Принцесса в опаловой маске (ЛП) - Лундквитс Дженни - Страница 18

Хранители переглянулись, недоумевая.

— Ты не поняла, − ответил лорд Квинлан. — Твоя мать была королевой Астрид. Чистая королевская кровь течет в твоих венах.

Я готова спорить. Если я принцесса, почему меня отдали Огденам? Почему я не росла в опаловом дворце?

Прежде чем я могу спросить это, лорд Мерсендер встает и стучит в дверь позади него.

— Ты можешь войти.

Дверь открывается, и золотая статуя входит в комнату.

Глава 17

Вилха

Хранители кланяются, когда я вхожу в комнату. Девушка в конце комнаты продолжает стоять. Я читаю смятение в ее глазах и понимаю, что они не сказали ей. Доброта лорда Мерсендера, который рассказал мне пару недель назад, и дал мне время понять и принять это (в той мере, в которой возможно), не распространилась на нее.

Девушка переводит взгляд с меня на Хранителей. Она грязная, и ее волосы спутаны. Глубокие фиолетовые тени залегли под глазами и укусы блох покрывают ее руки. Она сплошь покрыта грязью, и почти трудно поверить, что она та, за кого они ее принимают. Почти, но не совсем.

− Ваше Величество, − говорит лорд Мерсендер, кланяясь снова. — Вы можете продолжить.

Всю свою жизнь я ждала этого приглашения. Все эти ночи, когда я смотрела в зеркало, я ждала день, когда я смогу сделать эту маленькую вещь, и точно знать, без тени сомнения, что никому не наврежу.

Я дотягиваюсь до затылка и развязываю маску. Трясущимися руками я снимаю ее.

Слышится несколько резких выдохов, и лицо девушки белеет.

Лорд Мерсендер представляет нас. Он говорит слова. Он дает ей объяснения, которых она не ожидала, но те, что я ждала всю свою жизнь.

Лицо девушки передергивает от отвращения. Ее отказ резок, как стрела.

И на несколько кратких секунд, я хочу надеть маску обратно.

Глава 18

Вилха

Я смотрю на свое собственное лицо. Ну не совсем. Девушка, стоящая передо мной, имеет все мои черты, но с небольшим отличием. Ее кожа напоминает мне сливки и розы. Она держит себя по-другому. Как будто ее плечи и талия привязаны к невидимому столбу, заставляя ее стоять прямо. На ней золотое платье, и ее ожерелье из ключей издает мелодичный звук, как только она шагает вперед. И в руках она держит драгоценную маску, которую она только что сняла.

Хранители, за исключением лорда Мерсендера, смотрят на нас с трепетом.

− Так похожи, − бормочет лорд Квинлан. — Столько лет я думал…

− За шестнадцать лет мы все задавались вопросом, − ответил лорд Ройс.

− Элара, позвольте представить принцессу Вилхамину Эндевин. — Лорд Мерсендер остановился и добавил. − Ваша сестра-близнец.

− Это нево…, − начинаю я, но останавливаюсь, как только память, наконец, возвращается. На площади Элеаноры, прямо перед тем, как потерять сознание, я видела, как маска принцессы Вилхамины развязалась. И мне показалось, что ее лицо напоминает мне другое.

Мое собственное.

Я не могу оторвать глаз от нее. Наш рост, наши зеленые глаза, наши каштановые волос − мы идентичны. Но эта девушка, эта другая я, дрожит. Как будто наши взгляды слишком тяжелы, чтобы их вынести.

Лорд Квинлан говорит мне:

− За тобой стоит стул.

Принцессе Вилхамине он говорит:

− Не могли бы Вы также сесть, Ваше Величество.

Принцесса Вилхамина быстро смотрит на лорда Мерсендера, который кивает, прежде чем она садится на мраморный трон напротив моего стула. Глядя на девушку с моим лицом на троне напротив, волоски на моей шее встают дыбом.

Лорд Квинлан прогуливается в середине комнаты с широкой улыбкой на лице. Он наворачивает круги, не торопясь, явно наслаждаясь моментом.

