Принцесса в опаловой маске (ЛП) - Лундквитс Дженни - Страница 32

Глава 34

Вилха

Наступает рассвет, но солдат все еще нет. Я откидываю тонкое хлопковое одеяло, под которым спала, и достаю рюкзак Элары из-под матраса. Выворачиваю наволочку в которой прятала опалы, кинжал Элары и книгу о Элеаноре Великой, и начинаю собирать рюкзак.

Вчера я проснулась от звуков громкой музыки и пьяного кутежа, исходящего снизу. После этого я съела ужин, который принес Джейм, я провела весь остаток ночи в комнате, читая о великих деяниях, которые совершил мой предок. Каждое слово я ощущала как высказанное наказание, осуждение моей трусости. Ведь я сомневаюсь, что Элеанора Великая сбегала бы от своей жизни, как это делаю я.

Внизу, в гостинице было грязно, но тихо. Джеймс был около камина, подметая разбитое стекло. — Еще рановато идти к Галине, не так ли? — у него уставшие глаза, а его темные развивающиеся волосы торчат в разные стороны.

— Я…я пытаюсь придумать что бы сказать, но ничего не выходит.

— А, понятно, — его глаза опускаются на рюкзак Элары, — ты уходишь.

— Да, я имею в виду нет…я собиралась…прогуляться по пляжу. — Я должна, в конце концов, пойти на пляж, прежде чем лестница приведет кого-нибудь к пещере. Меня не прельщает этот подъем.

— Тогда хорошо, — говорит он, смотря так будто не верит мне. — Подожди здесь минутку. — Он выходит в дверь на кухню, и возвращается спустя минуту, неся с собой мешок набитый хлебом и сыром.

— Прогулки делают людей голодными, — говорит он, вкладывая мешок в мои руки.

Что-то сдавливает мне горло. Прежде я получала много подарков, часто от богатейших людей в Галандрии. Но редко получала то, в чем нуждалась.

— Я не знаю что сказать.

— Подойдет и спасибо, — говорит он и улыбается. — Мне очень жаль, правда. Ты была самым красивым посетителем из тех, что были у Виктора.

— Спасибо, — говорю я, сглатывая. Я прощаюсь с Джеймсом и выхожу, пока я не передумала.

На улицах пахнет дымом, и город тихо ждет кода будет доноситься крик чаек. Должно быть ночью шел дождь, потому что улицы выглядят как мутные зеркала. Когда я смотрю вниз, я вижу свое угрюмое отражение без маски. Что произойдет когда я вернусь в замок? Примут ли меня как пропавшую принцессу? Или как бежавшую заключенную?

Пока я иду я грызу хлеб и сыр, вся дрожа под тонким плащом. Как может быть так холодно летом?

Когда я дохожу до доков, я поворачиваю голову к пляжу и вижу скалы, возвышающиеся вдалеке, но быстро останавливаюсь. Антон и Джаромил внезапно появляются из-за огромных валунов. Кажется они говорят с кем-то, кто стоит за камнями. Я пытаюсь разглядеть кто это и вытягиваю шею, мое сердце бьется чаще. Я помню они искали работу, что-то что можно сделать на маскараде. Какая же работа требует столько секретности?

Я вскакиваю, когда чувствую руку на своем плече.

— Все хорошо, это просто я, — говорит Виктор с озабоченным лицом. — Ты что не слышишь меня, Вилли? Я звал тебя.

— Ох, не, не слышу, — я смотрю через плечо. Антон и Джаромил все еще стоят на месте. Кажется они все еще говорят с тем, кто стоит за камнем. — Я хотела прогуляться утром.

— Я всегда представлял, что по утрам гулять лучше, — говорит Виктор. — И скала Роуэн хороша, как и любое другое место.

— Да, и… — я замолкаю, обдумывая его слова. — скала Роуэн?

Виктор кивает. — Это большая скала вон там, возвышающаяся над океаном, — уточняет он. — Ее назвали в честь Роуэн Храброй, королевы Галандрии. Ее осудили на смерть около века назад, и в ночь перед ее казнью, она была замечена на пляже около этой скалы. На следующий день она исчезла из замка. Легенда говорит, что иногда возможно увидеть, как она плачет о своем потерянном королевстве. — Он протягивает мне руку. — Галина рано начала, и я здесь благодаря этому. Пришлось купить на ужин в гостиницу. Может заглянем к ней в магазин?

