Принцесса в опаловой маске (ЛП) - Лундквитс Дженни - Страница 8

− Мне все равно, − рявкает хозяйка Огден.

— Вы опоздали. Мистер Блэквилль будет здесь совсем скоро, − она смотрит на меня. — Мне пришлось начать готовить картофельное рагу самой.

− Мистер Блэквилль, ба! − говорит мистер Огден с отрыжкой. — Никогда не нравился взгляд этого человека. Расчетливый, как змея, хотя именно поэтому он так нравится тебе, дорогая. Не люблю, когда его черные змеиные глазки пялятся на меня так, будто он лучше меня.

− Он лучше тебя. У него есть вортинги.

Пока они спорят, я быстро прячу книгу в кладовую и обещаю себе, что посмотрю ее позже.

− Вортинги? Что я только что сказал…, − мистер Огден наклоняется назад и сразу же валится с табурета. Его вортинги разлетаются по кухонному полу.

− Гарольд, вставай немедленно! — миссис Огден практически топает ногой в отчаянии.

− Свечи в столовой горят, − сердито говорит Серена, войдя на кухню. Увидев мистера Огдена на полу, она спешит к нему: − Отец, что случилось?

− Я скажу, что случилось, моя милая! — мистер Огден поднимает вортинг и размахивает им как мечом. — Я только что выиграл в «Глотке Жизни»! Не нужно, чтобы жуткий мистер Блэквилль, приходя в мой дом, говорил, что к чему. Разве я не Огден из усадьбы Огденов? — он широко разводит руками, как будто усадьба Огденов огромный дворец, а не гниющая свалка на самом деле.

Хозяйка и я смотрим друг на друга. Она может презирать меня, но когда ей действительно нужно что-то сделать, она смотрит на меня, не на Серену.

− Идемте, мистер Огден, − говорю я самым покорным голосом. — Ужин скоро будет, и я думаю, что вы должны быть одеты, как подобает вашему положению. В конце концов, вы господин Огден, не так ли?

Серена встает.

— Не смей говорить с ним так, будто он дурак.

− Серена! — отрывисто говорит миссис Огден. — Проводи своего отца наверх и помоги ему привести себя в порядок.

Серена понижает свой голос так, что только я слышу:

− Я не знаю, как ты можешь ненавидеть ее так сильно, когда ты такая же, как она.

Она гордо выходит из кухни, практически волоча мистера Огдена под руку, и я хватаюсь за прилавок, борясь с подступившей рвотой. Я не такая, как хозяйка Огден. Я останавливаюсь и делаю глубокий вдох, и представляю, как кормлю голодного котенка словами Серены.

− Накрой стол, − приказывает хозяйка Огден.

Когда я не двигаюсь, она добавляет:

− Ну? Чего же ты ждешь?

− Когда детский дом отдавал меня вам, они дали вам что-нибудь, принадлежавшее моей матери? − спрашиваю я. — Подарок на память, чтобы я могла вспоминать ее? — Я не упомянула книгу или мистера Траверса, также как и что спрятала ее, чтобы хозяйка не смогла украсть книгу во второй раз.

Она достает вазу с полки.

— Твоя мать была никто иная как грязная шлюха, которая отказалась от тебя при первой же возможности. Ты действительно думаешь, что она оставила тебе что-то?

− Пожалуйста, − говорю я, преодолевая гнев в своем голосе. — Оставила она мне что-нибудь?

−У меня нет времени для твоих глупостей, − она начинает натирать вазу. — Мистер Блэквилль придет через несколько минут…

− Скажите мне правду! — я пытаюсь схватить ее за руку. Я попадаю низко, и моя рука выбивает вазу из ее рук. Стекло разлетается по каменному полу.

Хозяйка Огден стоит неподвижно.

— Ты уберешь это немедленно, или…

− Или что? — перебиваю я. — Вы побьете меня? Лишите меня еды? Опять запрете меня в сарае? Если вы собираетесь сделать что-то, то должны быть уверены, что не оставите следов, иначе мистер Блэквилль может решить не платить вам сегодня.

− Я не хочу играть в твои игры, − она берет метлу и протягивает мне.

Я хватаю метлу и затем швыряю ее через всю комнату. Она ударяется об стену и со стуком падает на пол. Я подхожу ближе к хозяйке, и в первый раз я вижу тень страха на ее лице.

— А может быть, это я не хочу играть в ваши игры? Может быть, мне стоит рассказать мистеру Блэквиллю, кто вы на самом деле?