− С чего начать? − говорит он. − Когда выяснилось, что королева Астрид родила близнецов, король вызвал четырех хранителей: меня, лорда Мерсендера, лорда Ройса и еще одного, чтобы засвидетельствовать это событие. Когда мы пришли, король был почти безумным от горя. В последний раз близнецы родились у правящих монархов Галандрии век назад, Рован и Эйслин Эндевин. В то время нужно было просто предложить, что править будет старший из близнецов, что линия преемственности будет продолжаться мирно. Никто не мог предвидеть, что Эйслин Эндевин — великий предатель — станет жестокой женщиной. Жестокой настолько, чтобы предать свою собственную сестру и разделить наше королевство, тем самым исполняя легенду о расколотых опалах.

− Но в этот раз у короля было преимущество − создать историю своей собственной семьи. В те дни в Галандрии было много волнений. Многие опасались, что возможна революция, также как и сейчас. И еще одна пара близнецов могла рассматриваться как еще одно предзнаменование. Очередной раскол великого и славного королевства двумя наследниками на две ветви правления.

− Король испугался, и трое из нас согласились, что, если будет объявлено о рождении близнецов, немедленно разовьются фракции, поддерживая одну девочку больше, чем другую; результатом чего в один прекрасный день станет гражданская война. И было принято решение: в тот день был рожден только один ребенок. Только одна признанная принцесса Галандрии. И если королева сможет зачать еще одного ребенка, принцессу уберут из наследников. И ни один из близнецов не будет знать о существовании другого, и ни один из них не будет править; так было решено, чтобы королевство было в безопасности.

Я сижу молча, пока лорд Квинлан объясняет, как акушерка была выслана за границу, и как одна из сестер — я — была вывезена из замка, чтобы вырасти анонимно у кормилицы, пока они смогли бы подыскать подходящий дом. Как лорд Мерсендер был назначен следить за ней и хранить в секрете ее местоположение.

− Минуточку, − перебиваю я, − как вы решили?

− Что решили?

− Как вы решили, какой из близнецов останется, а какого увезут? — Мне нужно услышать, что он ответит.

Глаза лорда Квинлана встречают мои.

— По рождению. Принцесса Вилхамина родилась на семь минут раньше, чем ты.

Я киваю. Когда мой отец смотрел на второго ребенка, он не видел его. Он не видел меня. Он видел вторую Эйслин Эндевин. Предательство за век до моего рождения украло мое будущее.

− И вы решили отдать меня анонимной семье, чтоб я была их прислугой? — я адресую свои слова мистеру Блэквиллю — лорду Мерсендеру.

Лорд Мерсендер смотрит на меня со своего мраморного трона:

− Это лучше, чем альтернативный вариант.

− Который?

− Изоляция, − говорит лорд Мерсендер и встает со своего трона. Он стоит в центре комнаты, лицом к лорду Квинлану, который смотрит на него с негодованием и выглядит несчастным, потому что кто-то украл его лавры.

− Мы не могли позволить тебе бродить по замку. И мы посчитали, когда ты станешь достаточно взрослой, перевезти тебя в удаленное место и сковать маску, чтобы скрыть твое лицо, − начал лорд Мерсендер.− Тем не менее, король считал, что такая маска создаст таинственность. А король и королева хотели иметь возможность знать их младшую дочь. Так было принято второе решение: Вилха будет носить маску. И если королева будет способна иметь еще одного ребенка, Вилху не только уберут из линии наследования, но она должна будет выйти замуж за иностранного жениха и отослана подальше. А тебя, в свою очередь, привезли в Опаловый дворец. И хотя король никогда не смог бы рассказать о твоем истинном происхождении, он бы устроил так, чтобы ты жила в Аллегрии. Так как никто не видел лицо принцессы, ты бы смогла безопасно жить в Аллегрии после того, как Вилхамина покинет королевство.

Я смотрю на принцессу Вилхамину. Ее лицо потеряло цвет. Этого она тоже не знала?

− Король стремился вернуть тебя, − продолжил лорд Мерсендер, − и поэтому Гюнтеру было велено убедиться, что ты благополучно добралась до Опалового дворца и….

− Вы называете удар по затылку безопасным? − резко говорю я.