Скрывающийся альфа (ЛП) - Лок Афтон - Страница 19

После двух заходов, которые Лара сделала за вечер, Огден зевнул. Это был очень длинный день. Помимо пары танцев с ней, Брукс ничего не сделал. Его ум вновь перешел в режим внимание, когда владелец ранчо вновь подошел к ней. Через нескольких минут, они вышли на улицу вместе.

Огден оставил достаточно денег на баре, чтобы оплатить его счет и последовал на расстоянии за ними. Мышцы дергались в руках и ногах, желая добежать до них и заняться большим парнем. К его тревоге, они подошли к большому серебристому пикапу, и она села внутрь.

Куда черт возьми он ее везет? Огден предполагал, что она планировала привезти его в ее комнату мотеля. Он не был в восторге от этой идеи, но, по крайней мере, она будет на виду.

Чтобы иметь хоть какую-то надежду спасти ее, ему придется сесть на хвост грузовика. Что, если он их потеряет? Потратив драгоценные секунды на возню с ключами, он, наконец, сел в свой грузовик и завел двигатель. Лара была права. Его автомобиль был довольно старым. Сможет ли он держать дистанцию? Если он когда-нибудь вернется в Лос-Лобос в здравом уме, купит новую.

Когда Брукс повернул налево с парковки, Огден был прямо позади него, его пальцы вцепились в рулевое колесо.

***

Сердце Лары сильно стучало, когда она вышла из грузовика Тайлера после пятнадцати минут езды. Одинокое дерево, стоявшее перед плоским, передним двором, напоминало ей о цели. Где она была? Он настаивал на том, чтобы привезти ее на ранчо друга, которого, как удобно, нет в городе. Она планировала осуществить свой план в номере мотеля, а не в этом странном месте. Отсутствие своего транспортного средства не помогало. Угон будет единственным шансом на побег. Хотелось бы надеяться, что ее не арестуют за угон автомобиля.

Она также не рассчитывала, что на нем будет надета большая серебряная пряжка ремня. Серебро и волки не совместимы. Часть ее хотела, чтобы Огден преследовал ее всю дорогу, а другая часть нет. Она не могла узнать, следовал ли он за ней или нет, потому что он должен был бы припарковаться на дороге и продолжить оставшийся путь пешком, чтобы не спугнуть Брукса.

Он уверенно придерживался своего слова не вмешиваться. Его спокойствие в МакКейне удивило и впечатлило ее. Он вел себя, как бдительная пара, защищал ее, но, казалось, перестал пытаться управлять ее жизнью.

Другой мужчина мог бы приковать ее к изголовью кровати или умыл бы руки из ее жизни, но не Огден. Он был столь же надежным, как Старый служака5, и она влюблялась в него.

Часть ее хотела, чтобы он привязал ее сегодня вечером. Какая это была жизнь? Действительно ли ее мать хотела видеть свою дочь в доме ее убийцы, сталкивающейся с той же опасностью? Может быть, он был прав. Лучший ли способ борьбы она выбрала?

Тайлер зашел в дом и включил пару тусклых ламп. Как и многие на Западе, дом был отделан древесным бревном, покрытым лаком и с камином. Головы животных и ружья в стойках украшали стены. Ее нос дернулся от затяжного запаха смерти, и ее сердце пропустило пару ударов, когда она поняла, что одной из голов был волк.

Он жестом указал ей на кожаный диван и налил немного вина из холодильника.

— У твоего друга много оружия, — сказала она, садясь.

— Надо держать его под рукой со всеми этими бродящими вокруг шалунами.

Шалунами? Он, должно быть, думал, что ее мать была шалуньей, которая должна быть уничтожена. Она взяла бокал вина, которое он протянул ей, в отчаянье заполнить хоть чем-то ее желудок, прежде чем ее вырвет. Идея соблазнить этого убийцу вызывала у нее тошноту. Что, если она не сможет этого сделать?

Огден изменил ее. Раньше она могла бы соблазнить подлого человека, даже не вспотев. Все, что ей надо было, просто выключить свои чувства и думать о своей миссии. Потому что Огден потребовал ее тело с такой искренней связью, она не могла больше приблизиться к другому мужчине.

Вместо широких плеч Тайлера она видела голубые глаза Огдена, проникающие в нее своей радушной честностью.

«Зачем ты это делаешь?» — казалось, говорили они.

Когда золотое обручальное кольцо владельца ранчо вспыхнуло в искусственном освещении, вина ошпарила ее с интенсивностью кислоты. Его клятвы, очевидно, ничего не значили для него, но не ее брачные узы с ним.

Я не могу сделать это!

Делая судорожный вдох, она сосредоточилась на своей матери до тех пор, пока жажда мести вновь не закипела в ее венах. Победа более сладкая, чем толстый, средний прожарки стейк, маячила так близко, что она могла попробовать ее на вкус.

Тайлер скользнул рядом с ней на большой диван, его ноги прижали ее своей длинной. Ощущение заставило ее захотеть передвинуться на противоположный конец дивана, но она осталась на месте. Брелок Лары, содержащий миниатюрную камеру, был скрыт в руке и готов к работе.

Если ей повезет, она сможет избежать даже его поцелуя. Снимет только половину одежды с себя и начнет фотографировать их. Она делала это так часто, как рутинную работу. Ее сердце остановилось, когда он сделал свой ход, целуя ее ухо и опуская вниз ее бандану, чтобы покусывать ее шею. Она удостоверилась, что устроилась так, чтобы метка Огдена была на противоположной стороне от Тайлера. Чертова пряжка его ремня вызывала у нее головокружение.

— Почему бы тебе не снять ремень, ковбой? — прошептала она. — Я не думаю, что тебе он понадобится сегодня вечером.

Ухмыляясь, он расстегнул его и вытащил из джинсов. Она выдохнула, даже не поняв, что задержала дыхание, когда он упал на пол на безопасном расстоянии.

— Под шалунами ты имеешь в виду Волков? — спросила она, стараясь звучать беззаботно, беспечно.

Он фыркнул.

— Они худшие.

— Ты стреляешь в них сам или нанимаешь мужчин делать это?

— Иногда я делаю это, потому что люблю смотреть, как они умирают, — он погладил красную полоску в ее волосах. — Это сексуально и как-то знакомо.

Лара сосредоточилась на удержании ее желудка под контролем.

— Я слышала, что есть черный волк в этих краях с красной полосой.

Его глаза, находившиеся всего в нескольких дюймах от ее, просветлели.

— Я видел его!

Ее желудок сжался. Он был тем, кто спустил курок в ее мать. Сложив два и два, она была уверена в этом. Победа шагнула еще ближе. Еще несколько минут…

Она лениво расстегнула две верхние пуговицы блузки пальцами.

— Все эти разговоры об убийстве делают меня очень влажной.

Будучи хищником, он ухмыльнулся и опустил голову, чтобы посмотреть на открывавшуюся плоть. Она быстро расстегнула несколько пуговиц, потянув лифчик вниз и в сторону. Точно так же, как она сделала с Огденом сегодня.