Полукровка 2 Белый Волк (СИ) - Секан Мирра "mirrasekan" - Страница 54

- Я не могу поверить, что она сама...- начал я, но замолчал, увидев боль в распахнутых глазах блондина. Он смотрел на меня.

- Я уверен, она и сама не поняла, что совершила. Нейл, ты заставляешь меня говорить такую правду, которая убивает все внутри меня. Она любит только тебя. Увы, но я...- он глубоко вдохнул холодный воздух, будто это помогало. - Я никто для нее. Она будет помнить меня как ошибку молодости, может, как доброго гончего. Но не как любимого. Она себя уже измучила. Уверяю, она ненавидит больше всего именно себя за этот злосчастный поцелуй.

- Почему ты говоришь это все? - наконец спросил я. - В твоем положении можно было бы просто уйти или убить меня. Я не понимаю... Я всегда из - за ревности готов был убить любого.

- А я уже многих убил. И я люблю её. А она любит тебя. Я не могу причинить боль любимой. - он не отводил от меня глаз.

- Я хочу поговорить с ней. Именно с ней.

- Я тоже.

- Подумать только, два врага, во всех смыслах этого слова, сидят и мило болтают. - я усмехнулся.

- В этом вся проблема, Нейл. - он опустил голову. - Ты мой враг. Я должен тебя убить. И любой гончий именно так бы и поступил. Но я сижу и мило болтаю с тобой, прекрасно понимая, что в любой момент глава может забрать и меня. Но уже навсегда. Отправить в ад.

- И ты этого ждёшь. - прочел я в его мыслях.

- Да. Я жду своей смерти. Я не боюсь её. Поэтому я с такой легкостью совершаю то, что грозит мне смертью.

- Нет. - я внимательно взглянул на этого отчаявшегося блондина. Он поднял голову, посмотрев на меня уставшими, но удивленными глазами. - Ты боишься смерти. Но не своей.

- Хотел бы я читать мысли. - прошептал Колден. - Он не вернет ее сюда.

- Почему? - тут же спросил я.

- Потому что ему это невыгодно. Объединить вас значит подписать смертный приговор, тем более когда силы Лейлы настолько велики. Я уверен, что сейчас глава либо стер ей память, либо погрузил в иллюзию.

- Иллюзию?

- Да. Он может заставить любого поверить в свои слова. Также показать то, чего не было. Именно поэтому я не хотел, чтобы она выходила из особняка. Туда вход главе закрыт. Как и в особняк рафеля.

- Она тоже не сможет туда вернуться? - тут же догадался я.

- Нет. Пока она гончая, вход в дом отца ей закрыт.

- Ты сказал "пока"...

- Да. Новенькие могут отречься от сил. Но это очень сложно. Нужно, чтобы сам глава избавил ее от этого бремени.

Мы сидели молча, смотря только друг на друга. Я знаю, что этот разговор с Колденом последний. Мы больше никогда не сможем так поговорить, как говорили сейчас. Я прикрыл глаза, пытаясь забыться. И почувствовал, что теперь я один. Не требовалось и открывать глаза, чтобы узнать, что блондин телепортировался. Но едкая боль в груди не давала мне забыть о птичке. Мне стало легче от слов блондин, но совсем немного. Теперь я обязан найти её и потребовать объяснений. Обязан! И плевать, пойдут ли со мной

другие. Я готов и без всадников вломиться к гончим и забрать ее. Мою родную, блудливую птичку. Наконец я встал с холодного снега, но даже ему было не сравниться с моей болью. Ее холод пугал. Я не смогу жить без Лейлы. Не смогу.

В это же время...

От лица Колдена...

Я не мог выносить его присутствие. Это невозможно. Столько боли и отчаяния было в нем, что это ощущалось даже в двух метрах. Я очутился в знакомой ледяной пустыне - моем личном пристанище. Здесь я мог успокоиться и подумать. Мне было искренне жаль моего врага. Настолько, что я рассказал ему всю правду и даже больше. Открыл ему душу. С любимыми не расставайтесь. Иначе рискуете оказаться на его месте. И почему меня это тревожит? Неужели из - за Лейлы? Но это глупо. Хотя недавно я ответил на этот вопрос. Своему врагу. И как я мог выговаривать его имя? Я закрыл глаза, вновь представив беловолосую девушку с синими глазами из моих снов. И когда я тебя встречу? Где я буду? Как твое имя? Когда я встречу тебя, дочь Лейлы? И его дочь... Они будут вместе, определенно. Вдруг вокруг все начало темнеть. О нет! Я лишь встал с белого снега и ждал, когда он исчезнет в темноте.

- Колден. - серьезно произнес глава. Я прекрасно знал, что сейчас передо мной именно он, именно глава. Странно, а где тогда Сапфелия? Я, пожалуй, единственный, кто знал эту девочку близко. Она была близкой для главы, но они ненавидели друг друга, но и доверяли. Поэтому очень часто глава использовал ее в виде куклы для разговоров с нами. Это однажды сказала она сама. - Ты предал меня.

- Да. - абсолютно спокойно произнес я.

- И тебе всё равно?

- Да. Более того, я готов умереть прямо сейчас.

- Ну нет, это слишком просто. - тихо произнес после долгого молчания глава. Резко он оказался возле, прожигая мою персону своими чёрными глазами. - Ты будешь моей пешкой в этой игре. - я заметил, как тонкие губы сложились в ядовитую ухмылку. - Ты поможешь мне приглядывать за Лейлой. Она очень сильна, ты знаешь. И ты обучишь ее всему, что знаешь сам. Но при этом она не должна узнать, что ее муж и дочь живы.

- Что ты задумал? - спросил я дрожащим от страха голосом. От страха за нее.

- Она будет моей. Тебе же надо ее выдрессировать.

- Я не стану этого делать! И не мечтай! - тут же отмахнулся я.

- Что ж, тогда я убью тебя.

- Я жду этого.

- Хм, - он нахмурился. - Нет. Не тебя. Я убью Лейлу, но сначала всю ее семейку. На ее глазах.

- Ты умеешь только угрожать. - фыркнул я, не веря ни единому слову главы. - Ты не сможешь приблизиться к ней, если она будет в особняке.