Я колеблюсь, стараясь придумать хороший предлог, чтобы сказать ему нет, смотря на Антона и Джаромила в последний раз. Они отвернулись лицом к докам, туда где стояли я и Виктор и казалось смотрели на что-то вдалеке. На мгновение я уверена, что смотрят на меня.

— Это было бы прекрасно, — говорю я быстро, решив, что придется прийти к скале позже. Как только мы направляемся к городу, я говорю себе, что я смешна и что они конечно не смотрели на меня.

Еще я говорю себе, что онемение, которое я чувствую в груди просто от холода.

Глава 35

Вилха

Небольшой колокольчик звенит когда Виктор открывает дверь в магазин одежды Галины. Полки набитые катушками с кружевом и яркими цветными тканями стоят в комнате. В углу стоит зеркало. На большом деревянном столе с резными лампами вместо ножек стоят серебряные коробочки с блестящими пуговицами и стеклянные банки полные ниток. Несколько девушек моего возраста сидят на светло-зеленых бархатных диванах что-то вышивая.

— Галина здесь? — спрашивает Виктор.

Девушка с волосами цвета золота встает: — Привет, Виктор! — Она осматривает меня и улыбается. — Ты привел к нам еще одну? Галина! — кричит она в заднюю часть магазина. — Опять пришел Виктор! — Она поворачивается ко мне: — Я — Кайра!

— Я — Вилли, — отвечаю я, практически забыв свое новое имя, и пара девушек тихонько смеется.

Я осматриваю их и удивляюсь тому, что вижу отвращение в их глазах. Некоторые девушки открыто смотрят на мою дорожную сумку и грязные ботинки. Это напомнило мне то, как придворные дамы смотрели на крестьян, которые пришли в Опаловый дворец, чтобы увидеть как я машу им с балкона.

Пожилая женщина с седыми волосами связанными в тугой пучок спешит из дальней комнаты. Ее глаза бегают от меня к Виктору. — Мне не нужен еще один рот, который нужно кормить, — говорит она строго.

— Галина, это Вилли, — говорит Виктор. — Она сказала что прекрасно умеет вышивать.

— У меня ей негде спать, — говорит Галина, не двигаясь с места. — У меня была только одна кровать для той девочки, которую ты привел на прошлой неделе.

— Я уже дал ей комнату в «Спящем Драконе». У тебя есть работа? — говорит Виктор, улыбаясь и поднимая и опускаю брови, и несмотря на его огромные размеры и грубые манеры, он выглядит очаровательно, как старый седой принц.

— Ну сколько можно, Виктор! Сколько еще постояльцев ты намерен приютить? — Галина сердито смотрит на него, а потом вздыхает и поворачивается ко мне. — У тебя есть какие-нибудь образцы?

— Образцы? — спрашиваю я удивленно.

— Твоей работы, — говорит она, поджав губы. — Если я тебя найму, я должна знать есть ли у тебя подходящие навыки. — Она посылает Виктору грозный взгляд, и я вижу, что она меня не возьмет. Такой взгляд я часто видела у Арианны и Вены.

Но я стою здесь не просто потому что я не хочу остаться одна на пляже с Антоном и Джаромилом. Я хочу эту работу. Как только я вернусь в Киринейский замок о любом приключении, которое я надеялась найти можно будет забыть и придется вернуться к потребностям королевской жизни, и люди как Арианна и Вена будут видеть во мне только бесполезность и страх.

Я уехала из дворца по своему согласию. И вернусь туда только тогда, когда у меня будет история, которую я буду вспоминать в течении одиноких дней и лет, которые я уверенна будут меня преследовать. Я снова вижу картину, как рассказываю об этом своей дочери. И ее знаю только я.

— Сейчас, — я поспешно достаю платок, который я вышивала по пути в Кирению, из моего плаща и протягиваю его Галине.

Мы с Виктором ждем пока она рассмотрит вышивку. — Техника просто потрясающая, — говорит она.

— Спасибо, — отвечаю я, и пока я смотрю на платья, над которыми работают другие девушки, я понимаю, что мои навыки превосходят их. Это не удивительно, я предполагаю, что это благодаря практике, которая была у меня на протяжении многих лет. В опаловом дворце было не много развлечений, если я не махала с балкона или обсуждала королевскую помолку.