолчал, по лицу Гансауля видно, что есть задумка.

    - Я пойду открыто, не прячась. Если добрые люди, то кликну, если нет - с такой ногой мне далеко все равно не уйти.

    - Рискованно!

    -Дуракам везёт! Ладно, нечего время терять, пошёл я.

    Гансауль поковылял вперёд, прочь от кустов, Хак недолго сидел насупившись, тихо поднялся, ноги бесшумно понесли кустами вслед за другом. Шагов тридцать, и кусты расступились, обнажив круглую поляну. Маленький приземистый домишко из рассохшихся бревен под соломенной крышей. Рядом такие же убогие постройки, из крыши одной, что из бревен покрепче, торчит труба. Над трубой вьется еле заметный столбик дыма, Хак решил, что баня. Гансауль как раз поравнялся с воротами, стукнул "посохом" в калитку.

    - Хозяева! Есть кто?

    Тишина. Гансауль постучал громче и настойчивее, из-за дома недовольно брехнул пёс, из-за угла высунулась лохматая заспатая морда. Пёс гавкнул ещё пару раз, и убрался обратно. Хак вышел из укрытия и бесшумно приблизился к воротам, но Гансауль, даже не обернувшись, глухо пробурчал:

    - Ну и чего не сиделось?

    - Скучно стало!

    - Дурак!

    - Да все равно никого. - Хак по-хозяйски отпер калитку и шагнул во двор.

    - Гансауль, ты дом глянь, а я по сараям пройдусь.

    Товарищ смолчал, сторожко поковылял к крыльцу. Хак, положив дубину на плечо, пошагал к постройкам. Скрипнула дверь, Гансауль исчез в проеме. И тут же внутри громыхнуло, Хак рванул назад, к дому. Крыльцо высокое , ступеней с десяток, но Хак перелетел одним прыжком, рванул дверь на себя. Гансауль у стены, сидит вытянув ноги, по лицу струйка крови - голова разбита. Хак зарычал, крутнулся в поисках напавшего, но никого. Обернулся к Гансаулю, тот лыбится, тычет пальцем в пол. "Звездец, кукушка съехала!" Хак шагнул к другу, тот снова тычет пальцем куда-то вниз. И тут под ногами блестнуло металлическое кольцо. "Это ж крышка от подпола!"