Миссис Огден тянется ко мне. Ее длинные ногти вонзаются в мое оголенное предплечье, протыкая мою кожу, и я задыхаюсь от боли.

— Мистер Блэквилль придет сегодня вечером, − шипит она. − И ты будешь играть свою роль, ты поняла?

Она царапает своими ногтями вниз по моей руке, оставляя маленькие красные реки на своем пути.

— А если нет, ты окажешься в цепях как обычный вор, так как мне придется рассказать шерифу, как ты обкрадывала нас.

— Я никогда не крала у вас!

Она наклоняется ниже и шепчет мне на ухо:

− Это будет мое слово против твоего. Ты думаешь, кто-нибудь поверит тебе? — Ее ногти вонзаются глубже. — Ты понимаешь?

− Да, − я вздыхаю с облегчением, когда она, наконец, отпускает меня.

− Сейчас, − говорит она, поправляя свою юбку, − ты уберешь этот беспорядок. Отскребешь грязь от себя. И будешь прилагать усилия, чтобы выглядеть как приличная девушка.

Она отворачивается, чтобы уйти, но возвращается.

— И Элара? − ее взгляд остановился на моем кровоточащем предплечье. — Убедись, что оденешь достаточно длинные рукава.

Глава 6

Элара

Когда дело доходит до обмана, самое важное − это внимание к деталям.

Стол сервирован серебряными чашами и кубками (теми, что хозяйка Огден держит взаперти, чтобы мистер Огден не продал). Белые свечи расставлены перед каждым столовым прибором, и их пламя мерцает от сквозняка в столовой. Это выглядит, будто мы собирались сесть за семейной трапезой, вместо представления, тщательно продуманного хозяйкой Огден.

Когда мистер Блэквилль приезжает, и хозяйка Огден провожает его в столовую, я чувствую холод, режущую боль. Как зазубренный кусочек льда воткнули в мою грудь.

− Добрый вечер, Элара, − мистер Блэквилль протягивает свою руку, которую я принимаю.

− Добрый вечер, сэр.

Он подносит мою руку к своим губам, и я сдерживаюсь, чтобы не вырвать ее обратно. Что-то в мистере Блэквилле отталкивает меня. Он худощав. Практически скелетообразен. Его длинные черные волосы спадают на спину и его глаза темные, нечитаемые шары.

Мы занимаем свои места за столом. Хозяйка и я садимся рядом друг с другом. Она наполняет наши кубки и кивает в моем направлении. Это небольшой, практически незаметный наклон ее головы, и, как ученик, принимая заказы от своего хозяина, я понимаю. Время начинать.

− Как дела в Аллегрии? − спрашиваю я мистера Блэквилля. Я заставляю себя взять маленький, контролируемый кусочек рагу, не давая понять, насколько я голодна.

− Хорошо, − отвечает мистер Блэквилль. — Город занят подготовкой к бал-маскараду принцессы.

− Да, я признаю, что не думаю ни о чем другом, − говорю я, имитируя задыхающийся голос, который звучит не как мой собственный.

− О да, приближается бал, не так ли? − говорит миссис Огден, как будто эта мысль пришла ей только что в голову. — Вы знаете, когда Элара была маленькой, то притворялась, что была принцессой в маске? Она разрезала одно из своих платьев — кстати, очень хорошее, заметьте, − и повязывала как будто шелковую маску на лице.

− Ты так делала? − при этом мистер Огден посмотрел на меня. На этот раз его мрачное поведение исчезло, и он, казалось, развеселился.

− Да, сэр, − вру я. И на всякий случай добавляю: − А еще я вставала на вершину лестницы и махала, как будто это был балкон, − я имитирую величественный взмах с улыбкой. Серена закатывает глаза, но ничего не говорит.

− Мне приходилось жить в Аллегрии недолго, − хозяйка делает задумчивый вид. — Я выступала с королевской театральной труппой. Когда-то я действительно была актрисой.

− Это не удивляет меня, − мистер Блэквилль бросает нечитаемый взгляд на хозяйку Огден. И на мгновение мне кажется, он знает, что мы все всего лишь куча жалких лжецов.

− Я говорю девочкам все время, что Аллегрия − самый красивый город в мире. Хотя это трудно описать кому-то, кто там ни разу не был, − вздыхает миссис Огден. — Я так хотела показать девочкам королевский оперный театр и площадь Элеаноры, и взять их, чтобы увидеть опаловый дворец.