Гансауль и Хак (СИ) - Южный Владислав - Страница 26

    Юглана обернулась:

    - Кто тебе сказал, что туман скоро кончится? Он и до вечера может продержаться. А вы вроде спешите?

    - Да спешим, спешим! Слушай, а ты уверена, что мы идем правильно? Чет мне это гнилое бревно кажется знакомым!

    - Я ж не заставляю идти за мной!

    - Хак, заткнись!

    Парень обернулся к товарищу, спросил с удивлением:

    - Ты чего?

    Гансауль лишь сверкнул глазами, пальцы стиснули рукоять меча, словно горло Дакара. Что-то неладно! Хак вытянул топор из петли, покрутил в руке, привыкая к тяжести. Юглана обернулась, удивленно захлопало ресницами:

    - Вы чего?

    - Не знаю... чувство... недоброе... - Гансауль нахмурился, огляделся вокруг, хотя чего увидишь сквозь густой туман. Свист, и тут же ещё, Юглана закричала, Хак даже не дернулся, а из бедра торчит древко стрелы с кроваво-красным оперением. Успел скосить глаза на товарища, тот тоже схлопотал стрелу, и тут все замерцало, поплыло перед глазами... Сделал пару шагов, ноги задрожали, не удержался, и с размаху зарылся лицом в хлюпнувшую грязь. Холодная "маска" чуть прояснила сознание, в голове жуткий звон, но мысли хоть и еле-еле, но ворочаются. Его грубо перевернули, чтоб не захлебнулся, Хак с трудом вгляделся слезящимися глазами, и удивленно выдохнул:

    - Ты?!

    Чёрная пелена бессознания накрыла, словно волной.

    Густас точен, как часы на Канагунской башне - прибыл ровно в полдень. Неприметная чёрная карета подъехала к воротам, заранее предупрежденная охрана торопливо раскрыла створы. Процокотали подковы по мощеному камнем двору, экипаж подкатил прямо к мраморным ступеням дворца. Цукенгшлор, весь на нервах, торопливо выскочил на улицу, чуть не бегом спустился по лестнице, паж с поклоном отворил перед королём дверцу. Цукенгшлор сунулся внутрь:

    - Получилось?

    Густав довольно ухмыльнулся:

    - Получилось. Надо торопиться...

    Цукенгшлор забрался внутрь, шлепнулся на сидение напротив Густаса:

    - Тогда в путь!

    В карету сунулся трясущийся от страха Анафельд:

    - Ва...Ва... Ваш...

    Цукенгшлор рявкнул так, что карету качнуло:

    - Чего?!

    - Не... нельзя же так. Как простолюди...

    - Мне можно! Скоро вернусь! Ганаю нашли?

    Анафельд закрутил головой.

    - Чтоб к моему возвращению хоть из-под земли достали! Всё, дверь закрой!

    Хлопнула дверца, и карета покатила к воротам, медленно набирая скорость. Прислуга, перешептываясь вполголоса, разбрелась по местам.

    - Это он? - Цукенгшлор похлопал по ящику, обитому чёрной тканью.

    - Он самый. Решился?

    Цукенгшлор молча кивнул.

    - Вот и отлично. Асвальд, гони!

    Руки и ноги крепко стянуты, под путы просунута длинная жердь. Двое косматых глодов, тащат пленника, как бычка на вертеле. Под лапами глодов звонко  хлюпает, идут по заболоченной низине. Стойкий аромат затхлой воды и годами немытой шерсти вгрызается в ноздри похлеще нашатыря. Хак приоткрыл глаза, слезятся от света и дикой головной боли, словно с похмелья. Голова мерно болтается, в такт шагающим глодам. Пошевелил заледеневшими пальцами , запястья стянуты крепко. "Опять! Чёрт возьми, да сколько же можно!" Стрелу выдрали, раненая нога слегка ноет, но ничего - терпимо. Теперь бы придумать как выпутаться... Надо ж было так лопухнуться - ведь не первый уж раз в такие передряги попадают. Мысли путаются, то ли от того, что вниз башкой висит, то ли от той отравы со стрелы. Один из глодов что-то пробурчал, Хак прикинулся, что все ещё в отключке, но было поздно... Носильщики остановились, подошёл глод, не такой косматый, как остальные, и без рогов, в огромной лапе зажата стрела. Без размаха воткнул Хаку в бедро, тот дернулся и зашипел от боли, но через пару мгновений безвольно обвис, и процессия продолжилась.

    - Высший, погрузка золота  закончена. - Угрюмый головорез почтительно вытянулся.

    - Рабы?

    - Казнены, все до единого. Глоды уже их распотрошили...

    - Проклятье!

    - Прости, господин, но ты же сам говорил, что когда закончат, рабов под нож?!

    - Да не о том я... Молодец, Кенш, я всегда тебе доверял, и не зря. А вот этому мерзавцу доверился зря... - Дакар зло сощурился, грохнул кулаком по стеклу. - Поганый майоришко, это я... я сделал его королём, а он видишь чего удумал! Ничего, ещё посмотрим! - колдун замолчал, злобно пыхтя. Кенш вежливо поклонился и сделал шаг назад, готовясь выйти, но Высший остановил:

    - Постой, Кенш! А что там с этой парочкой идиотов, что поверили в пророчество? Взяли?

    - Да! Накар прислал голубя. К вечеру пленники будут доставлены.

    - Это хорошо! Живыми, Кенш, живыми...

    - Конечно, Высший. Накар знает вашу волю.

    - Усильте охрану, я чувствую наш дружок майор что-то затеял! Всё, можешь идти... Проклятье, силы... силы меня покидают. - Дакар устало опустился прямо на пол, блеклые глаза уставились в никуда. - Что ж ты там задумал, поганец?

        Не раскрывая глаз, Гансауль прислушался. Шаги глодов приглушает пышный ковёр зелёной травы, стебли её то и дело скользят по лицу. Лишь изредко чавкает грязь.  Вдобавок, жутко трещит голова, в ушах несмолкаемый звон, попробуй определи сколько пар ног шлепают в этом отряде. Медленно приоткрыл глаза, но толку - висит на жерди, голова запрокинута, аж шея ноет. Поднять голову - оглядеться? Но сзади идущий глод тут же заметит. Висеть дальше, как связанный барашек? А варианты? Что можно сделать со связанными руками и ногами? Гансауль едва не зарычал от бессилия, ещё никогда не чувствовал себя так беспомощно. Убить себя? Как? Откусить язык... Но глодам-то и трупы по вкусу. Да и как же Хак? А эта... Юглана? Что эти уроды сделали с девчонкой? Проклятье. А ведь сам виноват - расслабился, думал после гибели колдуна и тех глодов, да блуждания по Поганым землям их след потеряют. Потеряли, как же - взяли тепленькими!

    Идущие в головном дозоре два глода замерли разом, ноздри затрепетали, втягивая влажный воздух, один вскинул косматую лапу, привлекая внимание всего отряда. И тут же получил стрелу в глаз. Защелкали вдалеке тетивы луков, и стрелы взбешенным роем понеслись в отряд. Глоды зарычали, выхватывая кто меч, кто дубину и бросились вперёд, но тщетно. Стрелки опытные - даже несущаяся со всех ног мишень не проблема. Буквально несколько мгновений и все затихло. Когда началась заварушка, глоды-носильщики без всяких церемоний сбросили жерди с пленниками с плеч. Гансауль довольно ощутимо хряснулся спиной об землю, как назло подвернулся ещё и камешек под голову. Не вырубился, но зазвенело в ушах пуще прежнего. Да ещё жердина, зараза, как раз промеж ног... Яркие цветные круги под глазами, дикая боль, Гансауль глухо зарычал и повернулся набок. Сдернул связанные руки с жерди, вытянул ее, освобождая ноги. В трёх шагах мёртвый глод, в руке тот самый меч Хаима, что отдала девушка. Подполз неуклюже, как гусеница, холодная сталь без труда разделалась с путами. Осторожные шаги за спиной, Гансауль сидя на земле, медленно развернулся, меч поудобнее устроился в ладони. В шагах десяти лучник,  стрела нацелена в грудь Гансаулю, смотрит не мигая. Одет неплохо, дорогой охотничий костюм, да и лук не из дешевых - работа хорошего мастера, сразу видно - или знатный охотник, или удачливый наемник. За спиной маячат ещё несколько добротно снаряженных бойцов, кто с луком, кто с мечом. Мечники добивают неупокоившихся глодов, лучники страхуют. Ну как есть наемники! Только вот что они в Поганых землях потеряли?